Укротители велосипедов

Иванов Стас

Дрожащим голосом водитель, наблюдая за вознёй на заднем сиденье, спросил у своего напарника:

– И что всё это значит, а?

Точки соприкосновения

Начальник отделения милиции, грузный мужчина с полковничьими погонами на кителе, заложив руки за спину, с важным видом прохаживался по коридору, осматривая свои

владения. Всё было хорошо, всё было отлично – опера работали, из камер на первом этаже не доносилось никакого шума, никто не носился по коридорам; даже в курилке, где обычно кучковались тунеядцы-подчинённые, не было ни единой живой души. Полковник вышел в приёмную, с удовлетворением глянул на заполняющего протокол дежурного за пультом, повернулся к камере «обезьянника» – и увидел прямо перед своими лицом пару чёрных остроносых ботинок.

– Ээээ... – протянул полковник, поднял глаза вверх и открыл от удивления рот, ибо, забравшись под самый потолок, на решётке, вцепившись в неё, висел задержанный с отпечатком паники на покрытом оспинами лице. Конечно, за годы работы полковник повидал многое, но ещё ни разу никто из помещённых в «обезьянник» не пытался на самом деле изобразить из себя обезьяну. Люди трясли решётку, орали, прыгали за ней, но не забирались под самый потолок. Кашлянув, полковник пробормотал: – А я думал, что меня уже нельзя удивить...

Двое оставшихся задержанных также оказались примечательными личностями. На одной скамье, разместившись подальше друг от друга, сидели седой моложавый старик в синем комбинезоне-робе и парень в чёрных велошортах и жёлтой велорубашке рубашке. У старика под правым глазом красовался огромный синяк, а парень так и вообще держал в руках змею.

– Дежурный, – проникновенным шепотом обратился полковник к подчинённому.

– Да, товарищ полковник? – не прекращая писать, отозвался полицейский.

Полковник кивнул на камеру и спросил:

– Что это за зоопарк? Почему задержанный забрался под самый потолок?

– У него панический страх перед змеями.

– Что он натворил?

– Хулиганство – нецензурно выражался и разбил стекло в троллейбусе. Он у нас постоянный клиент, думаю, определить его на пятнадцать суток.

– Товарищ полковник, – жалостливым тоном взмолился задержанный. – Выпустите меня из этой камеры. Хоть на месяц меня сажайте, только выпустите отсюда. Я больше не могу – руки отваливаются.

– Осознал свою вину? – спросил полковник.

Задержанный истово закивал.

– Нарушать больше не будешь?

– Не буду, не буду, – замотал головой мужчина. – Клянусь, я исправлюсь. Больше никогда не уведите меня в отделении.

– Дежурный, можешь его отпустить. С него хватит. – Когда дежурный открыл камеру и выпустил задержанного,

который моментально умчался на улицу, полковник спросил: – А эти двое в чём виноваты?

Закрывая камеру, дежурный ответил:

– Они виноваты в том, что они клинические идиоты. Они до усрачки напугали патрульный экипаж своей змеёй, сами запрыгнули к ним в машину и устроили в ней драку с друг другом.

Брови полковника взлетели под самый козырёк фуражки.

– Разве такое бывает?

– Оказывает, что да. – Дежурный хохотнул. – Я решил подержать их пару часиков – пусть остынут и подумают о своём поведении.

– Правильное решение, – кивнул полковник.

Дверь в дежурку распахнулась, и с улицы в сопровождении полицейского зашёл Нефёдов, облачённый в деловой костюм. Бегло оглядевшись, он широко улыбнулся и подошёл к полковнику, протягивая ему раскрытую ладонь.

– Борис Глебович, как удачно, что я застал вас!

– А, Олег, приветствую. – Полковник обменялся с Нефёдовым дружеским рукопожатием. – Как бизнес, как сам?

– Всё отлично. Как вашему внуку мой велосипед? Катается?

– Вообще с него не слезает, затащить его домой – теперь огромная проблема, – улыбаясь, ответил полковник. Одёрнув мундир, он посерьёзнел. – Какими здесь судьбами, Олег? Что-нибудь случилось?

– Ага, случилось. – Нефёдов указал на Ежова и Артёма. – Я за этими двумя. Это мои работнички – завсклад и гонщик моей команды. – Нефёдов помялся. – Мне бы как-нибудь забрать их. И поскорее. Мне рассказали, что они устроили, и...

– Да забирай их, – прервал неловкие объяснения Нефёдова полковник. – Дежурный, отпирай камеру.

После непродолжительной беседы с полковником Нефёдов вывел Артёма и Ежова с территории отделения и направился к своей машине. И Артём, и Ежов смущённо молчали, пялясь себе под ноги.

Открывая дверцу, Нефёдов покачал головой и задумчиво уставился на Ежова.

– Понимаю Артём – он ещё молодой и дикий, гормоны, все дела. Но ты-то Костя как умудрился опуститься до такого? Тебе скоро шестьдесят, а ведёшь себя как первоклашка.

Засунув руки в карманы, Ежов пробурчал:

– Я слишком увлёкся и не заметил, что залез в полицейскую машину. Не обратил на это внимания.

– Да какая разница, в какую машину вы залезли?! – вспылил Нефёдов. – Почему я должен из-за вас краснеть перед своими знакомыми?

– Извини, – пробормотал Ежов. Дёрнул за ручки дверцы, но она оказалась заперта.

– До склада дойдёте пешком, тут всего пара километров, – велел Нефёдов. – Я вам не такси, у меня ещё куча дел. Надеюсь, вам хватит ума не залететь в отделение по-новому. Кстати, завтра в одиннадцать общее собрание команды.