Уловка
Шрифт:
Айрис фыркнула.
— Не глупи, Чжоу. Ты опьянен любовью и деньгами.
Я в ярости развернулся и бросил через плечо:
— Просто напиши, когда вылетаем, — я ушел из переулка напряженными шагами, сжимая и разжимая кулаки.
Не так я хотел начать вечер.
* * *
Когда я прибыл в отель Шангри-Ла, где Дайю проводила маскарад, я ощущал себя как почти утонувший разбойник, а не бравый мушкетер. Я пошел в туалет, миновав многих ю, которые явно собрались на мероприятие. Одна женщина была в наряде принцессы-лебедь, ее платье было украшено слоями белых
Мужской туалет бы, что удивительно, пустым. Я прошел к рукомойнику, снял черную маску. Она оставила следы у меня на лбу и скулах, и я осторожно опустил ее на бежевый рукомойник, а потом вымыл лицо и руки, пытаясь стереть грязь города и свой пот. Я все думал о страхе в голосе Айрис, когда она говорила про Линь И. Линь И не могла биться, как Айрис, но она могла перехитрить любого. И все же что-то в этой опасной ситуации вызывало у меня плохое предчувствие, от которого не удавалось избавиться. Я решил не думать о том, что она говорила о доверии к Дайю и моей жизни как ю. Разве мы не сделали достаточно, уничтожив штаб-квартиру корпорации Цзинь? Я не думал, что мы потеряем Виктора в процессе. Мы договорились, что миссия была важнее всего. Но что я выбрал бы теперь, если бы мог вернуться во времени?
Я смотрел на свое отражение, лицо было мокрым, темные глаза — запуганными.
Я моргнул.
«На его месте должен был оказаться я».
Я вытерся мягким полотенцем с монограммой, сложенным в плетеной корзинке для гостей. Я провел ладонью по волосам, обрезанным коротко везде, кроме челки. Я постарался уложить их, как мог, продуктом, который советовал Вик, но час ходьбы под летним жаром Тайпея все испортил, и волосы упали мне на глаза. Я сдался и надел маску.
«Растрепанный разбойник».
Всем гостям дали «волшебную» золотую монету, и я смог попасть в частный лифт. Я поднимался с парой, одетой как дракон и феникс. Маска дракона выглядела тяжелой, на ней были вырезаны синяя и зеленая чешуя, темно-зеленые нефритовые рога торчали из его лба. Женщина была в алом наряде, маска феникса сочеталась с маской ее спутника. Я вежливо игнорировал то, как она хихикала и покачивалась, прижимаясь к спутнику. Он тоже не ровно стоял на ногах. Они были уже пьяными или под кайфом, как многие на этом мероприятии. Я первым вышел из лифта, когда он звякнул.
Дверцы открылись в другом мире. Я знал, что темой была сказка, и Дайю обсуждала со мной планы, просила совета, когда ей нужна была помощь или мозговой штурм, но было поразительно видеть результаты ее труда. Цветы и плющ яркими вспышками вырывались из потолка, золотое дерево баньян занимало центр зала и, казалось, росло вверх ногами. Яркие шелковые бабочки и птицы трепетали среди цветов. Пол был озарен кружащимися созвездиями, и казалось, что
Я поискал взглядом охрану, всегда присутствующую, когда богатые ю собирались праздновать, и быстро заметил десяток человек в темных костюмах. Потом я поискал тех, кто мог быть частью команды Цзиня — они выглядели подло, были готовы убивать, а не защищать. Никто не поймал мой взгляд, и я двигался вдоль стены, углубляясь в зал.
Гости в костюмах только добавляли ощущение иного мира. Серебряный и золотой свет подчеркивали шеи с украшениями, сияющие рога и мерцающие крылья. Одна женщина танцевала как ледяная королева, сжимая посох, на верхушке которого сиял серебряный огонь. Работники отеля были наряжены как хули-цзинь, их было легко заметить по острым лисьим ушам среди гостей. Они носили подносы с закусками и бокалами с шампанским.
Я вытянул шею, искал Дайю в дорогом зале. Пришло около трех сотен людей, и я не сразу смог ее найти. Она стояла у возвышения спереди, говорила с небольшим кругом мужчин и женщин, богатых вкладчиков. Она выглядела потрясающе в лиловом ципао, расшитом серебряными хризантемами, ее длинные волосы были уложены свободной спиралью. Она вплела цветы в волосы, чтобы соответствовать теме вечера. Дайю выглядела как смертная королева, которой выражали уважение фантастические существа. И при виде нее в толпе я все еще ощущал это — словно увидел нечто неожиданное — радость и напряжение одновременно.
Я не хотел врать ей про поездку в Шанхай. Наши отношения были основаны на обмане, и я пытался изменить это, быть честным теперь, когда мы были официально вместе. И я знал, что она делала так для меня. Мы доверяли друг другу, а то, что просила Айрис, рушило это доверие. Я вспомнил презрение Айрис и напрягся. Кем она была, чтобы судить меня?
«Но она не ошибалась, Чжоу, — мысль возникла как демон на плече. — Что ты делал с собой? Кроме наслаждения удобствами?».
Я бы пронзил сердце того демона, если бы мог.
Я держался в стороне у края зала, смотрел на ю из-за своей маски с перьями. Я съел пару закусок, выпил бокал шампанского, пузырьки щекотали нос, но все же любил я домашнюю и уличную еду. Не мелкие угощения. Через час высокая женщина подкралась ко мне. Я не мог иначе это описать. Она была в узком платье с тянущимся подолом, похожим на длинный хвост. Она подобралась ближе, и я увидел, что платье украшала золотая и зеленая чешуя, подражающая змее. Она остановилась передо мной. Ее глаза были изумрудными с темными вертикальными зрачками.
— Здравствуй, — тихо и хрипло сказала она. — Почему такой красивый юноша прячется в тени?
Я вскинул бровь:
— Я в маске. Ты не видишь мое лицо.
Она подняла сияющий бокал шампанского, сделала долгий глоток и сказала:
— Я вижу твой рот и эту челюсть, — ее алые губы изогнулись в улыбке, стало видно кончики острых клыков. — Этого достаточно.
Я издал невеселый смешок.
— Это не моя сцена.
— Давай уйдем отсюда, — она провела острым ногтем по моему рукаву. — У меня есть свой пентхаус.