Ультиматум
Шрифт:
Обнаружена высокая концентрация вируса. Перехват контроля.
Один из солдат резко остановился, вскинул ружье и разрядил накопленный заряд в спину шагающей машине. Робот дернулся, затрясся и синий огонь буквально растворил в себе верхнюю часть его туловища. Второй, идущий рядом, не растерялся и выстрелил в сослуживца, тот огрызнулся в ответ. А потом началась настоящая свалка.
Я разлегся на обугленной земле, не в силах отвернуться, и смотрел, как солдаты «БиоТек» изничтожают друг друга. Стоило кому-то оказаться рядом с подконтрольным, как НИ, перехвативший управление моей
Защищенные тяжелой броней солдаты кромсали друг друга на части. Несколько голубых вспышек отметили смерти первых погибших, а затем в то место ударили ракеты. Волной взрыва меня подбросило над землей и швырнуло, как тряпичную куклу прочь.
Земля и небо поменялись местами, НИ рапортовал о полученных повреждениях, и пытался поднять меня на ноги. А я даже думать уже не мог, остался безучастным наблюдателем происходящего.
В поле зрения возник киборг с обожженным лицом. Подхватив меня под руки, боец Алисы лихо забросил меня к себе на плечо и припустил прочь, пока солдаты в стороне воевали друг с другом.
Не успели мы пройти и ста метров, как по нам открыли огонь. Уцелевшие на стене защитники ответили, завязалась короткая перестрелка, несколько бойцов смело со стены взрывом очередной ракеты.
Киборг резко упал на землю, спасаясь от вспышек энергетических разрядов. Лежа на поврежденном бойце Алисы, я ощутил, как сверху прошло горячая волна, и «Стальной» тут же подхватился на ноги, мгновенно переходя на бег.
Нас еще раз попытались достать, но стоило пересечь черту стен, как новые вражеские снаряды разорвались о вспыхнувшую красным огнем лазерную мелкоячеистую сетку. Оглянувшись назад, я обнаружил, что за нами к городу устремилась вся армия пришельцев, насколько я мог судить под этим углом.
Обнаружена локальная информационная сеть «Стальных сердец». Подключение.
Я успел облегченно выдохнуть, и тут же выпал из реальности. Передо мной раскрылась карта Тау Мары, пылающая вспышками густых зеленых облаков. В сознание вторглась пометка, обнаруженная где-то в закромах Очкарика. Алиса ударила по колонии, выпустив наружу все законсервированные запасы «ТМ-13».
Одновременно с этим стали гаснуть последние отметки уцелевших в общей мясорубке городов. Отключился север, земля стремительно покрывалась чернотой, отмеченной знаками радиоактивного заражения. Вирус и радиации вновь шагали по Тау Маре, как триста лет назад. Только в этот раз в живых не останется никого.
Меня трясло и раскачивало, я ничего не видел и не слышал, по-прежнему зависнув в сети «Стальных». В памяти всплывали отчеты, пометки и закладки исследовательского ИИ. Очкарик развернул кипучую деятельность в моей голове, организовывая на обреченной планете настоящий ад.
Медленно, но верно Тау Мара рассыпалась на части. Рванули заложенные в литосферной плите корабли, обрушивая целые пласты материка в океанские воды. Пошел ко дну Порт’92 вместе с атомной станцией. Над водой поднялись значки радиационной опасности.
Горы, где умер Мессия, встряхнулись, осели и медленно развалились, засыпая камнем болота на севере, и заваливая берег на юге.
Вспыхнув, как нефтяная станция, пошла на дно океанская база ветеранов, устроив красочный фейерверк на прощание и разливая
Замерцала, привлекая внимание, АЭС Ксежинска. Я перевел на нее взгляд, и выпавшая таблица расписала мне спрятанный под ней объект.
Космический корабль, для старта которого нужно будет уничтожить агонизирующую колонию. Судя по чертежам Очкарика, это настоящий гигант, едва-едва не дотягивающий до средних размеров корабля поколений. Человечество давно отказалось от использования подобных громадин, перейдя на подчиненные умным компьютерам летающие холодильники вроде «Святого Иосифа».
Единственная проблема – для старта корабля АЭС придется остановить. А это значит, что лазерная сеть, прикрывающая город, исчезнет. И тогда армия вторжения проникнет в город. Сколько времени им понадобится, чтобы накрыть станцию, чьи координаты заранее известны? Руку готов отдать на отсечение, сейчас весь объединенный флот только и ждет отмашки для удара по зарвавшемуся городишке.
Зрение и слух до сих пор не вернулись. Зато к моему НИ пришел запрос на связь от Алисы.
Карта с разворачивающимся на Тау Маре адом мгновенно свернулась и исчезла, оставив стойкое ощущение, что я один все это видел. Но я был слишком обрадован, что командир «Стальных сердец», моя несравненная Алиса, все еще жива, несмотря на все невзгоды и проблемы.
— Боже, милый! Ты слышишь меня?
Голос девушки звучал у меня в голове. Сознание плыло и плавилось, мысли путались, то сливаясь в густой кисель, то разбегаясь, оставляя абсолютную пустоту. Кажется, наступил тот же самый откат, что уже однажды превратил меня в обрубок человека.
Я с трудом нашел в себе силы ответить.
— Да, милая, я тебя слышу. Где мы?
В полной темноте загорелись ровные ряды каких-то цифр и обозначений, они меняли цвет, пробегая перед моим внутренним взором. Я внезапно понял, что именно так и видит мир Алиса – набором символов и функций. НИ послушно обрабатывал информацию, выстраивая из непонятных для меня данных объемную проекцию. Перед глазами развернулась трехмерная карта города. Даже странно, что я никогда не наблюдал этот процесс так медленно. Повреждения мозга?
Скорость взаимодействия нейронов повышена.
Надпись вспыхнула в воздухе голубыми огнями, и исчезла, вновь оставив меня стоящим на карте Ксежинска. Я видел себя со стороны, будто смотрел одновременно со всех сторон. Это было очень странно и непривычно, но невероятно удобно.
Алиса, все в том же кителе командира «Стальных сердец», стояла на коленях рядом со мной, разглядывая мое обожженное лицо.
Мы оказались в лазарете. Стоило захотеть осмотреться, как изображение сдвинулось, охватывая разом все помещение.
Я ощутил поступающий к горлу комок. Дети, женщины и старики. Изможденные, раненые, покалеченные. Они занимали собой все пространство обширного помещения.
Стоило сосредоточить внимание на одном, передо мной тут же возникала полная карточка данных. Я мог сказать, как зовут этого мальчишку с окровавленной тряпкой на месте руки, сколько ему лет, чем он болел и с кем общается.
Я переключался на молодую женщину, инстинктивно прикрывающую тонкими руками живот. Двойня, мальчик и девочка. Таблица утверждала, что оба будут похожи на безвременно почившего отца.