Упасть еще выше
Шрифт:
Начался другой сюжет – про подпольную лабараторию наркодельцов. Тамара выключила телевизор и тут же снова включила.
– Может, еще что покажут, – объяснила она.
Лена сидела молча, ошарашенная тем, что увидела. Этого не могло быть! Это какое-то недоразумение! Надо что-то делать, но что?!
– У Пышкина есть хороший адвокат, – произнесла Ирина, – то есть у нас обоих есть знакомый адвокат, который как раз такими делами занимается. Если хочешь, я смогу с ним…
– При чем тут адвокат, – перебила Тамара, – тут на ментов выходить надо! Узнаем для начала, что ему инкриминируют…
– А ты
Топтунова уже почти кричала.
– Все, девочки, хватит, – сказала Лена, – я сама разберусь.
– Сама так сама, – обиделась Ирина, – только потом не говори, что мы тебе помочь отказались.
Она поднялась и вылила остатки вина в свой бокал. Потом залпом выпила. Топтунова направилась к выходу и уже из прихожей крикнула:
– А насчет моего адвоката подумай. Надежный человек. Другие деньги сдерут и ничего не сделают.
Они ушли, а Лена, оставшись одна, не знала, за что хвататься. Надо было звонить, ехать, узнавать про Колю – где он и что с ним. Принести ему передачу, собрать то, что в таких случаях приносят. Но что приносят в таких случаях, она не знала. И кому звонить, чтобы посоветоваться, тоже не знала. И потому набрала номер Кадилова.
Максим Максимович отозвался не сразу. А когда отозвался, услышав ее голос, обрадовался:
– Я только что о вас вспоминал – богатой будете! Вчера мне звонил американский издатель. Он интересовался…
– Максим Максимович, мне нужна ваша помощь. Сегодня арестовали Колю…
– Кого? – не понял Кадилов.
– Мужа, – объяснила Лена, – по телевизору показали, как его задерживали.
– Так от меня что требуется?
– Может, у вас есть человек, который разбирается в подобных ситуациях и может помочь?
– Адвокат, что ли? – переспросил Кадилов. – Разумеется, есть. В моем кабинете их столько побывало, что я уже начинаю думать, будто адвокат – это диагноз… А если серьезно, то переговорю с одним типичным представителем. Очень скользкий товарищ, но работает эффективно… А что касается издателя…
– Я поняла, что он торопит, но сегодня я не могу говорить о работе.
– И все же закончу. Он в полном восторге от того, что от меня получил. Действительно, просит поторопиться и готов заключить договор на новые книги…
Лена непроизвольно вздохнула, и этот вздох, вероятно, услышал Кадилов.
– Хорошо, – произнес Максим Максимович, – сейчас свяжусь с адвокатом.
Она сидела какое-то время, ожидая звонка. Потом поднялась и стала убирать посуду. Дальше надо было мыть эти тарелки, бокалы. Протирала стол и подоконник, на который подружки выставляли пустые винные бутылки. Никто не звонил. Тогда она сама еще раз набрала номер Кадилова, но теперь его номер не отвечал. Вернее, ответил голос механической девушки, сообщивший, что телефон абонента выключен или находится вне зоны. Лена включила телевизор и тут же выключила, чтобы не увидеть повторения того страшного репортажа. Потом пошла в комнату, чтобы взять компьютер, понимая, что не сможет сегодня работать. И завтра не сможет, и потом – до тех пор, пока Коля не вернется домой. А когда это будет, она не знала… Хотелось надеяться, что он вернется скоро – уже сегодня, придет домой и скажет, что произошла страшная ошибка.
Телефон
– Это Елена? – услышала она мужской голос. – Вас беспокоит адвокат Герберов.
– Вы от Максима Максимовича? – спросила она.
– От какого Максима Максимовича? – удивился адвокат. – Я по просьбе Ирины Пышкиной.
Лена не сразу поняла, о ком говорит этот человек. Потом догадалась, что адвокат так называет Топтунову.
– Мне просто мой начальник обещал дать адвоката.
– Фамилия вашего начальника не Кадилов, случайно? – поинтересовался голос в трубке. – Вот видите, как тесен мир! Если Максим Максимович обещал вам, то, значит, он мне обязательно позвонит. В нашем городе, кроме меня, помочь никто вам не сможет. Но мы-то с вами уже общаемся по этому вопросу. Не так ли?
– Да, – подтвердила Лена. – А вы знакомы с существом дела?
– Я даже сюжет видел по телевизору. Умопомрачительное зрелище, когда на капот машины вываливают чемодан с пятью миллионами евро…
– Но Коля к этим деньгам не имеет никакого отношения!
– Вот это я и собираюсь доказать в суде. Для начала я должен с вами увидеться, заключить договор.
Адвокат приехал через полтора часа, но до того позвонил Кадилов и деловым голосом сообщил, что договорился с хорошим и очень опытным адвокатом.
– Запишите и его фамилию, и телефон. Герберов Анатолий Александрович. А номер его мобильного…
– Я уже говорила с ним. И скоро мы встречаемся.
– Ну, вот и славненько, – как ни в чем не бывало продолжил Максим Максимович, – а теперь еще одна просьба. Помните, я говорил о девочке-подростке, которой нужна ваша помощь? Вы согласились, но теперь ее мама меня просто достает… Дочка совсем неуправляемая стала.
– Честно говоря… – начала Лена, не зная, как отказаться.
– Ну, вот и славненько, – не дал ей договорить Кадилов. – Я дал этой мамаше ваш телефон и разрекламировал вас, как только мог. Учтите, что это не простая семья. Муж этой дамочки и, соответственно, отчим девочки – большой чиновник. Не чиновник даже, а государственный муж…
Отказаться она не сумела, не было ни сил, ни желания с ним спорить. Но, если Кадилов предлагает ей дополнительную нагрузку, работу, которая отнимет немало времени, значит, он не сомневается, что Николая скоро отпустят. А с другой стороны, даже если дело и затянется, то деньги потребуются, а новый клиент – дополнительный заработок. Она подумала немного, постаралась успокоиться, но все мысли по-прежнему были о муже, а это спокойствия не добавляло.
Скоро в дверь позвонили. Адвокат Герберов оказался пятидесятилетним мужчиной с квадратным волевым подбродком и светлыми глазами. Взгляд его был цепким. Герберов оглядел стены, спросил, куда проходить, по пути к гостиной осматривал книжные стеллажи в коридоре. Не осматривал, а изучал, как будто хотел запомнить названия всех книг сразу.
– Я гляжу, у вас все книги технические, – произнес он.
– Это муж собирает, – объяснила Лена, – у него есть даже старые учебники по физике, в том числе самый первый, который перевел с немецкого Ломоносов. А вообще начал собирать книги его дед…