Упрямый хранитель

Погода была замечательная. Я пил кофе на балконе, облокотившись о перила и наслаждаясь зябким летним утром. И вдруг мне прислал зов Игорь Владимирович.

— Доброе утро, Саша, — вежливо поздоровался дед. — Я не слишком рано?

— В самый раз, — улыбнулся я. — У вас что-то стряслось?

— Нет, все в порядке, — ответил Игорь Владимирович. — Но я бы хотел посоветоваться с тобой по важному вопросу.

— Слушаю вас, — удивленно ответил я.

— Ты знаешь,

что скоро отправится наша экспедиция к Месту Силы, — сказал Игорь Владимирович. — Это очень большое событие, пожалуй, даже грандиозное. Событие, которое может прославить род Воронцовых на всю империю. Ты со мной согласен?

— Пожалуй, что так, — улыбнулся я. — Думаю, что в учебники истории мы после такого точно войдем.

— Вот и я о том же, — подхватил дед. — Вчера вечером у меня был господин Черницын, и он предложил очень любопытную идею.

После исчезновения графа Мясоедова Игорь Владимирович все-таки купил газету «Магические сплетни» и, по моему совету, назначил репортера Черницына главным редактором.

— Так что же предложил господин Черницын? — заинтересовался я.

— Он считает, что нужно шире освещать дела нашего рода в прессе. Разумеется, не все, а только те, о которых можно говорить. Пусть широкая публика читает, обсуждает. Господин Черницын думает, что известность пойдет на пользу нашему роду, и я склонен с ним согласиться.

— В этом есть резон, — подумав, ответил я. — На что конкретно предлагает репортер?

— У него большие планы, — порадовал меня Игорь Владимирович. — Заметки из наших мастерских, репортаж с корабельной верфи, несколько интервью со значимыми членами рода. Как тебе эта идея?

— Мне нравится, — улыбнулся я.

Все же именно я в свое время рекомендовал господина Черницына Игорю Владимировичу. И теперь было приятно услышать, что репортер развил такую бурную деятельность.

— Значит, ты одобряешь? — уточнил дед.

— Одобряю, — решительно ответил я.

— Вот и замечательно. Тогда я передам господину Черницыну, чтобы приступал к этой работе сегодня же. Знаешь, Саша, он просил меня договориться с тобой о том, чтобы ты дал ему интервью.

От удивления я чуть не пролил кофе.

— Я?

— Ну конечно, — ответил Игорь Владимирович. — Посуди сам. В нашем роду ты очень значительная фигура. Кроме того, самая интересная.

— А вы не преувеличиваете? — недоверчиво спросил я.

— Нисколько, Саша. Твои магические приключения будут очень интересны читателям нашей газеты. Так сказал господин Черницын, и я думаю, что он прав.

— Игорь Владимирович, вы хитрый старый лис, — рассмеялся я. — Уж простите, что я вас так называю. Но как ловко вы подвели разговор к этому интервью. Вы сделали все, чтобы я не смог отказаться.

— Но ты же сам сказал, что это хорошая идея, — возразил дед.

— Я и сейчас так говорю. Но вы же понимаете, Игорь Владимирович, многие дела, которыми я занимаюсь, так или иначе касаются тайной службы. Не думаю, что господин Зотов будет в восторге, если подробности этих расследований выплывут

на свет.

— Мне кажется, господин Черницын не глуп, — осторожно сказал дед, — и тоже это понимает. Ну, а в тебе я никогда не сомневался. Ты прекрасно сообразишь, что можно рассказать репортеру, а о чем следует помолчать. Так что мне передать Черницыну?

— Передайте ему, что я подумаю, — улыбнулся я. — Игорь Владимирович, вы сами учили меня не принимать торопливых решений. Мне нужно время. Я пришлю господину Черницыну зов.

— Спасибо, Саша, — ответил Игорь Владимирович.

Мой дед прекрасно знал, когда нужно настаивать, а когда стоит отступить.

— Благодарю тебя за разговор, а теперь, с твоего позволения, я займусь делами.

Закончив разговор с дедом, я изумленно покачал головой. Надо же, Игорь Владимирович и господин Черницын решили прославить меня на всю столицу. Эта идея мне не слишком нравилась. Я привык жить уединенно, а после статьи в газете вокруг моего дома, того и гляди, начнут собираться зеваки. Но и отказывать сразу я не хотел.

Подумаю, а там будет видно.

— Завтрак готов, ваше сиятельство, — торжественно объявил за моей спиной Игнат.

Обернувшись, я замер от удивления. Игнат выглядел очень представительно. С утра пораньше он облачился в безупречный темный костюм. Вид у старого слуги был таинственный.

— У нас что-то случилось? — осведомился я.

— Прошу к столу, ваше сиятельство, — с легким поклоном повторил Игнат и посторонился, пропуская меня.

Следующий сюрприз ожидал меня в столовой. Я уже привык к уютным домашним завтракам, которые готовила Прасковья Ивановна. Но сегодня я увидел на столе перепелиные яйца, фаршированные черной икрой, тонкие ломтики розовой ветчины, твердый сыр из козьего молока, который поставлял нам один знакомый фермер.

В блестящей кастрюльке исходила пара, сладкая гурьевская каша с изюмом. Пахла она просто умопомрачительно.

Возле стола, улыбаясь, стояла Прасковья Ивановна. Сегодня она была в своем лучшем праздничном платье, поверх которого надела белоснежный накрахмаленный фартук.

— Кушать подано, ваше сиятельство, — сказала Прасковья Ивановна.

— Да что случилось-то? — изумился я. — Почему вы такие нарядные?

Но все же сел за стол, а Игнат встал рядом с Прасковьей Ивановной.

— Ваше сиятельство, мы решили пожениться, — сказал он.

— Это отличная новость, — улыбнулся я, начиная понимать, в чем дело. — Так вам нужно мое благословение?

— Так точно, — подтвердил Игнат.

— Что ж, я очень рад за вас и совершенно не против. Женитесь на здоровье.

— Благодарю, ваше сиятельство, — торжественно ответил Игнат.

— Спасибо, Александр Васильевич, — пробормотала Прасковья Ивановна, утирая чистой салфеткой набежавшую слезу.

— Когда намечена свадьба? — с улыбкой поинтересовался я.

— Так это как вы решите, Александр Васильевич, — сказал Игнат.