Ураган
Шрифт:
По дороге в дом Торреса Фред Дов остановился купить цветы и белое вино. Он хотел сообщить Иди Марш, что она великолепно справилась с ролью Нерии, преданной жены Тони.
Когда страховой агент подъехал к дому 15600 по Калуса-драйв, то заметил, что на подъездной дорожке нет джипа. Сердце его учащенно забилось, возможно, Кусака уехал и они будут с Иди только вдвоем. Иди не смущало присутствие в доме посторонних, а вот его, Фреда Дова, смущало очень сильно. Он не мог полностью отдаться сексу в присутствии человекоподобного маньяка, смотрящего телевизор в
Когда страховой агент постучал по дверному косяку, никто не отозвался. Фред вошел в дом Торреса и позвал Иди, но ответом ему был только лай двух такс с заднего двора, и звучал этот лай как-то устало и хрипло.
Шезлонг в гостиной оказался пустым, телевизор был выключен. Это обрадовало Фреда еще больше – Кусаки точно нет дома. Страховой агент щелкнул выключателем, но свет не загорелся, наверное, в генераторе закончился бензин. Он нашел фонарик Кусаки и отправился осматривать комнаты в надежде, что усталая Иди спит в одной из них на матрасе. Однако Иди нигде не оказалось.
На кухонном столе Фред обнаружил ее сумочку, поверх которой лежал бумажник. Внутри бумажника оказались двадцать два доллара и кредитная карточка «Visa». Фред Дов вздохнул с облегчением: по крайней мере, дом не ограбили. Светя себе фонариком, он осмотрел водительские права Иди, выражение ее лица на фотографии бросило Фреда в дрожь. Женщина на снимке явно отличалась коварством, такой нельзя было доверять.
«Ладно, – подумал страховой агент, – немногие девушки выглядят ангелочками на фотографиях в водительских правах».
Фред вернулся в гостиную, зажег свечу и уселся в шезлонг. Его интересовало, куда делась Иди и почему оставила в доме сумочку, хотя прекрасно знала, что по улицам рыщут мародеры. Похоже, она покинула дом в спешке, возможно уехала в джипе вместе с Кусакой.
Страховой агент устроился в шезлонге поудобнее и приготовился ждать. Свеча пахла ванилью, ее мягкий отблеск на стене напомнил Фреду тот вечер, когда они с Иди только начали заниматься любовью на полу, но все испортил Кусака. Унижение, которое Фред испытал в тот момент, до сих пор терзало его, и это унижение давало Кусаке непреодолимую власть над страховым агентом. Унижение, да еще заряженный револьвер. Фред не мог дождаться того момента, когда они с Иди расплатятся с этим психопатом-головорезом и тогда избавятся от него.
Время от времени страховой агент включал фонарик и снова рассматривал фотографию Иди на водительских правах. Хищный взгляд, совсем не ласковый. А что, если она просто умело притворилась той женщиной, которая так нравилась ему? Эта мысль огорчила Фреда, и он попытался отвлечься от нее. Оказывается, второе имя ее было Дебора. Фреду нравилось это имя: звучит четко, можно даже сказать надежно. Он готов был поспорить, что во всех женских тюрьмах Америки не найдется и пяти женщин по имени Дебора. Возможно, так звали одну из бабушек или любимую тетю Иди. Как бы там ни было, Фред усмотрел в этом имени хороший знак.
Интересно, а какая у нее квартира в Уэст-Пал по указанному адресу, какие картины Иди развесила по стенам, какого цвета полотенца в ванной, какие магнитные картинки приклеены на ее
Страховой агент сидел в шезлонге уже два часа, в соседних домах давно стихли звуки пил и молотков. Наконец он поднялся, подошел к окну и увидел идущую по улице группу развязных, орущих подростков. Фред уже было приготовился стать свидетелем того, как подростки что-нибудь сотворят с его арендованным автомобилем, но, к счастью, они проигнорировали его потрепанный «седан». А через минуту после того, как они прошли мимо дома, он услышал резкие звуки, похожие на автомобильные выхлопы или выстрелы. На заднем дворе яростно залаяли Дональд и Марла, образовав этакий раздражающий хор вместе с несколькими соседскими собаками. Фред занервничал. Он положил водительские права Иди назад в сумочку и торопливо поставил цветы в вазу на столе в гостиной рядом с непочатой бутылкой вина. Затем задул свечу и вышел на улицу посмотреть, как там таксы.
Собаки, запутавшиеся в поводках, теперь скулили от голода, одиночества и испуга. Из их памяти еще не исчез страх чуть не ставшей смертельной встречи с приблудным медведем. Пока Фред Дов распутывал и отвязывал такс, они забрались к нему на колени и принялись беззастенчиво лизать подбородок. Он решил, что им будет полезно немного побегать.
Удивленный тем, с какой радостью они, оказавшись свободными, начали прыгать и резвиться, Фред опечалился при мысли, что таксам, возможно, придется провести всю ночь на улице без присмотра. Он написал Иди записку и оставил ее на сумочке, затем усадил собак в свой «седан» и поехал назад в мотель, где тайком провел их в свой номер и спрятал в корзине для грязного белья.
Мотели в Аппер-Кис были заполнены страховыми агентами, понаехавшими из других городов. Девушка за стойкой портье в «Парадиз Палмс» сказала, что чувствует себя неловко, извлекая выгоду из последствий урагана.
– Но постояльцы есть постояльцы. Могу я узнать ваше имя?
Августин представился братом Лестера.
– Я звонил вам недавно. Какой номер его комнаты?
– Он еще не приехал. – Девушка перегнулась через стойку и прошептала: – Но ваши сестры зарегистрировались минут двадцать назад. Комната 255. То есть я подумала, что это ваши сестры, потому что они тоже Парсонсы.
– Разумеется, Парсонсы. – Августин кивнул и изобразил на лице радость. Сестры? Он не мог себе представить, кто бы это мог быть.
За комнату Августин заплатил наличными.
– Эти девушки знают, как надо одеваться на вечеринку, уж поверьте мне, – сообщила регистраторша.
– Ясное дело, – поддержал разговор Августин. – А что они сейчас делают?
– Только не мешайте им сейчас... пусть немного поразвлекаются, ладно? – Девушка протянула Августину ключ. – У вас комната 240. Я пыталась поселить вас в соседний номер, но там живет какой-то чиновник, а переселяться он не пожелал.