Усафар
Шрифт:
Арине всё тайком поведав, 799
Старушка думала хитро:
«Что проку – прятать под секретом,
Что может сделаться добром?»
Она сама к ней привязалась, 800
Того не зная за собой,
И даже старость и усталость,
Как будто вдруг давали сбой.
Видать,
Покуда солнце не зашло, -
Судьбой назначено узнать ей
Дочерней близости тепло.
Душою дряхлою оттаяв, 802
Она дарила, как могла,
Что не успела молодая –
Остатки прежнего тепла.
Глава VIII
СЧАСТьЕ НОВОЙ ЖИЗНИ
И то сказать, — была Арина 803
Душой прекрасна, как лицом.
Ей тотчас сердце отворила,
Лишь смутно помня мать с отцом.
Нельзя сказать, что донимало 804
Арину прежнее житьё,
Но и тепла в нём было мало –
Там каждый думал о своём.
Жила Арина не в обиде, 805
А лишь в душевной тесноте.
Другого издавна не видя,
Так привыкаешь к пустоте.
И вот, теперь совсем иначе, 806
Перевернулось всё в судьбе –
Жить там, где ты так много значишь
И где нуждаются в тебе.
Во всём в хозяйстве помогала: 807
Круговорот привычных дел
Ей доставлял хлопот немало,
Лишь пополудни поредев.
Таёжной снеди заготовка: 808
Корней съедобных, сбор грибной –
Давалась ей легко и ловко.
Привычен промысел лесной.
Брусники полные лукошки, 809
Вся снедь лесная для стола -
Как застучат снега в окошки,
Чтоб чугунок не пустовал!
Или
Умчит с собой её Илья, -
Тот словно ветер проносился,
Еловый лапник шевеля.
Покинув остров бродом тайным, 811
Они скакали над Усой
И таял брызг туман хрустальный
В траве над сбитою росой.
Они летели вдоль обрыва, 812
Вдаль уносились берега
И ветра встречного порывом,
Как крылья выгнулись рога.
Они неслись аллеей просек 813
Сквозь сеть жемчужных паутин,
Где елей встрёпанная проседь
Висела космами седин.
Стремглав влетали на поляны 814
И пух кипрейный, — солнца пыль,
Взлетая облаком румяным,
Легко по плечи их топил.
Волнуясь сильной, мерной качкой, 815
Что шла по телу, как волна,
Не зная, что всё это значит, -
Была Арина влюблена.
Арину смутно горячила 816
Касаньем лёгким близость тел,
Что так пугала и манила,
Как неизбежности удел.
Такое с ней впервые сталось, 817
Как будто лёгкий сердца жар,
Роняя сладкую усталость,
По телу дрожью пробежал.
Как сон нахлынула истома. 818
Пришли и лёгкость, и покой,
Когда её едва весомо
Илья коснулся вдруг рукой...
И лишь сейчас, при ярком свете, 819
У леса стоя на краю,
Спросонок, словно, вдруг заметив,
Деревню видела свою.
Они стояли на опушке, 820
А там – виднелись вдалеке
Едва приметные избушки,