Успех программы «Гений»
Шрифт:
– Хорошо, Степа. Иди.
– Угу, - кивнул мальчонка и побежал обратно.
– Не "угу", а "есть", - крикнул ему вдогонку капитан и поднялся с крыльца.
Командир отличался более солидным возрастом, более плотной и темной одеждой и множеством маленьких звездочек на плечах. На округлом румяном лице чернели могучие усы, а густые темные кудри странным образом сочетались с большими залысинами. Небольшим металлическим ножиком он что-то вырезал из толстого ивового прута.
– Кто такой, откуда взялся?
– спросил он, не глядя
– Пахомов, Семен Сергеевич, - в третий раз ответил я, - начальник цеха предприятия триста семнадцать. Двадцать пятого июля пошел за грибами и заблудился.
– И сколько ты "блудил"?
– Две недели.
– Устал, наверное, проголодался?..
– Очень устал, - кивнул я, - и проголодался.
– А вид у тебя, - впервые поднял на меня глаза капитан, - как только что из санатория.
– Так ведь август на улице, - объяснил я.
– В лесу созрели ягоды, грибы. А большинство этих видов растительности пригодны в пищу в сыром виде. К тому же холода еще не наступили, а осадков в последнее время не было.
– А зеркала у тебя нет, лесной гость?
– усмехнулся капитан.
– Нет, - пожал я плечами.
– А что?
– А то, - поднялся на ноги капитан, - что питайся ты ягодами, рот у тебя был бы черный, как у утопленника.
– А я грибы ел. Причем только белые. Их сейчас вокруг, как звезд в галактике.
– Ты еще скажи, что водичкой из ручьев их запивал, - хмыкнул капитан и стал ощупывать воротник моей робы.
– Ну что, ампулы не прячешь?
– Какой ампулы?
– Обыкновенной. С цианистым калием.
– Да вы что?!
– содрогнулся я.
– Он же страшно ядовит! Его ни в коем случае нельзя носить в одежде!
Тут капитан отступил, посмотрел на меня с неподдельным интересом и спросил:
– Ты чего, в кино никогда не ходишь? Или книжек про шпионов не читал?
– Почему не читал? Видел я их! Правда, в скафандре...
– Это не те!!!
– истошно зашептал Антон.
– Он про земных говорит, двуногих...
– А-а, - понял я, - у вас водятся двуногие шпионы?
– Ты, парень, часом мухоморов вместо белых не нажрался?
– капитан задумчиво подергал себя за мочку уха.
– Нет, мухоморов есть нельзя, - предупредил я его.
– В них большое количество неструктурных аминокислот с близкими белковыми контактами. Они опасны даже после длительной тепловой обработки.
На этот раз капитан замолк надолго. Потом вкрадчиво поинтересовался:
– А как называется главная улица в вашем городе?
– А никак, - пожал я плечами.
– Она у нас единственная. От станции и до завода.
– А живешь ты там где?
– В общежитии.
Для тех, кто не знает: общежитие - это дешевая гостиница самообслуживания.
– А памятник Ленину где стоит?
– Перед заводоуправлением!
– А кепка у него в руке или на голове?
– Кепка...
– вот тут я зачесал голову. Стандартную планировку поселков
– Та-ак, - зловеще пробасил капитан.
– Не знаешь.
– Да я и не смотрел на него никогда!
– попытался отбалабониться я. Их же по десять в каждом селе!
– А директора вашего как зовут?.. Не знаю, сколько времени тянул бы он из меня жилы, но тут дверь избы распахнулась и на крыльцо выскочила девчонка в коротком белом платьице и двумя косичками цвета прелой соломы:
– Дядь Коль, бабушка кушать зовет.
– Спасибо, Оксана. Сейчас иду.
– Оксана?
– удивился я.
– Случайно не Прудникова?
– Прудникова, - удивленно кивнула девочка.
– А откуда вы меня знаете?
– Про тебя же статья была в районной газете! "Математический гений"!
– Правда?
– искренне обрадовалась Оксана.
– А я и не знала! Вы мне покажете?
– Увы, - пожал я плечами.
– Когда я иду за грибами, то старые газеты с собой не беру. Она у меня в городе осталась...
– Так мы же в город завтра едем!
– всплеснула руками девочка. Честное пионерское.
– Тогда давай, попробуй решить головоломку, - я снял с запястья ретоноблайзер и накинул ей на руку.
– Здесь замок хитрый, с секретом. Сумеешь до города открыть - подарю насовсем.
– Ой, правда?
– Она поднесла руку к глазам и принялась внимательно разглядывать прибор.
Ретоноблайзер был изготовлен на семислойных чипах и залит корундом. Со стороны он выглядел, как наборный браслет из полудрагоценных камней, и на мой взгляд - довольно красивый. А замок - гладкоконтактный, его после включения только распилить можно.
– Дорогая, небось, игрушка?
– поинтересовался вытянувший шею капитан.
– Даже не знаю, - пожал я плечами.
– Наши умельцы их из отходов производства точат.
Для тех, кто не знает: номерные заводы - это инструментальные синтезаторы, которые производили опасную для жизни и здоровья продукцию, поэтому задавать вопросы про них в двадцатом веке считалось нарушением закона.
Капитан и вправду промолчал, только хмыкнул с интересом, а потом кивнул на дверь:
– Пошли, ушицы свежей попробуешь, Я с утра трех таких жерехов вытащил, во!
– он отмерил на руке что-то около полуметра.
– Уха получилась... Если шпион, то хоть будет что в тюрьме вспомнить.
– Кто шпион?
– на всякий уточнил я.
– Потом узнаешь, - пообещал капитан и первым вошел в сени.
Для тех, кто не знает: сени в русской избе - это подобие теплового шлюза. Обычно они отделяли жилые помещения от улицы и двора.
Стол в горнице покрывала чисто белая скатерть, на которой стояли большие глубокие тарелки, несколько мутных граненых стаканов, зеленая бутылка и лежало несколько некрашеных деревянных ложек. Вокруг имелись грубые табуреты из струганных досок.