В лесу
Шрифт:
Мама открыла чемодан и, заглянув в него, сразу попросила принести ей бутылку воды.
Она открыла крышку пластикового отсека с надписью «От боли» и, взяв две таблетки, выпила их, запив принесенной мной водой.
– Ася, я уже устаю гордиться и восхищаться тобой! – сказала мама, и протянула руки, так чтобы я подошла к ней и обняла ее. Что я и сделала.
В мое отсутствие в этой семье никто не ел, достав три пакета, я положила их рядом с костром.
– Я не знаю кому, что достанется! – предупредила я, так как упаковки с едой все выглядели
– А мне все нравится – ответил Дима.
– Мне тоже – ответила мама.
Я села на бревно возле костра и стала думать, как соорудить маме карету из двух велосипедов.
Мой взгляд упал на нашу лужу, которая куда-то утекала.
Кресла от самолета, в которых мы упали, уже торчали на половину спинки.
– Два велосипеда, а между ними одно из удобных кресел самолета, вот что нам нужно! – озарило меня.
Я взяла папин чемоданчик и, достала ящик с инструментами от велосипедов, приготовив их для работы.
– Ася, что ты делаешь? – спросила мама, когда увидела, что я начала снимать одежду.
– Ты не поверишь мама, но я сейчас полезу в холодную воду откручивать для тебя кресло – засмеялась я.
– Асенька, только будь осторожна – ответила мама, уже полностью доверяя своей дочери.
Баланс в семье поменялся, если мама раньше заботилась о дочери, то внезапно маленькая дочь стала заботиться о матери и о брате.
На глазах у мамы Ася в одних трусиках заходила в холодную воду, она уже была почти взрослая, ее грудь была красивой, ровной почти сформировавшейся.
– Димка не смотри на меня, я стесняюсь без лифчика! – крикнула я, когда заметила, что Дима смотрит на меня.
– Ася, я тебя даже в туалете на унитазе видел, а без лифчика ты постоянно дома ходишь! – крикнул в ответ Дима.
– Маленький извращенец, прошептала я и нырнула в ледяную воду. Руками я искала крепежи сиденья, чтобы понять, как они прикреплены к полу. Мои пальцы прощупывали каждый миллиметр и нащупав крепежи я поняла что это заклепки.
Выбравшись из воды, произнося грязные ругательства в своей голове, я села у костра отогреваться.
– Ася если пойдешь еще к самолету, поищи нам нижнее белье. Мне вообще нужно подмыться – сказала мама смущаясь.
– Мам, здесь вода чистая, давай устроим тебе купание – предложила я.
– Как мне спуститься к воде Ася? – спросила мама.
Я встала и, надев только одну футболку, поднялась из оврага. Мне пришлось срубить ножом две высоких шестиметровых сосенки диаметром в десять сантиметров. Каждую из них я обточила, так чтобы, ползая по ним, мама не смогла пораниться, за это время прошло еще около двух часов. Я спустила два ствола в воду с берега и стоя в воде, связала упершиеся в ил края стволов капроновым шнуром снизу и сверху.
– Мама ванна готова, спускайся по горке вниз и мойся! – торжественно произнесла я.
Мама радостно начала раздеваться и снимать свою одежду. Она голенькая на руках поползла на мою горку и, спустившись по ней в холодную воду, лежа на спине, на бревнышках, начала мыться.
Я взяла ее одежду,
Когда мама вылезла из воды, она сразу приняла еще две обезболивающие таблетки. После чего надела на себя оранжевую футболку со смайликом, которую я принесла из самолета.
– Ася ты не поверишь, но я счастлива! – сказала она.
– Мы взрослые мечтаем, как бы выбраться на природу с детьми и чтобы тебя ни кто не беспокоил! Посмотри вокруг! Я на природе с детьми, и меня никто не беспокоит! – сказав, засмеялась мама.
– Мам скажи Диме, что ему тоже нужно помыться, иначе блохи заведутся – попросила я.
– Дима! Сегодня день чистоты, быстро в воду, помой все свои принадлежности голову попу и подмышки, но долго не купайся! – скомандовала мама.
Дима то ли ждал, этого приказа, то ли сам уже хотел нырнуть в воду, но как только мама произнесла последние слова он уже, голый прыгнул в воду.
Стирая мамино белье, я думала, как мне достать кресло для кареты.
Когда я полезла за плоскогубцами в свой «Папин» чудесный ящик я увидела небольшой, но грубый напильник в наборе.
– Можно попробовать сточить верх клепки и тогда она отпадет! – осенило меня.
Натянув проволоку между двух деревьев и затянув ее плоскогубцами, я развешала Мамино белье сушиться.
Димка увлекся купанием и катался с маминой ванны, как с горки.
– Дима, выходи из воды, она холодная! – крикнула мама. Дима не одобряя мамино решение, молча, поднялся на берег и с синими губами и дрожащими руками сел на бревно возле костра отогреваться.
Я в кустах сняла мокрые трусики и надела Наташин костюм, он был действительно как скафандр, где всегда было тепло, не жарко, а именно тепло, никогда не душно и не холодно.
Мама, в оранжевой футболке достав еду из рюкзака положила ее рядом с костром.
Когда верх у металлических подложек нашего ужина надулся, мама срезала фольгу своим ножом и выдав нам пластиковые вилки, объявила ужин.
Я не могу сказать, что мне плохо или я устала, мне нравилось в лесу, здесь нет городского гула и безликих людей. У меня есть нож и с ним я чувствую себя в безопасности, все, что меня волнует, это здоровье мамы и то, что нам нужно уходить из оврага, пока не пришли волки.
Я практически не спала всю ночь, смотря на хвойный потолок шалаша, с таблетками из дипломата, мама, наконец, крепко заснула и даже похрапывала этой ночью.
Все были чистые, и не от кого уже не пахло неприятным запахом.
Как только костер стал угасать, я вылезла из шалаша. Только начинало светать, и было довольно прохладно. Набросав больших поленьев в угли, я принялась изучать напильник. И приспособления лежащие рядом с ним. Ручка, которая как мне показалась с первого взгляда была лишней в наборе, оказалась востребованной. Она крепилась ко всему, простой поворотный механизм крепил ее тисками к любому инструменту, где требовалась поддержка.