В начале
Шрифт:
87. В данном случае описание Хиддекель, протекающей «пред Ассириею», неверно, поскольку Ассирия – в течение всей своей истории – владела территориями, располагавшимися по обоим берегам реки. Однако слово «Ассирия» – это перевод еврейского «Ашшур», которое обозначает не только самое страну, но и ее первую столицу. Город Ашшур (Ассур) действительно был заложен на западном берегу Тигра, поэтому река протекала «пред» ним.
88. Река Евфрат (по-еврейски «Перат») только лишь упомянута. Безусловно, она была слишком хорошо знакома евреям – никакие детали и уточнения не требовались.
Таким образом, если мы вообразим,
89. «Возделывать его и хранить его» означает культивировать сад, а эта задача, как подтвердит любой садовник или садовод, требует значительных усилий и неустанной заботы. Однако создается впечатление, что за садом Едемским было гораздо легче ухаживать, чем за нынешними садами, что это был идеальный сад, который, в сущности, содержал себя сам.
Таким образом, человек превращался в собирателя пищи, он поедал плоды деревьев и других растений, пользуясь непрекращающимся изобилием.
Если эту картинку рассматривать как иллюстрацию к начальной истории рода человеческого, то в определенном смысле она соответствует научным фактам. На протяжении большей части своей истории Homo sapiens был собирателем плодов растительного происхождения, хотя, когда выдавался случай, он не отказывался и от животной пищи.
90. Наложение запрета – типичный фольклорный мотив и самый простой способ указать на присутствие зла. Люди не очень охотно допускают, что обрушившимся на них злом они обязаны тому самому всемогущему божеству, которое считается бесконечно добрым, поэтому куда легче предположить, что зло – это кара, которую люди сами навлекают на себя своими безумными, глупыми, греховными или злонамеренными поступками.
В греческих мифах, описывающих начало человеческой истории, боги вручают Пандоре ящик и предупреждают, чтобы она ни за что не открывала его. Пандора все же открывает ящик, и все беды человечества разлетаются по белу свету.
В любой легенде или сказке за фразой «это единственное, чего ты не должен знать» обязательно последует эпизод, в котором герой сказания именно это «единственное» должен сделать и делает. Если обратиться к современным детским сказкам, то лучшим примером будет сказка о Синей Бороде: муж предупреждает жену, что, хотя во время его отсутствия она может свободно входить в любую комнату замка, тем не менее есть одна комната, куда вход запрещен. Синяя Борода даже показывает жене ключ от этой комнаты, более того, он отдает его супруге, но строго наказывает, что именно этим ключом она не должна пользоваться. Вероятно, не один ребенок бывал удивлен при чтении этой сказки, когда
Между прочим, в «Жреческом кодексе» бог предоставляет животному миру в качестве пищи всю растительность без остатка. Он не делает никаких исключений и не выставляет никаких запретов.
91. В буквальном прочтении этот стих гласит, будто бы плод с дерева познания содержит смертельный яд и обязательно убьет человека, отведавшего его.
Но можно прочитать фразу и менее буквально. Если человек съест плод, то это убьет его духовно, ибо он потеряет невинность и преисполнится грехом. Или иначе: поедание плода может попросту сделать его смертным. В момент вкушения плода он, может быть, и не умрет, но зато с этой самой минуты будет знать, что жизнь его с неизбежностью когда-нибудь закончится.
Здесь подразумевается, что, если бы человек удержался от поедания плода, он никогда бы не умер, а, напротив, остался бессмертным. Разумеется, с точки зрения научного исследования истории человечества под этим тезисом нет никакого основания. Никогда не существовало такой поры, когда люди были бессмертны или когда были бессмертны какие-либо многоклеточные организмы.
Тем не менее мечта о бессмертии сопутствует человеку на протяжении всей его истории. В фольклоре различных народов мы неизменно встречаем легенды, повествующие о том, как бессмертие все же было даровано человеку хотя бы на короткий срок, и он утерял его.
Так, в знаменитом шумерском эпосе его герой Гильгамеш ищет бессмертие и наконец ему удается отыскать цветок, произрастающий на дне океана, – цветок, который возвращает молодость. (Может быть, это прообраз «дерева жизни», которое тоже растет в раю.) Однако затем Гильгамеш засыпает, и, пока он спит, змей похищает цветок бессмертия.
Почему змей? Прежде всего, змеи ползают в траве, в кустах и подкрадываются к жертвам совершенно незаметно, проявляя отменные воровские качества. Во-вторых, змеи линяют, сбрасывают отмерший верхний слой кожи, причем сбрасывают единым куском, вместо того чтобы расставаться с отмершей кожей, оставляя всюду крохотные, незаметные чешуйки перхоти (как это делаем мы). Новая кожа у змей, обнаруживающаяся под сброшенной, всегда яркая, блестящая.
Змеи живут отпущенный им природой срок, никогда не становятся моложе (как и все прочие живые существа) и в конце концов умирают. Случайному наблюдателю, однако, – в те времена когда биология была еще в колыбели, – казалось, что змея, сбросив кожу и обнаружив под ней новый блестящий покров, вернула себе молодость. В таком случае она должна была знать какую-то хитрость, какое-то волшебство, приносящее омоложение, которое людям уже недоступно – ведь именно змея стащила эту хитрость у Гильгамеша.
Кстати, тест на послушание – тест, при котором поражение влекло потерю бессмертия, – мог быть каким угодно. Почему он принял форму поедания плода с дерева познания?
Подоплека проста и понятна: знание – опасно. Пока люди остаются в неведении, они невинны и добродетельны, но обретение знания влечет за собой соблазны и новые возможности, которые ведут к греху и разрушению. Все мы хорошо знаем, как часто чистый и невинный деревенский парень противопоставляется злобному городскому хлыщу.