В объятиях орка
Шрифт:
Страшусь, что тьма поглотит его, но огонек такой же упрямый, как и моя жена. Он не сдается — светит и зовет.
— Арвинг, — моя Марьана шепчет имя другого. Прикрыв глаза, я пытаюсь совладать со своими чувствами.
— Арвинг, — так отчаянно она зовет брата, прижимаясь ко мне. За что вы так жестоки, боги?
Слезы срываются с ее ресниц и текут по щекам, прожигая мне сердце, разрывая его на куски.
— Арвинг! — Не в силах терпеть эту пытку, я легко встряхиваю любимую женщину, готовясь увидеть в ее глазах презрение,
— Ирвиш, — тихий шепот и крепкие объятья.
Я забываюсь и прижимаю нежное тело.
— Живой, слава всем богам! — Ее беспокойство запутывает.
— Как ты себя чувствуешь? — Она смотрит на меня, и ее глаза полны радости. Как же хочется поверить им, но я осознаю — это лишь игра.
— Хочешь пить? Есть? — Легкое прикосновение ладони к моему лбу сбивает дыхание.
— Позову шамана!
Сжимая кулаки, я смотрю, как она выпрыгивает из кровати, на ходу одевается, торопится. Спешит к своему любовнику — Арвингу. Что же он придумал? Как околдовал ее? Или все это время они лишь играли со мной? Какой же я глупец!
— Я быстро.
Распущенные волосы разбросаны по плечам, медовые карие глаза в обрамлении длинных черных ресниц. Мой дар богов! Моя несбывшаяся мечта! Прощай.
Глава 11
Пульс, кажется мне, просто молчит.
Я не слышу...
Все, нет больше нас,
Наша любовь больше не дышит...
Ветер играл моими волосами, Моа смотрел с сочувствием, а я умирала. Каждой клеточкой своего тела. Слезы, смех, безразличие и отрешенность — все это я пережила за несколько часов своей жизни. За сегодня мое сердце постарело на несколько лет или столетий?
Утро подарило мне счастье, надежду на будущее. Словно на крыльях, я бежала по стану к шаману. Не ведая дороги, не зная языка, не просто нашла шамана, но и заставила его бросить дела и пойти к Ирвишу.
Пританцовывая у шатра, я ждала, когда меня пустят к мужу.
— Он не хочет тебя видеть, — прогремело, словно гром среди ясного неба.
— Что? — спросила, не веря в услышанное, думая, что это шутка, но Арвинг не улыбался и выглядел серьезнее профессора на защите диплома.
— Ты врешь! — Я попыталась пройти в шатер, но орк преградил путь.
— Он отказался от тебя.
— Не может этого быть! — Мой голос сорвался на крик, я вырывалась из сильных рук, билась изо всех сил.
— Марьяна, ты не нужна ему.
— Нет! Нет! — Даже нож в груди не причинял столько боли, сколько слова орка.
— Пусть сам это скажет мне! — унизилась я до мольбы.
Мужчина отпустил меня и отошел в сторону, освобождая путь.
Я несмело подошла к кровати и присела рядом с Ирвишем.
— Зачем
Его голос был холоднее стужи.
— Ты не рад мне?
— Нет, не рад.
Не было ни злости, ни обиды. Равнодушие и безучастность. Вот с чем я столкнулась.
— Я не понимаю, Ирв...
— Ирвиш, — поправил он меня, обрывая на полуслове.
Я опустила взгляд, сжимая руки. Что же случилось?
— Ты мне больше не жена. Ты невеста Арвинга.
— Что? У тебя белая горячка? — Я попыталась прикоснуться ко лбу, но орк перехватил мою руку.
— Ты приняла его магию.
Обвинение и факт. Трудно оспорить истину.
— Это вышло случайно. Я не знала!
Правда в каждом слове, но Ирвиш мне не верил. Не слышал меня и просто отмахнулся равнодушным:
— Неважно.
— Важно! Ты обещал, клялся своим богам! Они благословили наш брак! Ты мой муж!
Хоть речь моя была сбивчива, а мысли метались, словно в клетке, но я не оставляла попыток пробиться сквозь железную броню отчуждения.
— Ты хорошая актриса, но с меня довольно! — Ирвиш скривился от боли, однако сел в кровати. — Уходи!
Его рука, указывающая на выход, разозлила меня. И не подумаю! Попробуй заставь!
— Нет! Это мой дом, а ты мой муж....
Он подхватил мою руку и соединил со своей. Я замерла, ожидая свечения. Две тонкие линии переплетались, опоясывая наши запястья. В таверне их было много, сейчас лишь две, но все же есть!
— Несколько недель, и связь разрушится полностью.
Он удивился наличию линий, но лишь на мгновение. Затем отмахнулся от них. От нас.
— Нет. Я не хочу.
— Твои желания не имеют значения. Арвинг ждет тебя, а обо мне забудь.
Мужчина устало откинулся на подушки и прикрыл глаза.
— Нет! — Я схватила Ирвиша за руку, пытаясь удержать призрачное счастье. Не веря до конца в происходящее, надеясь на другие слова, желая увидеть в любимых глазах хотя бы крупинку теплоты, я услышала горький приговор:
— Уходи.
Сломленной куклой я шла прочь, не в силах обернуться, и лишь замерев в шаге от точки невозврата, поклялась:
— Я твоя жена, и этого не изменит никто и никогда. Я принадлежу тебе душой и телом. Шайнари.
Сорвавшись на бег, я летела по стану, не разбирая дороги. Споткнувшись и упав, не ощутила боли. Сердцу было больнее, а ладони заживут.
Обняв шею Моа, я дала волю слезам.
— Марьяна! — К нам приближался Арвинг.
— Покатай меня, — тихо попросила варганта.
Животное поняло меня, и через секунду я уже сидела на его широкой спине. Подставив лицо ветру, я доверилась Мао.
— Марьяна, вернись, — кричал где–то сзади орк. Все равно. Даже оборачиваться не стану!
— Спрячь меня, дружок, — попросила я потомка дракона, и он скрылся в облаках. Теперь меня никто не найдет.
— Спасибо. Ты самый лучший.