В объятиях орка
Шрифт:
Улыбка медленно сдулась, а блеск в очах поутих.
— Так это не боги?
Лицо Ирвиша вытянулось, а глаза заняли пол–лица.
— Нет. Каждый сам кузнец своего счастья, помнишь?
Орк растерянно кивнул.
Я победно усмехнулась. Шах и мат.
Я обещала дать нам шанс — вот он, а дальше все зависит от самого мужчины.
«Хоть бы у нас все получилось!» — взмолилась я про себя. Мне так хотелось свой кусочек счастья.
— Увидимся позже, мне пора. Тебя ждет вождь, меня — Мальвани.
Поцеловав
Глава 20
Самое опасное заблуждение — недооценивать своего врага.
На носу война, а я не могу стереть с лица улыбку. Не о Марьане мне сейчас думать надо, но то и дело вспоминаю ее огромные, на половину лица глаза с веером пушистых ресниц. То, как она опускает взгляд, улыбается уголками губ, затем ресницы взлетают вверх, а меня пронзает ее взгляд. Сколько в нем всего! Тоски, решительности и надежды. Она не доверяет мне, но дает шанс вернуть все назад. Я знаю, что тогда мы были в шаге от любви или даже меньше.
— Мы никогда не объединимся с теми, кто принес смерть в наш мир!
Шаман громко ударил посохом.
— Боги покарают нас, как когда–то это было с горными! Они отвернутся и от нас, если мы соединим наши судьбы. Вспомните! Магия горных была сильна, но они нарушили завет предков и лишились ее!
— Твоя память не помнит главного: они применили магию к горам, чтобы камнепад не обрушился на наши дома.
— Наши боги защитили бы нас! Мы верили в них, а они предали богов, усомнились в их величии. Сами уподобились им!
— Отец, нам надо узнать, что происходит в их поселении. Я возьму небольшой отряд воинов и отправлюсь.
— Нет. Ты и Ирвиш полетите на варгантах под амулетом тайны. У нас нет времени на игры, особенно если горные нападут сегодня ночью.
— Хорошо.
Мы с братом переглянулись.
— Ступайте, а мы подумаем еще о твоей истории, Ирвиш.
Мы с братом склонили головы, когда отец подошел к нам и надел каждому на шею по камню. Шаман вслед за ним активировал их. Теперь стоило лишь нагреть камень теплом тела, как он начнет скрывать наше присутствие. Дорогие артефакты, которые купил еще наш дед. Эти вещички не раз выручали наше племя, и сейчас они тоже пришлись как нельзя кстати.
—
Злость брата мне была понятна, но отец прав: Арвинг сильный, и Марьана не нужна ему, чтобы сдерживать стихию. Его мир поможет ему удержать контроль.
— Буду в срок, — бросил я в ответ, спеша к шатру Мальвани.
Мне хотелось перекинуться хоть парой слов с Марьаной, но на моем пути возникла Ирльен.
— Ты вернулся!
Лицо девушки осветилось, и она, не обращая внимания на других, побежала ко мне.
— Я знала, что ты пошутил тогда! Знала!
Ирльен прижималась ко мне, обнимая. Я чувствовал жалость к ней и свою вину, но решительно оторвал от себя.
— Ты поэтому бросил эльфийский двор. Думал, я уйду, как ты и просил! — Она заливисто засмеялась. — Глупый. Я знала, что ты просто хотел проучить меня за то, что я так долго не решалась на ритуал.
— Ирльен. Я не шутил.
Она замерла.
— Я был честен с тобой, не играл, не притворялся. Ты хотела дать нам второй шанс, но он мне не нужен. У меня есть жена.
— Нет, — ахнула Ирльен, прижимая руку к груди. — Ты врешь! Это какая–то проверка?
— Нет. Мне надо идти. Вечером я вернусь, и пожалуйста, сделай так, как я просил перед отъездом. К тому же в городе тебе сейчас будет безопаснее.
— Я люблю тебя, Ирвиш.
— Нет, не любишь. Иначе бы давно стала моей. Ты искала другого, я был лишь временным другом.
Мне не хотелось быть жестоким с ней, но самообман причинит ей больше боли, чем правда. Пройдя мимо девушки, я понял, что времени зайти к Марьане не осталось.
Брат стоял возле своего варганта и проверял крепежи. Заметив меня, он взобрался на Крона.
— Я не прошу прощения, потому что не виноват перед тобой. Если хочешь, можешь вызвать меня на бой.
Мне не хотелось недомолвок. Пусть все решится сразу.
— Ты станешь драться со мной? Помнится, раньше ты заверял, что этому не бывать.
Я пропустил мимо ушей намеки о троне. Сейчас меня волновала только Марьана.
— Раньше я не любил. Если понадобится, буду и с богами драться за нее.
Арвинг громко рассмеялся, и его смех был настолько искренним, что я растерялся.
— Боги, будьте милостивы, не посылайте мне любовь! — шутливо взмолился Арвинг, заставляя и меня улыбаться. Напряжение между нами исчезло.
— Ты не знаешь, от чего отказываешься, — покачав головой, ответил я. Любовь меняет многое, но дает она еще больше.
— Твоя Марьяна самая упрямая женщина, которую я когда–либо встречал. Наверно, я должен тебя поблагодарить. Ты спас меня.
Арвинг протянул мне руку. Как в детстве. Мы всегда, когда мирились, пожимали руки, а затем хлопали друг друга по плечу.