В объятиях орка
Шрифт:
— Ирвилла ошибается, я опозорена. Я не могу принять силу сквок–ори и стать женой Арвинга. Я недостойна такой чести.
— Боги считают иначе. Рейна велела мне передать тебе силу сквок–ори.
— Я не могу. — Орчанка сжала в кулаке бусины. — Я не могу, — твердо сказала она, поднимаясь на ноги.
— Лали.
— Прошу, не надо. Я все решила, — остановила меня девушка и, круто развернувшись, почти выбежала из шатра.
Я поспешила за ней, но на моем пути появились братья, с Лали они разминулись буквально на несколько секунд.
—
— Чушь! — воскликнул Арвинг и хотел поспешить за девушкой.
— Подожди!
Я схватила его за руку.
— Она сломана внутри, с ней произошло что–то ужасное. Будь мягче.
— Разберусь!
Арвинг буквально взлетел на холм, на котором уже стояла девушка. Она сжимала себя за плечи, подставив лицо ветру.
— Они справятся. — Ирвиш нежно обнял меня, стоя за спиной.
— Надеюсь.
Положив голову ему на грудь, я смотрела на холм. Лали услышала шаги мужчины и повернулась на них. Арвинг двигался медленно, осторожно, но неумолимо, несмотря на то, что девушка пятилась.
Их разговора не было слышно, но я видела, как Лали качала головой, пытаясь держать дистанцию между ними, а когда Арвинг встал к ней вплотную, била его по груди своими маленькими кулачками.
— Ирвиш, — прошептала я, не зная, что и делать. Вмешаться или нет?
— Они справятся. Их стихии слились в одну. Теперь они — одно целое и чувствуют друг друга.
Я недоверчиво посмотрела на мужа.
— Разве это возможно?
— Нет, никогда прежде.
— Тогда как это вышло?
— Никто не знает, но Лалила не простая девушка. Она дочка шаманки. Ее мать совершила древний обряд, чтобы даровать дочери защиту рода на чужой земле. Позже она обрела покровительство древней богини Луйги, прародительницы всех богов мира. Мы не знаем возможностей Лалилы, но то, что она помогла Арвингу совладать с вырвавшейся стихией — это уже много.
Теперь на орчанку я посмотрела по–другому. Сильная, но сломленная, она рыдала на груди Арвинга, а он, всегда такой высокомерный и самодовольный, сейчас выглядел заботливым и нежным влюбленным. Он нашептывал что–то девушке, бережно поглаживая ее волосы. Я затаила дыхание, когда Лалила подняла лицо с груди орка.
— Марьана, пошли, хватит подглядывать за ними.
Ирвиш потянул меня в сторону, но на прощание я оглянулась. Последнее, что я увидела, это как Арвинг бережно поцелуями собирает слезинки орчанки. Кажется, у них все получится, а мне пора научиться доверять мужу.
— Куда мы идем? — опомнилась я.
— Забирать твои вещи от Мальвани.
Я улыбнулась. Мне очень нравился ход мыслей мужа. Ему, как и мне, не хотелось спать одному. За то время, что мы провели на землях богов, я привыкла не только засыпать в его объятьях, но и просыпаться от нежных поцелуев любимого.
— Как объяснить все подруге? — вспыхнула я. Ведь для всех мы только вчера помирились
— Признайся ей, что без ума от меня, что хочешь завершить связь, пока опять что–то не произошло.
Ирвиш насмехался над моей стыдливостью, мне же хотелось его стукнуть! Мужчина прочел это в моем взгляде. Вместо того чтобы успокоить меня, заверив, что Мальвини лишь порадуется за нас, притянул к себе и поцеловал! На глазах у всего стана! Посреди белого дня! По–настоящему, страстно, безумно, одурманивающе. Так, что я еле устояла на ногах.
— Я тебя убью! — тихо пообещала ему, когда, оглянувшись по сторонам, увидела сотни заинтересованных глаз.
«Санта–Барбара» снова во главе новостей стана!
— Не сможешь, — улыбаясь, возразил Ирвиш. — Ты меня обожаешь, забыла?
Скрипнув зубами, я натянула улыбку и, задрав подбородок, величественно поплыла мимо толпы зевак к шатру подруги.
— Не злись, лучезарная моя, — шепнул на ушко Ирвиш, догнав меня.
Я улыбнулась.
— Только если исполнишь мое желание.
Ирвиш заломил бровь.
— И что же желает королева моего сердца?
— Хочу открыть в городе лавку по продаже сыров, молока, всего, что изготовляет гальд молочников.
Ирвиш нахмурился.
— Зачем?
— Я узнала, что мы все продаем гномам за копейки, а они, ничего не производя, зарабатывают в разы больше нас. Так нечестно!
Я была полна праведного гнева! Попадись мне сейчас гном, он бы много чего выслушал в адрес всей его расы.
— Марьана, мы вынуждены это делать. Добровольно никто не захочет потерять благословение богов и жить в городе ради торговли.
Возмущение не уходило. Как Ирвиш может быть таким спокойным? Значит, они знают, что гномы их обворовывают, но все равно продолжают сотрудничать с ними.
— Но ведь не обязательно там жить!
Ирвиш устало вздохнул.
— До города ехать на лошади четыре часа, мы...
— А если лететь?! На варганте. Он может перенести и товар, и продавца. К тому же мы будем продавать в лавке, там сделаем склад.
— В лавке еду не продают! Для этого есть выносные лотки!
— А мы будем. Я уже набросала небольшой список ассортимента и несколько идей привлечения клиентов.
Мне во что бы то ни стало необходимо убедить мужа. Если Ирвиш поможет и мой план сработает, то мы избавимся от гномов–посредников. Я судорожно искала слова, чтобы объяснить свою затею, когда Ирвиш, поцеловав меня в нос, шепнул:
— Хорошо.
— Хорошо? Ты согласен? Но ты же ничего еще не видел! Я и не рассказала ничего!
Я растерялась: может, он шутит? Хотя так не скажешь: взгляд уставший, но серьезный, на губах играет легкая улыбка, но он не усмехается.
— Твои глаза горят ярче звезд. Ради этого я готов открыть не одну лавку.