В руках врага
Шрифт:
Ранним утром следующего дня по бортовым часам «Принца Адриана» Семьдесят Шестой Объединенный конвой добрался до очередного пункта назначения. Настроение у Хонор было превосходное: ей удалось организовать праздничную вечеринку и преподнести МакКеону сюрприз, причем так, что дотошный и въедливый капитан до последнего момента ничего не подозревал. Однако к бочке меда примешивалась крошечная ложечка дегтя: Хонор чувствовала, что избаловалась даже больше, чем подозревала. Алекс Майбах делал все, от него зависящее, но ей все равно недоставало ненавязчивых услуг МакГиннеса. Например, крепкого какао, волшебным образом появлявшегося рядом с ее постелью, как бы поздно ни собралась она на боковую. Сейчас, с удовольствием
В настоящий же момент она с Нимицем на плече стояла рядом с Веницелосом на капитанском мостике «Принца Адриана» и наблюдала за подготовкой к выходу из гиперпространства. Эндрю Лафолле ухитрился втиснуться в угол, и имел вид человека, страдающего от клаустрофобии. Хонор его не упрекала. Как бы не было желательным присутствие МакГинли, но для операциониста эскадры на мостике и вовсе не нашлось места: любой лишний человек стал бы просто путаться под ногами у команды мостика. Конечно, пожелай того Хонор, для Марсии бы расчистили пространство, но она не привыкла без крайней необходимости создавать неудобства для занятых своим делом людей.
Теснота объяснялась тем, что «Адриан» принадлежал к устаревшему классу «Принц-консорт», еще состоявшему на вооружении, но уже не производившемуся в связи с разработкой более совершенных «Звездных рыцарей». При Роджере Третьем, на первых этапах наращивания Королевского Флота, «Консорты» вовсе не предназначались на роль флагманских кораблей, а их конструкция предусматривала всемерное увеличение бортовой огневой мощи с наименьшими финансовыми затратами. Ради установки лишнего гразера или пусковой установки кораблестроители безжалостно сокращали пространство корабля, включая жилые, командные и боевые отсеки. Со временем ситуация усугубилась тем, что неизбежная модернизация привела к появлению во многих отсеках дополнительных приборов. На боевых постах стало не протолкнуться среди пультов, консолей и мониторов.
Возникшая проблема не осталась незамеченной, но ее сочли обратной стороной чрезвычайной экономичности кораблей, обладавших внушительной огневой мощью при относительно невысокой стоимости. Бюро Кораблестроения разработало программу, в соответствии с которой каждой группе из семи «Консортов» придавался корабль класса «Крестоносец» с полноценным флагманским мостиком: вместе они должны были составить эскадру из восьми боевых единиц. К сожалению, идея, казавшаяся весьма удачной в мирное время, с началом первой за сто двадцать стандартных лет полномасштабной космической войны себя не оправдала. Точнее сказать, проблемы возникли из-за того, что полностью программа так и не была воплощена в жизнь.
«Крестоносцев» с самого начала построили недостаточно, а после того как адмирал сэр Эдвард Яначек в бытность свою Первым лордом Адмиралтейства урезал финансирование проекта на семьдесят с лишним процентов, ситуация стала тупиковой.
По глубочайшему убеждению Яначека, основными задачами флота являлись борьба с пиратами и оборона двойной системы Мантикоры. Все прочее партия консерваторов объявляла «агрессивным милитаризмом» и «авантюризмом», способным «спровоцировать» Народную Республику на развязывание вооруженного конфликта. С этой точки зрения, размещение автономных крейсерских эскадр на отдаленных станциях представлялось ненужным и вредным.
В соответствии с возобладавшей концепцией флагманских кораблей требовалось совсем немного. Дополнительным аргументом в пользу сокращения строительства «Крестоносцев» стала их высокая стоимость.
Яначек радикально изменил структуру флота: более половины крейсеров были выведены из состава эскадр и брошены на охоту за пиратами, не требовавшую наличия флагманов. Остальные корабли оказались приданными Флоту метрополии и вошли в состав укрупненных соединений: здесь дополнительных флагманских кораблей тоже не требовалось. При таком подходе, если кто и сетовал на нехватку
А когда наконец услышали, было уже поздно. Яначек покинул свой высокий пост одиннадцать лет назад, однако последствия проводившегося им курса сказывались на состоянии флота и поныне. «Консорты», самый многочисленный класс тяжелых крейсеров, не могли реализовать свой потенциал в полной мере из-за отсутствия должного количества кораблей пригодных для полноценного выполнения командных функций. «Консорты» все чаще оказывались приданными оперативным соединениям, в состав которых входили и тяжелые корабли стены, тогда как роль флагманов авангардных сил поручалась менее многочисленным «Звездным рыцарям». Выполняя без поддержки тяжелых судов рискованные операции по конвоированию караванов или патрулированию космических рубежей, эти новейшие корабли несли пропорционально более высокие потери, чем близнецы «Принца Адриана». А потеря или отправка на ремонтную верфь каждого «Рыцаря» означала уменьшение числа мобильных командных пунктов еще на одну единицу.
К тому же и сами «Звездные рыцари» по ряду параметров были далеки от совершенства. По мнению Хонор в данном случае наблюдался определенный перекос в защиту, в ущерб наступательной мощи. Возможно это было своего рода реакцией на выявившиеся недостатки предшественников.
Более мощные боковые стены, броня и многочисленные установки противоракетной обороны сделали их минимум на тридцать процентов защищеннее старых «Консортов» и в Бюро Кораблестроения было очевидно, что требуется найти лучший баланс между защитой и атакой. К сожалению, постоянная потребность в крейсерах не давала времени для переналадки судостроительных мощностей, не занятых производством тяжелых кораблей: на стапелях, как блины, пекли «Рыцарей», и места для того чтобы строить хоть какие-то еще крейсера не хватало. Из-за этого существенно задерживалась программа строительства новейших крейсеров класса «Эдуард Саганами». На десять процентов более тяжелые чем «Звездные рыцари» они должны были воплотить последние достижения Грейсона и Мантикоры, равно как и боевой опыт Флота. С намеченной даты запуска строительства прошло уже три года, но Бюро Кораблестроения все еще не могло решиться отвлечь часть производственных мощностей на новые корабли (в конструкции которых, безусловно, обнаружилось бы немало недочетов) пока потребность в количестве кораблей была столь острой. Восемнадцать лет назад, когда они были запущены в производство, «Звездные рыцари» представляли собой последнее слово военно-космической техники, но время шло, и, несмотря на постоянное дооснащение и периодическую модернизацию, этот класс кораблей уж не имел столь разительного преимущества перед аналогичными судами хевенитов.
«В каком-то смысле, – подумала Хонор, стоя в сторонке и глядя на слаженную работу команды МакКеона, – вся эта история может послужить иллюстрацией к теме, по которой мы с графом Белой Гавани… слегка разошлись во мнениях.»
Вспомнив графа, Хонор не испытала прилива чувств, чем была слегка – но приятно – удивлена. Мысли ее продолжали вращаться вокруг той же темы.
«Каждый наш корабль в техническом отношении пока еще превосходит любой корабль противника того же тоннажа, но технологический разрыв сокращается. И будет сокращаться до тех пор, пока Звездное Королевство не примет кардинально иную концепцию кораблестроения. Наверное, в ближайшее время это не сулит катастрофических последствий, но в долгосрочной перспективе…»
Мысленно встряхнувшись, Хонор приказала себе прекратить витать в облаках и прислушалась к докладу лейтенант-коммандера Сары Дюшен, астрогатора МакКеона.
– Сэр, мы готовы к переходу через пять минут, – доложила она капитану, произведя последнюю корректировку курса.
– Очень хорошо. Оповестите флагман!
– Есть, сэр! Оповещаю, – доложил офицер связи лейтенант Рассел Санко и, нажав клавишу, отправил сообщение на борт «Альвареса». – Флагман оповещен, сэр.
– Спасибо. Сара, теперь дело за вами.