В сердце моем
Шрифт:
Мэри улыбнулась, явно стараясь сгладить острые углы и сделать шаг к примирению.
– Я буду ждать вас в оранжерее с полотенцем, как обычно, а потом уберу все здесь. Оставьте только дверь открытой.
Александра повернулась, собираясь вернуться в комнату: лицо ее пылало.
– Подожди, – внезапно окликнула она Мэри. – Разве у тебя нет другого ключа от домика? Ты ведь была здесь вчера. Окна были открыты, когда я пришла, значит, кто-то оставил их открытыми.
– Нет, мэм. Должно быть, это ветер.
Александра обвела взглядом комнату.
– Возможно,
Может быть, она и вправду неплотно закрыла окно. Ну и хорошо, иначе Кристофер не смог бы проникнуть к ней этой ночью. И все же, после того как Мэри ушла, Александра опустилась на колени перед нижним ящиком комода, у которого было двойное дно. Достав из тайника книгу, она торопливо перелистала ее. Инвентарные описи были надежно спрятаны между тонкими страницами. Взяв со стола лампу, Александра поднялась на чердак и окинула взглядом нагромождение ящиков и коробок. Внезапный порыв ветра поднял вверх легкие занавески, и тогда она шагнула к окну. Шпингалет был сломан. Огромное дерево за окном далеко простирало свои мощные ветви, одна из которых тихонько постукивала о подоконник.
Александра хотела уже уйти, когда ее внимание привлек одинокий листок, лежащий на полу посередине комнаты. Она опустилась на колени. Это был листок с того самого дерева за окном. Должно быть, его занесло сюда ветром. Решив сохранить его, Александра спустилась вниз, поставила лампу на место и стала переодеваться для купания.
Александра вошла в обеденный зал и заняла свое привычное место по правую руку от отца. Так они сидели всегда, где бы им только не приходилось жить, с тех самых пор, когда Александра была еще ребенком. Она рассеянным жестом поправила прическу – ей пришлось сколоть шпильками еще влажные волосы, и узел на голове мог вот-вот рассыпаться.
На столе перед ней в мгновение ока появилась тарелка с завтраком. Яйца, как всегда. Альфред наполнил ее чашку горячим кофе. Внезапно Александре захотелось попросить чая или лимонада, просто чтобы нарушить раз и навсегда заведенный порядок.
– Ты хорошо себя чувствуешь? – Лорд Уэр положил газету на стол и придвинул к себе тарелку. – Раньше ты никогда не вставала так поздно, если только не болела.
Александра бросила на отца внимательный взгляд. В его серых глазах не было и тени подозрения.
– Мое здоровье в полном порядке, папа.
– Вот и хорошо, Лекси. – Он подвинул к ней стопку приглашений: – Смотри, что к нам пришло сегодня с утренней почтой. Здесь их больше дюжины.
– В самом деле? – Не желая показывать, что какие-то глупые бумажки с приглашением на званый вечер способны привести ее в волнение, Александра нарочито небрежно взяла в руки один из конвертов и повертела в руках, борясь с желанием немедленно вскрыть его.
Лорд Уэр, обычно такой невозмутимый, казался озадаченным и смущенным.
– Я мог бы ожидать этого от тебя в двадцать лет, но сейчас, когда тебе почти тридцать... – Он энергично взмахнул рукой. – Ты хоть отдаешь себе отчет в том, что стала настоящей сенсацией для сплетников? Теперь им есть что обсудить, вместо того чтобы маяться от скуки.
– Большинство
– Ты богатая наследница, Александра. Когда в следующем году к тебе перейдет состояние твоей матери, ты станешь желанной добычей для каждого, у кого нет ни гроша за душой, и они не станут заботиться о тебе или печься о твоих интересах. – Высказав это суровое суждение, лорд Уэр снова уткнулся в газету, собираясь просмотреть последние новости на бирже.
– Почему ты говоришь мне все это, папа?
Лорд Уэр взглянул на дочь поверх очков и сделал глоток кофе.
– Что именно?
– Неужели я настолько уродлива, что мне нужно прибегать к кошельку, чтобы затащить мужчину к себе в постель?
Поперхнувшись, лорд Уэр закашлялся и едва не выплюнул кофе на свои тщательно отглаженные брюки.
– Господь всемогущий, Александра! Мы ведь еще не кончили завтракать.
– Ты правда так думаешь?
– Думаю как? – Он с грохотом поставил чашку на стол.
– Что я жалкая, безобразная, бедная и стареющая Александра. Поверь, мне доставляет удовольствие делать то, что я делаю. И я не настолько уж старая, чтобы мне нельзя было позволить себе немного развлечься.
– Если тебя задело то, на что я, по-твоему, намекал, то это всего лишь твои домыслы. – Лорд Уэр сложил салфетку, промокнул губы и настороженно взглянул на дочь. – Мужчины женятся исключительно с одной целью – обзавестись законным потомством... – Его лицо пылало – лорд Уэр не привык объяснять своей дочери жестокую правду жизни. Она никогда не сможет подарить своему мужу наследника, поэтому ее руки будут добиваться лишь обнищавшие, вконец разорившиеся дворяне или же проходимцы.
«Неудивительно, что отец позволил мне получить образование», – подумала Александра.
– Так ты поэтому женился? – спросила она, с изумлением глядя на него. – Чтобы мама стала чистопородной производительницей выводка Уэров? – На самом деле Александра отлично знала, что отец безумно любил свою жену.
– Проклятие! – Лорд Уэр отшвырнул салфетку. – Я чувствую, откуда ветер дует. Это все Донелли. Стоило ему появиться, как все пошло прахом. Он увивается вокруг тебя и уже вскружил тебе голову. Да он просто манипулирует тобой!
Александра сжала в руке чашку.
– Это неправда.
– Он самый обыкновенный ублюдок, из тех, что не могут дня прожить без опиума, и ни на что дельное не способен. Когда-нибудь он совсем опустится.
– Много лет назад Кристофер вернулся с войны с ужасным ранением. И он хороший человек, папа, – упрямо сказала Александра, хотя и понимала, что отец останется глух к ее словам. – Он всегда был достойным человеком.
– А ты всегда была впечатлительной юной девушкой, возможно, излишне любопытной. И Донелли цинично, к своей собственной выгоде, воспользовался преимуществом, которое дает опыт.