Валентина

Энтони Эвелин

Оба были рады жить в Чартаце вдали от света. Де Шавель не мог вернуться во Францию в свое поместье, потому что там он не мог представить Валентину как свою жену. Польское общество было закрыто для них по той же причине, но они не сожалели об этом. В конце июня Валентина поняла, что ждет ребенка.

– Дорогой, ты рад?

Он посмотрел ей в лицо и улыбнулся.

– Конечно, я рад. Я самый счастливый человек на свете. У меня никогда не было ребенка, я всегда мечтал об этом. Ты мне подаришь его.

– Я очень рада, – просто сказала она. – Я хочу, чтобы у нас родился сын. Мы будем так счастливы все вместе! Теодор говорил мне,

что я бесплодна, и я верила ему. Я так счастлива, что забеременела. От тебя, мой дорогой, это самое главное!

Но Де Шавель понимал, что его ребенок, возможно, сын, родится незаконнорожденным, без всяких прав, без права наследования. На следующее утро, еще до того как Валентина проснулась, он встал, поцеловал ее и прошел в свой кабинет. Там он написал письмо графу Теодору Груновскому, в котором вызывал его на дуэль.

Глава 10

Граф Груновский жил в своем доме в Варшаве с апреля; он не видел причин сидеть в изгнании, поскольку французы были еще у власти, а русские пока не вторглись Европу. Во Львове он постоянно скучал и был в плохом настроении, слуги чувствовали это постоянно. Кроме того, ему нужна была женщина, но не деревенская простушка с толстыми ногами и некрасивыми руками, которая боялась его и лишь молча подчинялась.

Он упаковал вещи, закрыл дом и отправился в Варшаву. Город полнился слухами. Жизнь здесь была веселой и интересной. Граф завязал роман с элегантной прусской баронессой Натали фон Рот, которая была некрасивой и небогатой, но очень опытной, Они чудесно проводили вместе время. Баронесса переехала к нему, она не боялась скандала. Ее любовник был очень богат: он подарил ей бриллианты, массу платьев, дал в услужение горничную жены.

Яна приехала в Варшаву с прислугой из Львова. Работала она хорошо. Ей никогда не приходилось сталкиваться с графом, пока он не сделал ее горничной своей любовницы. Она прислуживала баронессе с таким рвением, что та не могла заметить за ней никакой вины. Ее вообще не интересовали слуги, она лишь однажды вышла из себя, когда Яна отказалась говорить с ней о графине Валентине.

– Прошу прощения, госпожа. Я не помню.

Раздраженная баронесса дала ей пощечину, но потом забыла об этом. Она знала историю жены своего любовника от него самого и из других источников, ей это казалось обычным, любопытство было достаточно удовлетворено, так что не стоило особенно допрашивать горничную. Яна и виду не подала, что заметила, как эта блондинка носит бриллианты Валентины, спит в ее комнате, пользуется ее золочеными расческами. Яна делала все, как ей приказывали, и ничего не говорила. Она умела скрывать свои чувства. Время наступит, она еще послужит своей настоящей госпоже. Граф еще ответит за все зло, что причинил ей. Сейчас лучше всего подобраться к нему ближе, пока она служит горничной у этой прусской проститутки. Сам граф настолько привык к присутствию Яны в комнате, что почти не замечал ее. Он разговаривал так, как будто ее не было. Очень часто они ласкали друг друга в ее присутствии, как будто она была домашним животным. Баронесса очень заботилась о своих волосах, и Яна расчесывала ее сотни раз утром и вечером. Они были густыми и спускались до талии, что было немодно, но граф любил играть с ними.

Однажды июльским вечером Яна, как обычно, расчесывала баронессу, в это время в комнату вошел граф, и Яна остановилась.

Баронесса открыла глаза и, увидев любовника, улыбнулась

и протянула ему руку. Яна продолжила расчесывать волосы. Они обменялись поцелуем и несколькими фразами по-немецки, которые служанка не поняла.

– Дорогая, я получил вот это час назад и решил, что тебе будет интересно узнать, что здесь.

Граф показал ей письмо, но не стал читать его, а положил обратно в карман. Яна не поднимала глаз, но очень внимательно слушала.

– Моя жена и ее любовник, живы. Невероятно, правда? Сотни тысяч погибли при отступлении, а эти двое сумели выжить! Это письмо от него – они в Чартаце. – Яна продолжала расчесывать волосы как ни в чем не бывало.

– Удивительно, – произнесла баронесса. Она посмотрела на себя в зеркало. Они оба думали, что Валентина умерла, и баронесса даже надеялась, что граф когда-нибудь женится на ней.

– Зачем он пишет тебе? Что говорит?

Граф рассмеялся.

– Он много о чем говорит. Он объявляет о своем решении убить меня, чтобы он мог жениться на моей жене! Это вызов на дуэль!

– Перестань расчесывать, идиотка, – крикнула баронесса Яне. – Драться с этим человеком? Дорогой Теодор, он профессиональный военный – он убьет тебя! Ты не можешь этого допустить!

– Я должен принять вызов, – холодно сказал граф. – Никто из членов моей семьи не был трусом и не отказывался от дуэли. У нас с тобой разные взгляды. Не думаю, чтобы ему удалось убить меня. Он пишет, что потерял правую руку. Я всегда был отличным стрелком. Я убью его.

– Конечно, убьешь! – Она подошла и обняла его. – Ты все можешь. Он, должно быть, глуп, этот француз, если собирается драться с тобой, будучи калекой.

– Очень глуп, – согласился полковник. – Или он в отчаянии. И тому должна быть причина. Он хочет жениться на ней.

Разговаривая с баронессой, граф пришел к. выводу, что Валентина беременна, поэтому ее любовник хочет убить его или ему придется быть отцом незаконнорожденного ребенка. Ему она не рожала детей, он считал, что это была ее вина. Теперь он знал, что она носит ребенка Де Шавеля.

– Я убью его, – сказал он, – можешь быть в этом уверена.

– А как быть с ней? – спросила баронесса.

– Я разведусь с ней, обвинив ее в измене. Есть причина тому, почему они хотят пожениться. Если у нее не будет любовника, который сможет защитить ее, я думаю, она покончит с собой.

Дверь тихо закрылась: это Яна вышла из комнаты.

– Когда ты встретишься с этим французом? – спросила баронесса.

– Как только он приедет в Варшаву – через две или три недели.

– Ты уже написал ему об этом?

– Я уже послал ответ, – ответил граф, – написал, что жду его здесь, что буду иметь огромное удовольствие убить его и обвинить мою жену в измене перед всем светом. Это заставит его быстро приехать сюда.

– Прошу тебя не ехать, – умоляла Валентина Де Шавеля, она спорила с ним все последние дни после того, как он прочитал ей ответ графа. Но его вещи уже были упакованы, на следующее утро он уезжал в Варшаву. Он отказывался брать ее с собой.

– Дорогая, я должен. Я долго думал, это единственная возможность. Я не хочу, чтобы наш ребенок был незаконнорожденным. Я не могу поставить тебя в такое положение, лучше я убью Груновского и женюсь на тебе. Я убью его, обещаю тебе!

Он часами ежедневно тренировался, а она с тревогой наблюдала за ним. Он был хорошим стрелком, но ее муж был мастером дуэли.