Валентинов день
Шрифт:
– Ты не хочешь быть сапожником, – заявила Тедди.
– Только не рассказывай мне, чего я хочу, а чего нет. Ты самая большая спорщица, какую я встречал в жизни. Поцелуй меня, пока мы не начали всерьез. Ты ведь ждала скандала с той самой минуты, как я пришел домой. Тедди улыбнулась и обняла мужа.
Глава 14
На следующий день у Стива Кареллы произошла та самая стычка, которую он так искал накануне.
Как это ни странно,
Это было тем более странно, потому что Карелла отличался довольно спокойным характером. Он понимал, что портить отношения с коллегами не следует. Полицейский в своей работе должен в большой мере полагаться на помощь коллег. Стиву Карелле всегда раньше удавалось избегать подобных столкновений. Так что можно было предположить, что это "дело кистей", как его стали называть, вызвало у него нервный срыв.
Стычка произошла рано утром. Это было одно из тех столкновений, которые достигают апогея без видимых причин, как летняя гроза внезапно затемняет улицы ливнем.
Карелла звонил Тэффи Смит, третьей соседке Барбары Цезарь. Ему начинало казаться, что это проклятое дело напоминает телевизионные похождения знаменитого частного детектива, на которого со всех сторон набрасывались роскошные красотки. Он не очень возражал против женской красоты. Все же лучше было иметь дело с ними, чем расследовать дело в доме для престарелых. В то же время все эти девочки, похоже, вели в никуда. Наверное, эта мысль особенно досаждала Карелле в то утро, и, вероятно, именно она вызвала столкновение.
За соседним столом Эрнандес печатал рапорт. Через зарешеченные окна просачивался солнечный свет, отбрасывая тень на дверь. Кто-то включил электрический вентилятор, не потому, что было действительно жарко, а из-за солнца. Просто после долгого дождя оно вызвало иллюзию жары. Дверь в кабинет лейтенанта Бернса была приоткрыта.
– Мисс Смит? – спросил детектив Карелла.
– Да. Кто это?
– Детектив Карелла из 87-го участка.
– О господи, – пробормотала Тэффи Смит.
– Мисс Смит, мы хотели бы поговорить с вами о вашей пропавшей подруге Бабблз Цезарь. Можно сегодня к вам заехать?
– О, я не знаю. У меня сегодня репетиция.
– Во сколько, мисс Смит? – В одиннадцать.
– И когда закончится?
– Ну.., трудно сказать. Иногда они тянутся целый день. Надеюсь, что сегодня мы закончим быстро. Вчера мы очень напряженно поработали.
– Назовите время хотя бы приблизительно, – попросил Карелла.
– Ну, где-то в три часа, но я не уверена. Хорошо, в три. Только позвоните около трех, перед тем как выезжать, о'кей? Если я задержусь или еще что-нибудь, я оставлю послание телефонистке. О'кей? Согласны?
– Отлично.
– Или, если хотите, я оставлю ключ. Тогда вы сможете сделать себе
– Нет. Так будет лучше.
– О'кей. Значит, до трех.
– Прекрасно, – ответил Стив Карелла.
– Только позвоните обязательно перед выездом, хорошо? И.., если я не успею, я оставлю послание. О'кей?
– Спасибо, мисс Смит, – поблагодарил детектив и положил трубку.
В комнату детективов вошел Энди Паркер и швырнул шляпу на стол.
– Ну и денек, ребята, – проворчал он. – Передавали, что будет 21 градус. Можете себе представить? Это в марте-то? Наверное, дождь вымыл всю зиму из города.
– Наверное, – согласился Карелла. Он записал время свидания с Тэффи в блокнот и отметил, что перед выездом в 2.30 нужно будет позвонить ей.
– У вас дома какая погода, Чико? – спросил Паркер у Эрнандеса.
Фрэнки Эрнандес печатал и не мог расслышать, что сказал Паркер. Он перестал печатать и спросил:
– Что? Ты со мной говоришь, Энди?
– Угу. Я сказал, что у тебя дома такая же погода.
– Дома? – переспросил Эрнандес. – Ты имеешь в виду Пуэрто-Рико?
– Конечно.
– Я родился здесь, – сообщил Фрэнки Эрнандес.
– Конечно, знаю, – кивнул Паркер. – Все пуэрториканцы говорят, что они родились здесь. Послушать их, так на Пуэрто-Рико вообще никто не рождается. Послушать вас, так нет даже острова, который называют Пуэрто-Рико.
– Это не правда, Энди, – мягко возразил Эрнандес. – Большинство пуэрториканцев очень гордятся своей родиной.
– Но только не ты! Ты же отрицаешь, что родился на Пуэрто-Рико?
– Я родился здесь, – сказал Фрэнки Эрнандес и продолжил печатать.
Эрнандес не рассердился, и Паркер, судя по его внешнему виду, тоже не рассердился. Карелла не обратил особого внимания на перепалку. Он составлял список телефонных звонков, которые они с Коттоном Хоузом должны сегодня сделать. Когда Паркер заговорил опять, Стив Карелла даже не поднял голову.
– И это делает тебя американцем, да, Чико? – начал Паркер. Эрнандес оторвался от машинки.
– Ты со мной говоришь?
– Да, с тобой, Чико, – ответил Паркер. – Поразительно, как это вы все не слышите, чего не хотите…
– Хватит, Энди, – неожиданно вмешался Карелла.
– Что это с тобой, черт подери? – Паркер повернулся к Карелле.
– Перестань. Ты мне мешаешь в моей комнате.
– С каких пор, черт побери, она стала твоей?
– Сегодня я сижу на телефоне, а ты вообще выходной. Так что пойди проветрись. Если хочешь, поищи ссору на улице.
– С каких это пор ты стал защитником угнетенных? – саркастическим тоном поинтересовался Энди Паркер.
– С этой самой минуты, – ответил Стив Карелла и вскочил на ноги.