Валет Бубен

Седов Б. К.

Один из братков сорвался с места и исчез за дверью.

Знахарь встал и, подойдя к Сухумскому, подал ему

РУку

– Костя, а по погонялову – Знахарь.

Сухумский поднял на Знахаря глаза и, с интересом оглядев его, ответил на рукопожатие. Его рука была синей от старых и свежих наколок.

– А-а-а, так вот это, значит, ты и есть Знахарь… Очень приятно.

Наслышан выше крыши, а вот живьем…

– Я тоже наслышан, – дипломатично ответил Знахарь.

– А костюмчик у тебя ничего, – одобрительно сказал Сухумский, – только Стилету он вряд ли понравится.

– Какому Стилету?

Знахарь удивился, но Сухумский, повернувшись к нему спиной, уже шел к двери, за которой через минуту должно было начаться совещание, в ходе которого кое от кого будут лететь клочки шерсти. Знахарь очень надеялся, что это будет не его шерсть, и, решив, что Сухумский оговорился, имея в виду Стержня, последовал за ним.

Двое братков, стоявших по обеим сторонам высоких дубовых дверей, синхронно взялись за медные фасонные ручки и распахнули створки перед авторитетами. Когда Знахарь и Сухумский вошли в банкетный зал, братки плотно закрыли двери и встали спиной к ним, заложив руки за спины.

Теперь, когда всем сопровождавшим авторитетов пацанам стало ясно, что в течение ближайшего времени никаких телодвижений не предвидится, в предбаннике произошло некоторое оживление. Тут же появились смазливые девки в коротких юбках, которые разносили пиво, кто-то заказал шашлык, к потолку поднялись клубы дыма от сигарет, а менты все так же сидели и жрали, запивая оскверненную конкретными пацанами жратву отличным немецким пивом. На них уже никто не обращал внимания, но за базаром братва следила, поэтому никакой важной информации они при всем желании вынести отсюда не могли.

* * *

Войдя в банкетный зал, Знахарь резко остановился и замер.

Прямо напротив входа, по другую сторону огромного стола, сидел живой и невридимый Стилет и, ухмыляясь, смотрел на Знахаря.

В первые секунды Знахарь растерялся, но привычка принимать любую ситуацию такой, как она есть, тут же взяла верх, и он с любопытством уставился на воскресшего Стилета, который вроде бы даже поправился за то время, которое провел в мертвецах.

Знахарь понял, что неожиданно оказался в самом центре событий, о которых ему пока что было неизвестно, и его неосведомленность в каких-то вещах, происходивших у него за спиной, играет против него. Он понимал, что проиграл несколько очков, но каких и какой цены – не знал.

Слева от Стилета сидел довольный Дядя Паша, справа усаживался Саша Сухумский, дальше за столом сидели Татарин из Москвы и Лысогор,

который тут же подмигнул Знахарю. Знахарь помнил, что на коронации молодой авторитет бескомпромиссно поддержал его, и, видимо, можно было надеяться, что и в этот раз Лысогор будет на его стороне. Но это только в том случае, если подмигивание не было простым тиком или дурной привычкой.

Пауза затянулась, и, чувствуя, что нужно брать инициативу в свои руки, Знахарь усмехнулся и сказал, обращаясь в Стилету:

– Ну и как оно на том свете? Я вижу, ты поправился. Там, наверное, приличная хавка?

– А вот сам попадешь – узнаешь, – не растерялся Стилет.

– Только после вас, – сказал Знахарь и, расстегнув пижонский пиджак, сел напротив всех, давая понять, что готов к разговору, каков бы он ни был.

– А вот это – как выйдет, – Стилет зловеще взглянул на Знахаря.

– Да брось ты, Стилет, поморщился Знахарь, – я знаю, как выйдет.

– Ну и как оно выйдет? – поинтересовался Стилет.

– Не скажу тебе точно, но в одном можешь быть уверен, – ответил Знахарь, – игры, в которые ты решил играть со мной, таким игрокам, как ты, боком выходят. Знаешь, сколько их у меня было?

Разговор с самого начала пошел в сторону от намеченной Стилетом линии, и это нарушало все его планы. Знахарь не растерялся, увидев неожиданноожившего Стилета, момент внезапности, когда можно было заставить его отвечать на неожиданные и нелепые вопросы, был упущен.

Стилет недовольно скривился, бросил быстрый взгляд на Татарина и сказал:

– Ладно, Знахарь, кончай пререкаться, мы тут серьезные вопросы решать собрались, а не…

– А разве я говорю о чем-то несерьезном? – прервал его Знахарь, деланно удивившись, – по моему, воскрешение из мертвых – очень серьезная вещь. А раз ты говоришь о серьезных вопросах, то вот тебе первый из них. Как я понял, весь этот цирк с похоронами был затеян ради меня, поэтому будь добр объяснить мне, чем это я заслужил такое твое внимание, что ты даже в покойники решил переодеться.

– А тебя сюда, между прочим, не вопросы задавать пригласили, – ощерился Стилет.

– А на вопросы отвечать, – тонким голосом продолжил Татарин, подняв указательный палец.

Знахарь медленно перевел на него взгляд и лениво сказал:

– Не все сразу. Это вы какого-нибудь лоха можете со всех сторон долбить, чтобы он слова сказать не мог. А со мной так не получится.

– Уверен, что не получится? – спросил Стилет, раздраженный тем, что все идет не по плану.