Валет
Шрифт:
Раз, два, три…двенадцать, тринадцать, четырнадцать…двадцать два!
Двадцать два голема! Против меня одного? Да, еще и без магической поддержки?
Похоже, Лирен надоело играть в солдатиков, и она решила, не церемонясь меня прихлопнуть. А почему просто не швырнула в меня молнию, так было бы быстрее?
И что я могу противопоставить каменным истуканам? Молот! Ну, да, им можно бить по камню, только их двадцать два, а я один, они меня элементарно задавят числом и весом.
И тут я почувствовал в руках Силу. Энергия! Магия вернулась?!
Попробовал колдануть
Ба-бах! При соприкосновении молота с поверхностью раздался ощутимый хлопок, и меня тряхнуло, как от близкого взрыва. На месте удара осталась небольшая воронка, как будто здесь только что взорвалась тротиловая шашка весом в двести грамм.
Ничего себе!
Ну, с такими новшествами, я и против големов выйти смогу! Воинственно взмахнув несколько раз молотом, я рванул навстречу каменным истуканам.
Врезался в передние ряды глиняных големов, как шар для боулинга в кегли.
Страйк!
От удара молотом, первый же голем рассыпался в прах, на земле остались лишь ноги и низ туловища. Следующий удар… и вновь победа – каменный великан получает сквозную рану в грудной клетке.
Удар! Еще удар!
Я махал молотом, раздавая удары в разные стороны, не обращая внимания на всё, что происходит вокруг. Весь мир для меня сузился до небольшой амбразуры зрения и окончания молота.
Нашел цель – ударил молотом, если цель удержалась на ногах, тут же добавил еще один удар. Вновь нашел цель – удар!
Удар!
Удар!
Удар!
Руки дрожали, запястья налились свинцовой тяжестью, но я продолжал махать громоздкой железякой несмотря ни на что!
Особо удачливые големы, умудрялись зацепить меня своими ручищами, нескольким удалось меня даже двинуть и тогда я отлетал в сторону, но молот при этом из рук я не выпускал. Горячий пот вперемешку с кровью заливал глаза, мешая обзору. Меня это не останавливало, я понимал, что стоит только сбавить темп и остановиться, как каменные великаны с холодной бесчеловечностью навалятся на меня и сомнут, растопчут, расплющат в кровавую кашу.
В ушах колотил набат пульса, перед глазами плыли радужные круги напряжения, а ноги, казалось, отлиты из свинца. Двигаться становилось все тяжелее и тяжелее. Молот из легкой пушинки, которой он был в самом начале схватки, превратился в неподъемную штангу, весом в сто тысяч килограмм. В какой-то миг, после очередного удара, когда молот, не встретил никакого препятствия, я, увлекаемый силой инерции, повалился наземь. Упал в залитый кровью песок арены, с силой ударившись лицом о рукоять собственного молота.
Тут же сжался, мысленно приготовившись, что сверху на меня тут же навалятся многокилограммовые ожившие статуи, но секунда сменяла секунду, а ничего не происходило. На меня никто не валился, не наступал и не плющил.
Облегченно выдохнув, перевел дыхание и, опершись о рукоять молота, тяжело поднялся на ноги. Осмотрелся по сторонам.
Целых големов не осталось, я размолотил все двадцать
Поднял голову и с вызовом посмотрел на трибуны: там царил хаос и ураган чувств. Не знаю даже с чем сравнить. Ну, представьте, что на стадионе, на сто процентов заполненных российскими болельщиками произошло невозможное – российская футбольная сборная разгромила бы в финале Чемпионата Мира сборную Аргентины, напихав команде Месси, десять безответных мячей. Представили, чтобы творилось на стадионе?
Вот и здесь происходило нечто подобное. Птицы махали и били друг друга крылами, особо впечатлительные взмыли вверх и носились среди трибун, некоторые сцепились друг с другом и от таких стычек только перья и пух летели в разные стороны, и добавлялось общего сумасшествия и гомону. Под стену арены, уже свалилось пару окровавленных жертв подобных стычек. Я хотел было подойти к ним, чтобы оказать помощь, но к ним уже подлетели птахи побольше и, схватив когтистыми лапами, уволокли обратно на трибуны.
– Виктор, вы восхитительно себя показали, мои гости в полном восторге от вас! – раздался в голове голос Лирен.
– Рад, что тебе понравилось, – мысленно ответил я. – И что дальше?
– Ничего. Вернись обратно под трибуны.
– Нет, – твердо произнес я.
– Что?
– Я говорю, что не буду подчиняться твоим приказам.
– Уверен? – едва слышно усмехнувшись, спросила Лирен.
– Да! – категорично, заявил я.
– Ну-ну.
Внезапный приступ слабости свалил меня с ног, в голове будто бы взорвалась граната. Я вдруг настолько обессилел, что даже век поднять не смог. Глаза сами собой закрылись. А все тело превратилось в желе. Сил не было совсем, даже думать было тяжело.
– Ну, что Виктор, еще есть желание со мной спорить? Вся твоя сила и энергия – это дело моих рук. Ты становишься сильным ровно на столько, насколько я пожелаю. Ни больше и не меньше. Здесь все принадлежит мне и ты в том числе! Так, что сделай милость, вернись обратно в круглый зал под трибуны и ляг там на пол.
– Зачем? – спросил я, чувствуя, что силы понемногу возвращаются ко мне. – Зачем я тебе?
– Ты мне абсолютно не нужен, мне нужно только твоё семя. Оказалось, что три месяца проведенные тобой в яме, резко снизили уровень тестостерона в твоей крови, и пришлось устроить это небольшое побоище, чтобы к тебе опять вернулась твоя мужская сила.
– Когда я вернусь в круглый зал, из меня опять начнут вытягивать все соки и жизнь?
– Да. Ты только для этого мне и нужен, из-за твоих «соков».
– Ну, и зачем тогда мне это? Опять возвращаться в тот страшный кошмар?
– Ладно, уговорил, я прикажу, чтобы в этот раз процесс был более приятный. Ты получишь удовольствие, обещаю!
– Нет! Ни за что! Я никуда не пойду, убивай меня здесь, – с вызовом произнес я и демонстративно уволился на спину на песок.
– Ты об этом пожалеешь!