Валет
Шрифт:
Земля встала на дыбы, арена превратилась в воронку, со стенок которой, все ссыпалось в темную глотку увеличивающегося на глазах провала. Понимая, что мы никак не успеем добежать до другого края арены, а угол наклона станет настолько большим, что по нему придется не бежать, а ползти, я со всей силы вонзил заостренную рукоять молота в землю, потом, поднатужился, навалился всем телом и вогнал молот еще глубже. Чтобы наверняка, чтобы молот смог удержать двоих.
– Дальше бежать нет смысла! – крикнул я девушке. – Тут переждем, а потом, если получится, то спустимся вниз.
Я
Птицы кружили над ареной, громко каркая и гомоня. Их предводительница Жар-птица Лирен находилась в центре этого страшного на вид хоровода. Косматое облако огня пульсировало яркими вспышками, как будто отбивая морзянку и посылая сигналу кому-то в далекий космос. Ничего хорошего вся эта тревожная обстановке не предвещала. Я вспомнил, что по одной из народных примет: кружащий над головой ворон – к совершению чего-то, в самом ближайшем будущем.
Тут не надо быть гадалкой сотого уровня или предсказателем в десятом поколении, чтобы понять – примета не врет, и совсем скоро, что-то должно произойти. Что-то страшное и непоправимое.
– Зря вы меня не послушались Виктор, – прошептала Спасительница. – Я чувствую, что из провала сейчас выберется что-то страшное, с чем даже моим клинком не справится.
– Вот когда выберется, вот тогда и будем с этим разбираться, – отмахнулся я. – Кстати, а что это у тебя за шпага такая замечательная? Джедайский меч, что ли?
– Я не знаю, кто такие Джедаи, – пожала плечами Дочь Смерти, – у меня в руках один из мечей, который выковал Агрик – сын царя Ирода. Во всех мирах, таких клинков – тринадцать, десять – мужских и три – женских. Моя шпага зовется – Вдова. Возможно, вы слышали о мужских мечах Агрика: меч-кладенец, меч-самосек, меч Асколона, меч Иштен Кардья, Финист-меч, Азот-меч, меч Хымыщыко Пэтэрэза, Пламенный меч, Экскалибур, меч Бальмунг.
Из всех перечисленных девушкой названий я слышал только о мече-кладенце и Эскалибуре. Меч-кладенец – это вообще-то что-то из русских сказок, мифическое холодное оружие, которое обладало магическими свойствами и обеспечивало гарантированное поражение любого противника не зависимо от степени надежности его доспех. Меч был волшебным, и придавать владельцу непобедимость. Обычно попадали в руки хозяину из какого-либо тайника или подаренный за какое-то доброе дело. Но это в русских сказках, а тут на тебе девушка машет джедайской шпагой, которая рассекает врагов на части, подобно киношному лазеру.
Блин и когда я уже привыкну, что вокруг меня магический мир, в котором не надо удивляться ничему увиденному.
Тут тебе и меч-кладенец, и Жар-птица и … Кстати, а ведь Гарпения, как никто другой подходит на роль Бабы Яги! Точно, она вылитая Баба Яга. В голове всплыли воспоминания из детства, когда я рассматривал картинке в книжке с русскими сказками, и там была иллюстрация, на которой Баба Яга кормит пшеном из корыта, слетающихся со всей округе чудесных птиц с головами прекрасных девушек. Так может Баба Яга – это вовсе не Гарпения,
– Пора бы привыкнуть, что я теперь живу в сказке, – проворчал я себе под нос. – Ну, а тот кинжал, что ты мне дала, который я так неблагоразумно метнул и не попал в цель. У него тоже есть свое имя?
– Да, это дага к моей шпаге, имя ему – Вдовий сын. Не переживайте, господин, если мы выживем, то Вдовий сын вернется к своей матери, я обязательно его найду.
– А теперь, когда мы на волосок от гибели, ты мне можешь нормально объяснить, что здесь происходит и почему ты за меня вписалась?
– Вписалась? – переспросила девушка.
– Извини, все время забываю, что я не в своем старом мире. Вписалась – это означает: заступилась, помогла, оказала поддержку.
– Вы – Валет, а это значит, в будущем, вы могущественный волшебник и маг. Лирен использовала вас для того, что создать армию непобедимых монстров, которые будут ей подчиняться. Не знаю, какие цели она преследовала, но ничего хорошего они не сулили всем мирам в нашем соцветии.
– Только поэтому? – удивленно приподнял я брови, не поверив словам девушки.
– Да, – как-то невнятно и смущаясь, ответила девушка.
– Ладно, не хочешь говорить всю правду, не надо. Потом расскажешь, когда выберемся. Врешь ты намного хуже, чем дерешься.
– Простите, господин, – смущено потупив взор и залившись краской, прошептала девушка.
– Виктор, – тут же поправил я свою спутницу. – Ты мне только прямо скажи, я могу тебе полностью доверять и поворачиваться спиной?
– Да, – твердо ответила девушка, прямо посмотрев мне в глаза. – Я готова жизнь за вас отдать, в этом не сомневайтесь. Я просто не могу всего вам рассказать, пока не могу.
Я понял, что она не врет и говорит чистую правду. Ну, пусть так и будет, у каждого могут быть свои секреты. Главное, что Спасительница – отличный воин, вооруженная волшебным клинком, и она на моей стороне, и готова биться за меня до последнего. Этого мне достаточно…пока достаточно, а что будет дальше, поглядим. Надо решать проблемы по мере их приближения.
Поверхность арены перестала вздыматься вверх, застыв, под углом в сорок пять градусов. При таком уклоне взбираться вверх можно было, только если бы нашлось за что хвататься, но никаких уступов, выемок и захватов, на гладкой, как моя коленка поверхности арены, не было. Если бы еще было пару длинных ножей на каждого, то можно было бы попробовать восхождение вверх, вколачивая в землю клинки, чтобы с их помощью передвигаться, подтягивая свое тело, но ничего подобного у нас не было.
Спуститься вниз, и посмотреть что там под ареной в этом темном, пугающем своей чернотой провале? Я глянул в темный зев расщелины и боязливо поежился. Снизу, из темноты шел затхлый холодный воздух, который ничего хорошего не предвещал. Помимо затхлого запаха смерти и запустения оттуда веяло страхом и ужасом. Нет, нельзя вниз, не просто так арена вздыбилась, и образовался этот провал. Это все проделки Лирен, а эта проказница ничего просто так не делает, и уже не раз и ни два доказала, что она та еще изуверская садистка.