Валориан
Шрифт:
– Валориан! Как я рад видеть тебя! Вот уже семь дней я тебя повсюду разыскиваю! Теперь понятно, почему тарниши не могут тебя поймать.
– А ты знаешь об этом?
– Да все это знают. Слух летит быстро. Это, да еще то, что тарниши задерживают всякую семью, которая только попадается им на пути. Они и в самом деле тебя ищут. – Он внимательно посмотрел на Валориана, прежде чем продолжил: – Что-то о предполагаемом убийстве?
Валориан долго колебался. Его первым порывом было молчать и не доверять никому больше, чем требовалось. Только членам его семьи были известны все обстоятельства гибели Сергиуса, и было бы лучше,
– Это правда, – начал объяснять он, – Сергиус Валентиус попытался забрать Кьерлу. Я ударил его волшебным лучом прежде, чем вспомнил о своих способностях. Мы спрятали его тело высоко в горах.
Словно туча слетела с дружелюбного лица Гилдена, потому что он понял, насколько доверял ему Валориан, открыв свою тайну. Он почувствовал облегчение и удовлетворение. Поэтому новость, которую он привез Валориану, становилась для него еще более значимой.
– Это не убийство. Это просто уничтожение ядовитой змеи.
– Но только не с точки зрения тарнишей, – сухо ответил Валориан.
В этот момент к ним присоединились Айдан и несколько других мужчин, подъехавших на лошадях, и Гилден поспешил раскрыть причину, которая побудила его отправиться на поиски.
– Мы поняли, что вы попали в беду, как только услышали об обвинениях, выдвинутых против Валориана, поэтому у отца появилась идея. Он хочет, чтобы вы перезимовали вместе с нами.
Валориан присвистнул от изумления и недоверия.
– Твой отец? А я думал, что он не будет иметь со мной ничего общего без разрешения лорда Фиррала.
Гилден не стал обращать внимания на эти упреки. Его отец славился своей непредсказуемостью.
– Я разговаривал с ним, – с усмешкой проговорил он. – Я же должен был как-то отплатить тебе за своих беременных кобылиц. И за правду, Валориан. Он знает одно место, глубоко в Гол Агха, где обе наши семьи могут найти надежное укрытие на зиму. Он хочет, чтобы ты присоединился к нам.
– Гол Агха? – переспросил Айдан. – Каньон Ветров? Я не знал, что там есть место, где можно остановиться даже на день, не то что на несколько месяцев.
– Я тоже так думал. Но отец клянется, что место есть. Он отправил туда несколько гонцов, чтобы убедиться, а я поехал сюда. – Он потянул себя за ус и посмотрел на Валориана: – Ты пойдешь?
– Ты должен понимать, что мы ставим всю твою семью под серьезную угрозу, – сказал Валориан.
Гилден не замедлил с ответом:
– Конечно.
Охотник посмотрел на своего брата и на остальных людей, окружавших его. Выражение надежды и облегчения на их лицах устранило последние сомнения. Если Гилден и его семья решили рискнуть, чтобы спрятать их, он не будет больше спорить. Он почувствовал, как огромный груз давившей на его плечи ответственности растаял без следа.
– Мы пойдем, – ответил он. Затем он подъехал к Кьерле и сообщил ей новость.
– Хвала Амаре! – с восторгом воскликнула она. – У нас будет хлеб к началу Охотничьей Луны!
И она была права.
К наступлению следующего полнолуния, которое в племени именовалось Охотничьей Луной, осветившего ярким светом Дархорнские холмы, обе семьи встретились и отправились на юг, прочь от Стоунхелма,
Но чем дальше, тем больше делал каньон несколько поворотов, которые отнимали у ветров их силу, и под прикрытием высоких стен находилось вытянутое узкое пространство, покрытое зеленой травой и редкими деревьями. Место нельзя было назвать идеальным, но оно было безопасным. Лишь немногие из охотников отваживались углубляться в каньон. И одним из них был отец Гилдена, сделавший это еще в молодые годы.
К счастью, память старика была ясной, как и прежде, и спустя три дня пути, когда ветер толкал их в спину, обе семьи наконец достигли укрытия в каньоне. Они не мешкая приступили к созданию довольно основательного зимнего лагеря, включая сооружение печей для выпечки хлеба. И спустя два дня после начала полнолуния Кьерла съела свой вожделенный кусок теплого нежного свежеиспеченного хлеба.
Полнолуние означало наступление нового праздника для членов племени, на этот раз в честь бога Шургарта, бога войны и охоты. Они провели целый день в плясках и имитациях сцен охоты, и когда полная луна осветила высокие стены каньона, все мужчины вскочили на ноги, чтобы начать охоту на самого свирепого хищника, водившегося в горах – пещерного льва. После лошадей пещерный лев считался самой большой драгоценностью, которая только могла быть у охотника. Убить одну из диких кошек во время празднества в честь Шургарта считалось великой честью и хорошим предзнаменованием на весь год.
Валориан сам не мог похвастаться успехами в охоте на пещерного льва, но на этот раз Кьерла совершенно не удивилась, когда ее муж вернулся два дня спустя похудевший, измученный, сгибаясь под тяжестью шкуры огромного хищника.
Перед глазами двух семей отец Гилдена раскинул шкуру на всеобщее обозрение.
– На глазах Шургарта, – прокричал он всем собравшимся, – Валориан продемонстрировал свое умение и метнул копье прямо в грудь несущейся кошки. И это ему в награду мы вручаем эту шкуру!
Толпа приветственно загудела, когда Валориан поднял шкуру, в его груди горела гордость и благодарность. Он вручил мех Кьерле, чтобы она могла выделать его как следует и поступать с ним по своему усмотрению.
Спустя несколько дней, ветреным ненастным утром он поцеловал жену на прощание и, оставив ее на попечение Матери Виллы, отправился вместе с Айданом, Ранулфом и Гилденом на разведку Волчьего Прохода.
ГЛАВА 10
Четверым всадникам не составило труда ускользнуть от тарнишских солдат, все еще рыскавших по холмам. Они не были обременены заботами о стадах и повозках, поэтому могли двигаться быстро, выбирая тропы, знакомые только диким животным да членам племени. И спустя всего лишь несколько дней они достигли горного кряжа, где Валориан был поражен молнией, и направились дальше, в земли, которые были известны одному Ранулфу.