Валориан

Херберт Мэри

Валориан пошел к нему навстречу. Они подняли мечи остриями вверх, как бы приветствуя друг друга, а затем без долгих церемоний началась их битва. Валориан увидел, как меч Кареза поднялся и упал, а он даже не успел занять оборонительной позиции. Ему все же удалось отразить опасный удар и в мгновение ока отскочить от Кареза.

Валориан метался из стороны в сторону, отпрыгивал назад, а все его тело протестовало против таких движений. Он моментально заметил, что Карез в основном использовал свой меч словно дубину, пытаясь будто молотом попасть Валориану по голове или груди, и нимало не заботился о том, чтобы

продемонстрировать настоящее боевое искусство владения мечом. Он полагался в основном на свои внушительные размеры и колоссальную грубую силу, которые должны были подавить куда более слабого противника.

Подобно быку, готовому сокрушить врага, Карез издал крик и начал снова наступать на Валориана. Его меч блестел в солнечных лучах. Валориан же отступал, и его оружие было его единственной защитой от яростных ударов Кареза.

Валориан понимал, что он не способен отражать удары Кареза, поэтому он избрал тактику изматывания противника. Он водил его по площадке, побуждая делать мощные броски и сильные удары мечом, в то время как сам Валориан двигался мало и только тогда, когда это было необходимо, и не пытался навязать бой.

Дуэль начала принимать своеобразный ритмический характер, состоявший из ударов и уверток, бросков и колебаний. Снова и снова Карез наступал на Валориана, и всякий раз Валориан ускользал из-под удара в последний момент. Когда их мечи встречались в воздухе, скрежет металла был слышен далеко вокруг. Соперники двигались то вперед, то назад по импровизированной арене, их сражение протекало для них в мертвой тишине. А толпа орала и выкрикивала возгласы одобрения, поддержки, немудреные советы, но воины не слышали ни одного слова.

Постепенно дыхание Валориана участилось, и он с трудом втягивал воздух. Его движения начали замедляться. А вскоре после этого он почувствовал, как каждая клеточка его тела словно загорелась жидким огнем. Он уже не мог поднять меч, чувствуя ужасающую боль в руках, поэтому ему приходилось держать оружие двумя руками, чтобы успевать отражать яростные удары Кареза. Ноги тоже быстро слабели и плохо слушались его, замедляя движение.

Он постарался собраться, чтобы продолжить свое движение, но тогда отвлекся и не смог отразить один из ударов Кареза. Летящее мимо острие меча задело ребра. Оно до костей разрезало кожу длинной рваной полосой.

Карез злорадно усмехнулся, в то время как Валориан вздрогнул и чуть было не упал. Здоровенный вояка кинулся вперед, чтобы развить и закрепить свой успех. Но словно озаренный неведомо откуда взявшейся силой, Валориан вскочил на ноги. И вместо того чтобы отпрыгнуть с пути Кареза, он проскользнул под угрожающим лезвием и, пробегая мимо соперника, вонзил свой меч в его тело. Острый клинок глубоко вошел в мясистое бедро.

Карез зарычал от боли и ярости. Оба соперника упали, тяжело дыша и дрожа от изнеможения. Кровь смешивалась с потом и грязью, покрывавшими тела, и стекала по коже грязными ручейками.

Валориан в какой-то момент чуть приподнялся, чтобы опустить дрожащие руки на колени. Дыхание обжигало легкие, и он никогда прежде не чувствовал себя таким измученным. В сознании зародилось сомнение, сможет ли он вынести еще эту схватку. Он знал, что мог без труда одержать победу над Карезом с помощью одного-единственного заклинания, но цена подобного предательства

была слишком высока. Он уже давно исчерпал все запасы силы, которые у него были, и теперь полагался исключительно на свою волю. Целебное питье Матери Виллы до поры до времени помогало ему, но и его действие сейчас уже кончилось. И если ему предстояло продолжить бой в том состоянии, в котором он находился, он заплатит жизнью или позором поражения за свою честь.

Но он видел, что и Карез устал. Движения его соперника заметно замедлились, все тело было покрыто потом, а лицо стало багрово-красным. Но все равно этого было недостаточно для победы. Карез начнет поединок отдохнувшим и взбодрившимся. А у него внутри все еще продолжал гореть пожар.

Потом в голову Валориана вдруг пришла другая мысль. Она зародилась в нем, как в брошенном в землю семени зарождается жизнь, выпуская корни, увеличиваясь в размерах и превращаясь в чудесный цветок. Он увидел перед собой долины Рамсарина, зеленые от весенней травы и голубые от бездонного неба над ними. Это видение было настолько ярким, что он мог поклясться, что видел желтых бабочек, порхавших среди диких полевых цветов, и чувствовал свежесть прилетавшего с далекого моря ветра.

В нем вдруг появилось неожиданное сильное желание увидеть эту землю и сделать ее землей своих сыновей. Он хотел скакать на Хуннуле по этим бескрайним лугам, по холмистым склонам, и разбивать свой шатер рядом с прозрачными потоками воды. Он желал эту землю каждой клеточкой своего существа. Единственное, что стояло у него на пути и мешало осуществлению этой цели, был противный, уродливый человек, чье толстое тело блестело от пота.

Валориан потихоньку подобрался, на его лице застыла маска жестокости. Откуда-то из самых сокровенных уголков сознания к нему пришла сила и наполнила собой руки и ноги. С губ сорвался яростный крик вызова.

Карез был изумлен переменой, произошедшей с его до недавнего времени почти поверженным противником. Он поднял свой меч как раз в тот момент, когда Валориан рывком преодолел пространство, разделявшее соперников.

Но на этот раз Валориан не пытался увертываться. Он бесстрашно кинулся в бой, используя все свои навыки и умение, чтобы парировать удары Кареза. Он понимал, что не мог побить этого толстяка, но силы его яростного нападения было достаточно, чтобы держать оружие Кареза в отдалении, не позволяя ему ранить себя, и побуждать противника отступить. Валориан был слегка задет мечом противника, у него были небольшие раны на руках и бедрах, в то время как он сам нанес Карезу удары по груди, рукам и плечам.

Толстяк начинал выглядеть озабоченным, и глубоко под его оболочкой зародился страх.

Валориан усилил давление. Он не мог преодолеть сильную защиту Кареза, поэтому он попытался перехитрить его. Удар за ударом он поворачивал Кареза, пока наконец солнце не очутилось за спиной Валориана. Он почувствовал его тепло на коже, словно сама богиня Амара стояла рядом с ним и одобрительно следила за его действиями.

Яркий солнечный свет бил теперь прямо в глаза Кареза. Валориан заметил, как он зажмурился, а его меч на секунду замер. Сжав зубы, Валориан нанес удар. И не успел Карез понять, что происходит, Валориан ударил его по руке и выбил из нее оружие, которое со звоном упало на каменистую землю.