Валориан

Херберт Мэри

Но надежды Валориана несколько окрепли, когда он увидел мускулистое тело воина. Он не думал, что наконечник стрелы повредил сердце или легкое Мордана, потому что на губах у него не было крови, а кожные покровы не были бледными, как это всегда бывает при приближении смерти. Возможно, что с помощью своего колдовства он сможет помочь другу. Он не мог исцелить его. Он мог только извлечь стрелу. Но, может быть, как раз этого и будет достаточно, чтобы дать Мордану шанс побороться за свою жизнь.

Очень осторожно Валориан дотронулся до кроваво-красной раны. Мордан смотрел ему в лицо, всецело полагаясь на своего друга. Возникла небольшая пауза, во время которой Валориан сосредоточился,

а затем послышалось короткое заклинание, и стрела растаяла, словно облако, оставив после себя лишь рану в том месте, где она вонзилась в кожу.

Пальцы Мордана медленно разжались.

– У тебя привычка разочаровывать Посланников, – с благодарностью прошептал он.

– Пусть поспорят с Амарой, – отозвался Валориан, пряча огромное облегчение под сосредоточенностью, с которой он принялся перевязывать рану. Он потрепал Мордана по плечу и уже совсем было собрался уходить, когда его руку сжала рука воина.

– Лорд, – проговорил Мордан, его голос казался неестественно хриплым от боли и тревоги, – это была лишь незначительная часть их сил, которая пыталась нас остановить. Они знали, что мы идем. Следи за тылом!

Валориан вскочил на ноги, словно молнией пораженный. Слова Мордана имели слишком большое значение. Замерший на месте караван представлял собой легкую добычу и был чрезвычайно уязвим для любого нападения. К тому же он извивался по долине длинной нитью, местами теряясь среди деревьев, и Валориан был просто не в состоянии разглядеть хвост колонны. Если нападение на головные повозки имело своей целью остановить ее, тогда, вполне вероятно, существовала опасность нападения и на его хвост. Все в нем закипело от необходимости срочных действий.

Он свистнул Хуннулу.

– Увидимся, когда достигнем перевала, – мягко сказал он Мордану, и прыгнул на спину Хуннулу прямо из повозки. Он прокричал брату:

– Айдан, заставь караван сейчас же возобновить движение! Веди их к перевалу! – и он пропал, промчавшись мимо цепочки повозок, направляясь в конец процессии.

– Двигайтесь! Вперед! Вперед! – кричал он возницам, пролетая мимо телег. – Не останавливайтесь! Продолжайте движение!

Он и жеребец уже преодолели полпути к концу каравана, когда раздавшийся сигнал горна охраны отчаянно прокатился по долине. И почти тут же ему завторили призывные сигналы тарнишских горнов, они возвещали о начале атаки. Страх распространился среди людей. Возницы, и без того нервные и напряженные из-за попавшейся на пути засады, начали подгонять сидевших в своих повозках людей и орать друг на друга. Погонщики вновь погнали стада вперед.

Наверное, около тридцати мужчин и ребят увидели скачущего в конец каравана Валориана и поспешили присоединиться к нему. От хвоста послышались стоны, смешанные с бряцанием оружия.

Хуннул в два скачка преодолел небольшие заросли деревьев у себя на пути как раз вовремя, чтобы увидеть, как охрана каравана врукопашную сражалась с тарнишской кавалерией, имевшей нашивки Четвертого Легиона. Люди сошлись слишком близко, чтобы Валориан мог использовать волшебство, поэтому он замедлил бег Хуннула, давая возможность остальным всадникам догнать его. Затем он извлек меч и издал устрашающий боевой клич. Небольшая группка охотников рванулась в бой. Хуннул ворвался в самую гущу тарнишских всадников, лягаясь и кусая их. Валориан сражался с отчаянием и холодной яростью, нанося удары черным мечом направо и налево так, словно каждый его противник был самим Тирранисом.

Крики ярости, стоны боли, глухие удары железа о железо наполняли воздух. Охотники вокруг Валориана сражались словно волки, используя любое оружие, которое только можно было держать в руках. Конечно, они уступали

легионерам в вооружении и боевой подготовке, но в случае своего поражения они потеряли бы все. Поэтому каждый член племени знал, что поражения быть не должно.

Валориан отразил мощный удар, нанесенный по голове здоровенным тарнишским офицером, увернулся от второго и аккуратно вонзил лезвие в небольшое незащищенное пространство между челюстью офицера и местом, где начиналась нагрудная пластина. Кровь хлынула из раны, и тарниш упал с лошади. А Хуннул прокладывал себе дорогу сквозь дерущуюся массу людей и лошадей.

– Во имя Шургарта и Амары! – прокричал Валориан, перекрывая гул сражения, и его люди ответили на его призыв боевым кличем.

Очень медленно тарниши начали отступать под яростным натиском оборонявшихся охотников. Солдаты ожидали встретить здесь слабых, тупых аборигенов, которые должны были спасаться бегством при первой же атаке. Они не были готовы встретить здесь мужчин и почти детей, сражавшихся с горевшими от ярости глазами, а их сила, казалось, была рождена просто самой безвыходностью ситуации.

Вдруг рукопашный бой словно замер, а тарниши призадумались на секунду.

– Отступаем! – прокричал какой-то солдат, и ряды тарнишей сломались. Они развернули своих лошадей и помчались галопом прочь, оставив охотников вздыхать от облегчения. Выигравший сражение арьергард каравана заулюлюкал вслед улепетывавшим по долине легионерам.

– Лорд Валориан, вы всегда приносите добрые вести своим появлением, – с усталой улыбкой выкрикнул один из воинов.

Вождь повис на Хуннуле, который от возбуждения описывал большие круги, и спросил:

– Что здесь произошло?

– Они появились вон из тех лесов, – ответил ему воин, указывая на большие заросли деревьев на краю долины. – Мы как раз проезжали мимо, и они набросились на нас. Их там, наверное, была целая сотня! Если бы вы не подоспели вовремя, они бы точно нас всех перебили.

– А вы не видели с ними генерала Тирраниса?

Охотник покачал головой.

– Нет.

Валориан с беспокойством посмотрел в ту сторону, куда поскакали тарниши. Если в засаде, на которую напоролась головная часть каравана, было около ста солдат, и столько же напало на арьергард, то где же находилась остальная часть гарнизона? Где был сам Тирранис? Генерал никогда не позволит племени так просто ускользнуть от него!

Вождь поторопил своих людей собрать убитых и раненых и погрузить их на последние повозки. Наконец-то караван начал двигаться, и охрана поспешила присоединиться к нему. На помощь Валориану прискакало еще несколько всадников из колонны, и теперь здесь собралось около сотни человек: мужчин, парней и нескольких женщин всех возрастов, которые собрались у повозок неровными рядами.

Теперь караван вместе с Айданом возглавлял сильный отряд мужчин, так же как и его тыл. Несмотря на все обстоятельства, вождь все же в глубине души надеялся, что этого будет достаточно. С другой стороны, у него просто не хватит людей, чтобы защитить караван со всех сторон. Однако он не думал, что им следовало опасаться нападения на середину каравана. Если бы даже это и входило в планы, то должно было бы совпадать по времени с засадой во главе колонны и нападением на ее тыл, то есть уже случилось бы. Сама долина защищала их, потому что с рекой, протекавшей по ней, она была слишком узка, чтобы позволить большим силам беспрепятственно достичь середины каравана и напасть на него. Он предполагал, что Тирранис устроил засаду, чтобы остановить колонну и дать возможность большим остальным силам проскользнуть и напасть на них внезапно. Но его план не сработал, и теперь племя снова двигалось вперед.