Вампир Лестат

Райс Энн

Она радовалась, что мы наконец-то едем домой. Не то чтобы ее раздражали эти существа. Просто, как она говорила мне чуть раньше, ей необходимо было оказаться в тишине и покое, на свободном пространстве вне пределов города.

Выехав в поле, мы понеслись с такой скоростью, что ветер засвистел в ушах, и мне показалось, что она засмеялась, хотя, возможно, я и ошибался. В не меньшей степени, чем мне, ей нравилось ощущение свободы и бьющего в лицо ветра; она любовалась ярким сиянием звезд на черном фоне неба и возвышающихся вокруг холмов.

Мне очень хотелось

знать, были ли в тот вечер такие минуты, когда втайне от меня она в глубине души плакала. Иногда я видел ее молчаливой и задумчивой и замечал, что она моргает, словно стремясь смахнуть с глаз слезы, но самих слез я так и не разглядел.

Именно эти мысли беспокоили меня в тот момент, когда мы подъехали к густому лесу, росшему по обоим берегам неширокого ручья. Из глубокой задумчивости меня вывело резкое движение моей кобылы, которая вдруг попятилась, встала на дыбы и рванула в сторону.

От неожиданности я едва не вывалился из седла. Габриэль крепко вцепилась мне в правую руку.

Каждую ночь я проезжал по этой небольшой поляне, на полной скорости проскакивая деревянный мост, перекинутый над водным потоком. Мне нравился цокот копыт по деревянному настилу и то, как резво взлетает лошадь по склону противоположного берега. Кобыла моя прекрасно знала дорогу. Но теперь она словно забыла ее.

Она испуганно пятилась и, казалось, готова была снова встать на дыбы, но вдруг повернулась и галопом помчалась обратно в сторону Парижа. Невероятным усилием воли мне все же удалось привести ее в чувство и заставить остановиться.

Габриэль оглядывалась назад, всматриваясь в густые заросли, в темные колышущиеся кроны деревьев, скрывшие от наших глаз ручей. И сквозь завывание ветра и шелест листвы до нас отчетливо донеслись звуки, свидетельствующие о присутствии непонятных существ.

Мы услышали их одновременно, потому что, когда я обнял и прижал к себе Габриэль, она кивнула и крепко ухватилась за мою руку.

– Присутствие ощущается сильнее, – сказала она, – и на этот раз существо не одно.

– Да! – в ярости воскликнул я, перехватывая Габриэль левой рукой, а правой обнажая шпагу. – И они встали на моем пути к собственному дому!

– Но ты же не станешь драться с ними?! – воскликнула Габриэль.

– А как еще?! – ответил я, пытаясь удержать лошадь. – До рассвета остается меньше двух часов! Вытаскивай шпагу!

Она хотела было повернуться ко мне и что-то сказать, но я уже стремительно направил кобылу вперед. Габриэль послушно вытащила из ножен шпагу.

Я был уверен, что, как только мы приблизимся к зарослям, существа исчезнут. До сих пор они всегда скрывались, трусливо поджав хвосты, и не осмеливались причинить нам вред. Меня душил гнев при мысли о том, что они посмели испугать мою кобылу и Габриэль.

Я дал лошади шпоры и усилием воли заставил ее нестись прямо на мост.

Крепко вцепившись в рукоять шпаги, я низко пригнулся к спине лошади, прикрывая собой Габриэль. В эту минуту клокочущая в душе ярость превратила меня в огнедышащего дракона. Копыта лошади гулко зацокали по деревянному

настилу, и в ту же секунду я впервые увидел демонов!

Над нами мелькнули их совершенно белые лица и руки. С ужасающим визгом они трясли нависающие над мостом ветви деревьев, осыпая нас градом листьев.

– Да будьте вы прокляты, свора отвратительных гарпий! – взревел я, устремляя кобылу вверх по склону противоположного берега, но тут Габриэль испуганно вскрикнула.

Что-то упало позади нас на круп лошади, копыта которой скользили по мокрой земле. Это нечто вцепилось мне в плечо и в сжимающую шпагу руку, не позволяя как следует размахнуться.

Пронеся шпагу над головой Габриэль, я в бешенстве ударил существо, и оно рухнуло на землю, сверкнув в темноте белой искрой. И в тот же миг на нас свалилось другое, с руками, похожими на звериные лапы с когтями. Шпага Габриэль резанула по протянутой к нам длани, и я увидел, как та взлетела в воздух и из раны струей хлынула кровь. Крики превратились в душераздирающий вой. Я готов был разорвать врагов на куски и так резко развернул кобылу, что она встала на дыбы и едва не упала.

Однако цепляющаяся за лошадиную гриву Габриэль сумела удержать ее и направить в сторону дороги.

Мы неслись во весь опор к башне и все время слышали за спиной вопли и визг преследующих нас существ. Когда кобыла окончательно выдохлась, нам пришлось бросить ее на дороге и, взявшись за руки, побежать дальше, к воротам.

Я понимал, что мы непременно должны проникнуть через тайный лаз во внутренние покои башни, прежде чем твари успеют вскарабкаться на стену. Они ни в коем случае не должны видеть, как мы ставим на место камень.

Быстро заперев за собой ворота и двери, я потащил Габриэль вверх по ступеням.

Едва мы успели оказаться в тайной комнате и поставить на место камень, закрывающий проход, я услышал внизу их вопли, визг и скрежет когтей по каменной стене.

Схватив охапку дров, я разбросал их под окном.

– Скорее! Зажигай! – крикнул я Габриэль.

Но полдюжины отвратительных морд уже бесновались за решеткой. Их визг и вопли ужасным эхом отдавались от стен маленького помещения, на какой-то момент я лишился способности мыслить и мог лишь пятиться в ответ, не сводя с них взгляда.

Словно стая летучих мышей, они облепили решетку. Но это были не летучие мыши. Это были вампиры! Такие же вампиры, как и мы, обладающие человеческим обликом.

Из-под спутанных, слипшихся волос на нас уставились темные глаза, ор становился все яростнее и громче, а на вцепившихся в прутья решетки пальцах засохли комья грязи. Насколько я мог видеть, существа были одеты в какие-то бесцветные лохмотья, от которых исходил нестерпимо отвратительный могильный запах.

Габриэль разбросала возле стены тонкие палочки для растопки, едва успев отскочить и увернуться от пытавшихся схватить ее рук. Твари выпустили когти и яростно вопили, стараясь достать поленья и швырнуть их в нас. Все вместе они так трясли решетку, что, казалось, вот-вот выдернут ее из стены.