Вампиры не обязаны... просить?
Шрифт:
— А это ты видела? — вмешался Бах, вскочил со стула и показал всем свой зад.
— Да это мы все видели! — хором ответили божества.
С довольной ухмылкой Бах вновь сел и вернулся к большому бокалу мартини… такой бокал большинство людей использовали для хранения конфет и тому подобного.
Пенелопа откашлялась.
— Извини. Мэгги, прошу, продолжай. Зачем ты просила аудиенции?
Мэгги осмотрела каждого присутствующего в комнате.
— Как я уже объяснила по телефону, Симил вас всех предала. Я пришла не только для того, чтобы исправить эту ситуацию и потребовать справедливости, но и для того, чтобы
Раздался коллективный «ах!»
— Тогда ты зря потратила время, женщина, — ответил Кинич. — Его никогда не освободят. Он — зло.
— Да. Но Чаам не виноват, да и не хочет быть виноватым. Вот почему, — Мэгги посмотрела прямо на Антонио, — Иш Таб вылечит его. Теперь все начали возражать. Мэгги хлопнула ладонью по грубому каменному столу. — Довольно! Моё терпение иссякло десятки лет назад. Вы будете слушать всё, что я скажу. Освободите Чаама и накажите Симил.
— Если ты следила за нами, значит ты… надоеда, должна знать, что мы не подчиняемся приказам смертных, — заметила Фейт, чистя ногти наконечником стрелы, которую вытащила из колчана.
— Тогда вы больше не увидите Иш Таб, Гая и остальных, — возразила Мэгги.
— Глупая смертная, у нас есть скрижаль. — Фейт вздохнула так, словно и не должна присутствовать при этом разговоре.
«Боги, какая мерзкая личность. Как Иш Таб терпела её семьдесят тысячелетий?»
Он пробыл в присутствии Фейт в лучшем случае час, и уже хотел запереть её в шкафу. На самом деле, именно из-за снобизма он отверг неоднократные её просьбы помочь ему в лаборатории, после встречи в Нью-Йорке. Ему нравились женщины с некоторой скромностью. Ему нравилась Иш Таб.
Мэгги отрицательно покачала головой.
— Вы все идиоты. Скрижаль не может освободить ваших людей; хоть они заперты в другом измерении, там их удерживает заклинание Мааскаб. Вы должны освободить Чаама и обменяться с Мааскабами, если хотите вернуть своих. Но должны излечить Чаама прежде, чем сделаете это, или он вновь начнёт вершить зло. Лишь Иш Таб может ему помочь, и лишь я знаю, как вернуть её обратно. — Она посмотрела на Антонио. — Как я уже сказала в самолёте, ты можешь приобрести оборудование и попытаться, мистер Асеро, а я могу гарантировать, что у тебя ничего не получиться. Есть только один способ призвать силу скрижали.
Антонио обдумал это заявление и вспомнил, что портал открылся именно тогда, когда в подвал зашла Иш Таб с его отцом. Существовала ещё одна переменная?
— Мы не освободим Чаама, — заявил Кинич.
— Ладно. Тогда наш разговор подошёл к концу… Как и всё остальное — ты, твой ребёнок, — она указала на Пенелопу, — все вы! Потому что я гарантирую, что путь, по которому вы идёте, которым ведёт вас Симил, самый-самый неверный. — Мэгги повернулась, чтобы уйти.
— Подожди. — Остановил её Антонио и затем посмотрел на каждого из богов. — Иш Таб ваша сестра. Разве она не стоит нескольких минут вашего чертовски драгоценного времени?
Пенелопа нежно погладила Кинича по руке.
— Он прав, любовь моя. Давай выслушаем Мэгги.
Кинич заворчал, но согласился.
Пенелопа отошла в сторону и указала на большой трон во главе стола.
— Садись, Мэгги. Мы все слушаем.
Мэгги оглядела сидящих за столом, и Антонио невольно задался вопросом, что за безумную историю она собирается рассказать. А он ещё считал свой мир, в
Внешне Антонио был похож на богатого плейбоя из привилегированной испанской семьи, владевшей самыми престижными винодельнями в Испании. На самом деле, его отец был чудовищем, которое убивало женщин ради пропитания, включая убийство и матери Антонио. Социальная и личная жизнь Антонио не могла быть более противоречивой или причудливой. Во всяком случае, он верил в это, пока не стал вампиром — наименее насыщенная часть этой истории — который ненавидел мысль о том, чтобы пить кровь, прежде чем узнать, что злые жрецы Майя — вкуснейшая закуска. Добавим, что Иш Таб, Богиня самоубийц — чертовски нелепое имя для такого прекрасного существа — любовь всей его жизни и попала вместе с его отцом-демоном в ловушку в другом измерении. Да. Чертовски странно. И всё же каким-то образом он понял, что они только начали, когда Мэгги прочистила горло и вздёрнула подбородок.
— Примерно восемьдесят лет назад, — сказала она, — я сопровождала своего отца, археолога, к раскопкам в южной Мексике. Тогда для нас это было ужасное время — моя мать умерла всего несколько месяцев назад, и я не знала, что отец одержим её возвращением. Также известно, что найденная им скрижаль, — Мэгги посмотрела на Антонио, — не простое совпадение. Симил хотела, чтобы он нашёл её, и убедилась, что скрижаль может воскрешать мёртвых.
— А она может? — спросила Пенелопа.
Мэгги кивнула.
— Да, может, хотя не так, как вы думаете. У скрижали есть возможность открывать порталы в другие моменты времени в дополнение к другим измерениям. Так что, если бы кто-то захотел, мог вернуться и не дать кому-то умереть. Проблема вернуться. Портал остаётся открытым на небольшой отрезок времени. И если кто-то не принёс вторую скрижаль или может открыть первую с места, вернуться никто не сможет. Но мой отец так и не узнал этого — умер прежде, чем портал открылся.
— Симил его убила? — с ужасом спросила Пенелопа.
— Нет, Чаам. — Мэгги опустила голову и, казалось, изо всех сил старалась не расплакаться. — Отец пропал, и я искала в джунглях место его раскопок, которое он хранил в тайне. Тогда заблудилась, а потом столкнулась со злобным ягуаром. В попытке убежать от него, упала и ударилась головой. Чаам нашёл меня. Поначалу я думала, что сошла с ума. Чаам сказал, что он — Бог, и хотя я ему не поверила, каждый раз, стоило нам прикоснуться друг к другу, у меня появлялись видения. Не прошло и дня, как я осознала истину — мы созданы друг для друга. Он тоже это понял. А вот чего мы не знали, так того, что наша встреча была частью заговора Симил.
Теперь Антонио начал беспокоиться. В этой истории слишком много параллелей, включая прямое участие Симил в поисках скрижали, которая в конечном счёте привела его к Иш Таб.
— Детали не имеют значения, — объяснила Мэгги. — Однако Чаам, в конце концов, нашёл моего отца, который сошёл с ума и собирался убить молодую женщину — мою подругу по имени Итцель. Чаам был вынужден убить его, а Симил позаботилась о том, чтобы я оказалась там и всё видела.
— Зачем Симил нужно было, чтобы всё это случилось? — спросил Кинич. Отличный вопрос. Ведь очевидно, что бы там не замышляла Симил, это определённо касалось и его, и Иш Таб. Короче говоря, Антонио не нравилось к чему всё идёт.