Ванилька
Шрифт:
Именно так он думал, с букетом наперевес взлетая по лестнице на второй этаж особняка. То, что он оборвал собственную клумбу, вообще не укладывалось в его голове, но факт оставался фактом. Да только, едва войдя в спальню, РиАнт Арль, верглавнокомандующий Федерации, имсит, что славился своим превосходным контролем над собой, обреченно выдохнул одно-единственное слово:
– Ненавижу.
Потому что Малики Торль не было в спальне. Малики Торль не было даже в особняке или на участке.
Не было.
Но отпускать ее он был не
– Кайла? Хватит спать, Кайла! – зло отчеканил он в трубку. – Поднимай по тревоге все службы. Мне нужна Малика Торль.
Глава 6
Глава 6: Удача авансом
Малика
Не противник.
Сидела на кровати и со всей обреченностью понимала, что я верглавнокомандующему Федерации не противник. Да я даже за ворота его особняка выбраться не смогла, позорище. Нелегко было осознавать, но отец был прав: я еще не готова к борьбе.
Он до последнего не хотел соглашаться на мое участие, но кроме меня в этот чертов багажник летной машины действительно никто бы не поместился. Разве что кто-то из детей, но не их же было отправлять!
Прокололась. Сначала с этой сумкой, потом с поездкой в театр. Лучше бы украла у кого-нибудь кошелек, чем попалась в лапы этого монстра вот так нелепо.
Ненавижу!
И глаза его страшные ненавижу, и эту едкую ухмылку, и идеальный костюм, стоимость которого наверняка приравнивалась к стоимости целой квартиры на первом уровне. Я ненавидела его всего, целиком и полностью, но не признать его правоту не могла.
Мне нужно было поесть. Мне было необходимо выспаться. А еще подумать над тем, каким именно образом бежать. То, что я не могла здесь оставаться, было так же ясно, как и день, но главное я услышала: он вернется вечером, а значит, я могла и поесть, и даже поспать. Силы мне точно понадобятся.
Такого роскошного обеда у меня не было уже очень давно. Питались мы с отцом просто и без изысков, потому что почти все заработанные деньги уходили на поддержку активистов и логова. Каждый план нашей подрывной деятельности тоже требовал затрат и вложений, но я не жаловалась. Я знала, ради чего мы это делаем, а остальное было не так важно. В конце концов, как может сравниться какая-то там еда со спасением жизни?
А мы спасали. Тех, у кого ничего не осталось и для кого тарелка теплого супа значила гораздо больше.
После еды меня молниеносно увлекло в сон. Я только на минуточку прилегла, как погрузилась в вязкое марево, но спала чутко. Пару раз даже открывала глаза, следя за тем, как служанка распаковывает чемоданы, развешивая в шкафу мужскую одежду, но признаков бодрствования не подавала. Так и провалялась до заката, полагая, что бежать лучше всего по темноте.
Так и охрана, глядишь, не заметит. И народ на улице меньше внимания обращать станет на дамочку, что вдруг решила примерить одежду не по размеру. То, что чужую одежду мне придется украсть, я понимала отчетливо. Моя сумка даже если и не осталась в театре, то в спальне совершенно точно не
Нет, план мой был в другом, и перво-наперво я пробралась в кабинет, чтобы найти там деньги. Много брать не собиралась – мне бы хоть какую-то наличность на первые дни, чтобы убраться из столицы как можно дальше, однако рушек не нашлось ни в каком количестве.
В кабинете.
Парочка не самых маленьких купюр обнаружилась в одной из курток верглавнокомандующего. Я даже выдохнула с облегчением, когда они нашлись, потому что совсем без денег далеко бы я не ушла.
Когда финансовый вопрос решился, я приступила к обмундированию.
Очень сильно боялась, что дверь спальни вот-вот откроется, а на пороге появится имсит. Вздрагивала от каждого шороха, от голосов, что время от времени раздавались где-то отдаленно. Так и паранойю заработать можно, но дело делалось.
Натянув на себя чужую рубашку, я моментально в ней утонула, однако идея пришла сама по себе. Даже ремнем не пришлось скреплять – я просто стащила ворот до груди, повязав рукава вокруг талии и наспех соорудив из них бант. Получилось очень даже приличное платье, закрывающее все до самых колен.
Сложнее пришлось с верхней одеждой. На улице ночами было прохладно, так что на плечи требовалось что-то накинуть. Куртка, понятное дело, не подходила из-за своих размеров, но я отыскала кофту на пуговицах, которая могла бы запросто сойти за удлиненный кардиган. Подумаешь, рукава подвернуты. Мало ли что сейчас модно?
Ну и с обувью, собственно, мне помог сам верглавнокомандующий. Конечно, в пуантах не побегаешь, но на безрыбье и рак рыба. Лучше так, чем босиком или в мужской обуви на девять размеров больше. В ней я точно далеко не уйду.
Пока не обувалась. Сбегав в ванную комнату, я забрала спрятанный флакон с «Лека-Спреем» и на всякий случай сложила в сумку то, что, на мой взгляд, мне могло понадобиться. Не обеднеет. Тем более что взяла я совсем немного – одно полотенце, упаковку с новой щеткой, тюбик зубной пасты и мыло. Покидала кое-что и из аптечки, найденной в ящике. Просто еще не представляла, как буду выбираться с третьего уровня, но главное – это выбраться хотя бы из особняка.
Вернувшись в комнату, я закинула пуанты сверху в сумку и…
С дикой злостью на себя развернулась и прошла в кабинет, где точно видела чистые листы и целый арсенал ручек. Пресловутая совесть недовольно ворочалась внутри, вынуждая меня оставить записку. В ней я написала, что вынужденно одолжила у мужчины две купюры, найденные в куртке, а вот взыгравшая гордость оставила на бумаге только одно слово.
«Попробовала» – старательно вывела я, не сдерживая самодовольной усмешки.
Записку оставила прямо на кровати поверх подушки – так, чтобы точно заметил, – а сама полезла в окно. Оно мне еще днем приглянулось тем, что не имело решетки да и открывалось свободно.