Ванилька
Шрифт:
Я забыла про чулки и туфли.
Мужчина про них не забыл.
Мне не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, насколько сильно я покраснела. Щеки пылали огнем, пока сантиметр за сантиметром РиАнт облачал мои ноги в чулки, прикасаясь к коже самыми кончиками пальцев.
В какой-то момент я даже покачнулась, чувствуя, что ноги не держат. Не смотреть ему в глаза было попросту невозможно, и то, что я видела в них…
Я могла бы назвать это голодом. Диким, нескончаемым, ничем не заглушаемым голодом. Меня это пугало. Он пугал, потому что больше не было
Сердце стучало словно сумасшедшее.
Невесомо погладив мое колено, мужчина оправил юбки и поднялся на ноги, но не выпустил меня, не отпустил, не отвел взгляда ни на секунду. Он держал. Держал меня будто в тисках на расстоянии нескольких сантиметров.
– Ты не представляешь, насколько ты очаровательна. Если бы ты только знала, какие мысли меня иногда посещают. Если бы ты только знала, как я схожу с ума…
В этот момент я должна была обрадоваться. Казалось бы, цель достигнута и я для этого почти ничего не сделала, но удовлетворения почему-то не испытывала.
Испытывала другое.
Трепет. Смущение. Толику грусти.
Я чувствовала себя желанной. Ощущала что-то такое, с чем прежде еще не сталкивалась. Трудно поверить, но, будучи балериной, я никогда не купалась в чужом внимании. Обычно все комплименты, подарки и восхищенные взгляды доставались приме. Реже кому-то из труппы. Конечно, я ничего из этого не искала, предпочитая держаться в тени, не выделяться, но чисто по-женски мне тоже хотелось почувствовать себя красивой, желанной.
В моей жизни не было ухаживаний, с которыми сталкивались другие девушки. Обучаясь в закрытом заведении, я не видела никого, кроме преподавателей, в то время как другие бегали на свидания, влюблялись, совершали ошибки.
Да и не было у меня на это времени. И желания, честно говоря, тоже не было, а теперь я не знала, как себя вести. Как реагируют на подобные высказывания? Что я должна говорить?
Хотелось сбежать. Ну или провалиться в складской отсек корабля, чтобы переждать там приступ горящих щек. А еще лучше – побиться обо что-нибудь головой. Обо что-нибудь холодное.
– Пойдем. – Так и не дождавшись моей реакции, взял РиАнт меня за руку. – Мы и так уже заставили себя ждать. И, Малика…
– Да? – откликнулась я, позволяя взять себя за руку.
– Ничего не бойся. Я всегда буду рядом.
Странно, но еще несколько дней назад меня это невероятно пугало.
Сейчас…
Сейчас уже нет.
На первый этаж мы спускались последними. У главного выхода уже собралась целая делегация. Кого-то я видела ранее, с кем-то еще была незнакома, но кое с кем встретиться здесь не ожидала вообще.
– Это господин Арль-старший? – не сдержала я эмоций, чуть крепче сжимая руку мужчины.
– Сам удивлен, – ледяным тоном ответил РиАнт.
У последней ступеньки нас встречала разодетая помощница верглавнокомандующего. Ее платье было не таким пышным, как у меня, но тоже вполне себе в духе эпохи. Стоило заметить, что нам соответствовала вся делегация.
–
– Вам хотели сообщить, но вы… приказали вас не беспокоить, – с намеком посмотрела она на меня, а я едва удержалась, чтобы не показать ей язык. – Его космолет догнал нас с полчаса назад. Ильтар предпочел пересесть к вам, желая сопровождать вас в составе делегации.
– Какие цели?
– Полагаю, пожелал присутствовать при таком важном событии. Я… не знаю, кто доложил ему о переговорах. Но узнаю. Дайте мне час.
– Вам и час не поможет, чтобы избавиться от него, – тихонько добавила я, вызывая удивление у «акулы» и тихий смешок у модифицированного, что изумило уже меня.
Все-таки он его отец. За своего отца я встала бы горой. Воодушевившись такой странной реакцией, я продолжила:
– Предлагаю показать, что он здесь лишний.
– И как же? – усмехнулся РиАнт.
– А давай его проигнорируем? Представляешь, как он будет беситься?
– Ты ведь понимаешь, что сейчас тебя слышат абсолютно все модифицированные? – напомнил мужчина о насущном, и я обвела зал взглядом, ловя недоуменные, раздраженные и даже полные ненависти взоры.
– Я должна бояться?
– Ты? – переспросил имсит. – Нет, ты не должна бояться. Пора расставить точки в наших отношениях.
Смысл последней фразы до меня так и не дошел. Я попросту не успела его осознать. Мне не дали подумать и секунды, прежде чем в мой рот впились чужие губы. Жадно, страстно, будто от этого поцелуя зависела жизнь РиАнта. Демонстративно.
– Это что сейчас было? – ошалело выдохнула я, цепляясь пальцами за золотой камзол. Была огромная вероятность, что ноги не выдержат, так что я предпочла себя обезопасить.
– Гарантия, – хитро улыбнулся мужчина, поддерживая меня за талию.
– Гарантия чего?
– Того, что я убью любого, кто хотя бы просто косо посмотрит на тебя. Пойдем. Не стоит нервировать тех, к кому мы прилетели.
В абсолютной тишине мы разрезали толпу, словно корабль волны. Яркий солнечный свет ударил по глазам, вынуждая зажмуриться. Спускаясь по трапу, я не могла наглядеться по сторонам и то и дело несдержанно вертела головой, любуясь буйной зеленью. Площадка для посадки находилась прямо посреди леса, так что окружали нас лишь зеленая трава и великаны-деревья.
Впереди перед трапом нас тоже встречала делегация, но несколько меньше нашей. Пожилой седобородый мужчина, стоящий ближе остальных, произнес на своем языке что-то певучее и, несомненно, доброжелательное:
– Айсииильтайнаиль.
– Как? – прошептала я. – Как он это сделал?
– Магия, – улыбнулся мне РиАнт, с благодарностью принимая из рук мужчины кованые блестящие завитки размером с половину ладони, что появились будто из воздуха.
Первый он надел мне на ухо так, чтобы завиток словно обнимал ухо. Второй закрепил на себе, а остальные передал дальше – делегации, что стояла за нашими спинами. Причем стояли они словно школьники – по парам, образуя длинную линию.