Ванилька
Шрифт:
А вот внешне дела обстояли похуже.
На третьей планете было негде раздобыть металл, инструменты, провода и прочие необходимости, так что изначально я готовилась к тому, что своим ходом мне отсюда не выбраться. Но после того как я разобралась с многочисленными терминами, стало понятно, что ущерб не так уж велик.
Один лист обшивки от корабля нашелся выше по склону. Другой каким-то образом очутился на берегу. Чтобы приделать их обратно должным образом, мне пришлось частично разобрать корабль изнутри.
В поисках мелких деталей
Необходимого вещества на корабле я нашла лишь малый баллон, и его хватило бы только на один слой, так что пришлось импровизировать. Заменять часть состава на белую жижу, которая намертво застывала камнем спустя чуть больше суток. Ни огонь, ни вода – ничего ее не брало.
Да-да, иногда лучше совсем не знать, чем тебя кормят.
Так вот, последние ремонтные работы были завершены еще позавчера. Один из проводов пришлось восстанавливать, поэтому времени потребовалось много – на изучение, на понимание, на ремонт. Больше суток судно стояло посреди джунглей, и теперь я была на сто процентов уверена, что могу попробовать его запустить.
По крайней мере, очень сильно надеялась, что получится. Потому что я могла улететь. Не зная координат, не умея управлять кораблем. Мне всего-то и нужно было, что запустить его и настроить автопилот. Все когда-либо вводимые координаты оставались в памяти – только и необходимо, что понять, какая из точек Земля.
Вариантов должно быть немного.
Все могло обернуться успехом.
До успеха оставался всего лишь шаг.
– Давай… – шепнула я, потянув за рычаг и нажимая поочередно две большие кнопки.
Три, два, один…
Все экраны загорелись разом, на мгновение непривычно ослепляя. Мостик встал на место, снова становясь дверью, а десятки кнопок и рычагов подсветились, искажая разноцветное сияние.
Я выдохнула. Рвано и порывисто.
Тяжело, обессиленно упала на колени и безмолвно заплакала.
Нет, я надеялась. Я верила каждый прожитый на третьей планете день. Я молила богов, все высшие силы, чтобы мне помогли и меня нашли здесь или же я сама смогла улететь. Я не опускала руки. Однако после истории с Ри на сто процентов привыкла верить только своим глазам. И то, что я видела сейчас, делало меня счастливой.
Потому что я не соскучилась по нему, нет. Я истосковалась по имситу. До боли, до страха, до пожирающей черной дыры в душе.
Он снился мне каждую ночь. Почти каждую ночь я просыпалась со слезами на глазах. Почти каждые пять дней – с криками. Ата спала со мной в моем шалаше в своей звериной внешности, потому что устала бегать ко мне.
А я не могла.
Днем чувствовала себя отлично, прекрасно и решительно, а ночью теряла контроль над собой. Даже отец мне почти не снился, а РиАнт – да. Совладать с собой я была не в силах.
Отключив питание, я добрела до двери и
– И кто это тут притаился по кустам? А ну, быстро к мамкам! – пожурила я свой маленький зверинец. Ушки, носы и хвосты торчали тут и там. Ровно до этой секунды.
Не знаю, как они разговаривали между собой в таком виде, но повыпрыгивали на меня из-за листьев почти что одновременно. Их излюбленная игра называлась что-то вроде «Поймай однолицую». Заваливали меня на землю и облизывали лицо и руки, а иногда и несильно покусывали. Не больно, играючи.
– Ахт аа инст! – грозно прорычала Ата, появившись на поляне под раскидистой зеленью.
Малышня тут же разбежалась в стороны, будто и не было. Только Еэра – самая мелкая кошка-змея – немного замешкалась, не зная, в какую сторону бежать безопаснее. Ата, как глава племени, наводила на них священный ужас.
Суровый взгляд игольчатой волчицы метнулся ко мне, но тут же потеплел, едва женщина заметила счастливую улыбку на моем лице. Я кивнула в ответ, чтобы показать, что все получилось. Всплеснув руками, она кинулась ко мне, беря за руку, и скорее потащила к новому селению.
Вообще, мы очень многое сделали за прошедшее с моего здесь появления время. Двулицые оказались невероятно способными. Стоило лишь несколько раз показать, как они тут же все схватывали на лету.
Например, к сегодняшнему дню уже почти был закончен высокий забор вокруг поселения, сооруженный из стволов деревьев. Работа шла медленно лишь потому, что рабочих инструментов было мало – всего два: найденные на корабле парные то ли тесаки, то ли сабли, инкрустированные драгоценными камнями.
Я щедро подарила их поселению, чтобы отблагодарить за помощь, и показала, что ими можно рубить деревья и нарезать мясо. До этого они пользовались оточенными об камни костями животных, а о руде, имеющейся в большом количестве, даже не догадывались.
Мы ее выкопали – не всю, конечно, но достаточно. Когда она высушится, ее нужно будет обжечь, измельчить и поместить в импровизированную печь вместе с углем. Процесс не быстрый, но из получившегося сырья и делали железные заготовки, а уже из них предметы интерьера, посуду или оружие.
Ата тащила меня мимо уже готовых домов и голых каркасов, которые только обшивали мелкими стволами и листьями и укрепляли глиной. По правую сторону в центре общины складывали большой костер и подготавливали овощи и мясо для обеда. Мелкие девчонки вовсю пользовались обломком расчески, выдирая друг другу волосы.
– Ата, да куда ты меня тащишь? – взмолилась я, стараясь перевести дыхание.
– Усь! – торопила она меня.
А бежали мы в самый конец общины – в пещеры под водопадом, которые, с одной стороны, закрывали поселение от вредителей, а с другой – до сих пор являлись домом для мелкотни, которую защищали с особым рвением.