Вариант единорога
Шрифт:
– Она нападет на тебя.
– Где она более сильна: внутри или снаружи?
– Думаю, для нее это не имеет значения.
– Черт возьми! А сможем ли мы войти через другое зеркало и незаметно к ней подкрасться?
– Возможно.
– Придется так и сделать. Пойдем.
Она быстро оделась в кроваво-красное платье и последовала за мной сквозь стену в комнату, которая была фактически за несколько миль от нашего первоначального местонахождения. Подобно всем благородным вельможам Хаоса, брат Мандор наивно верит в неприкосновенность жилища. Большое зеркало находилось на дальней стене между столом и Часами Хаоса. Часы, как я заметил, скоро должны были начать перезвон. Отлично. Я вынул меч из ножен.
– Я даже не знала, что здесь есть эта комната, –
– Мы далеко от места, где спали. Забудь о расстояниях. Пойдем в Зеркальный Мир.
– Согласно традиции, сначала я должна предупредить тебя, – сказала она. – Никому и никогда не удавалось убить гизель мечом или чем-то подобным. Гизель выдерживает удары ужасной силы, и даже получив жестокие раны, остается в живых.
– Что же ты посоветуешь?
– Обмани ее, выведи ее из себя, перехитри. Все это лучше, чем открытая схватка.
– Хорошо, посмотрим по обстоятельствам. Если дело обернется плохо, у тебя всегда есть возможность уйти.
Она не ответила, но взяла меня за руку и ступила в зеркало. Как только я последовал за нею, старинные часы Хаоса начали свой немелодичный перезвон. Внутри зеркала комната казалась такой же как снаружи, только отображенной наоборот. Рэнда повела меня к самой дальней границе отражения, к выходу из комнаты. Мы вошли в зал совершенно мне незнакомый. В воздухе повсюду висели разноцветные нити, причудливо сплетаясь и расходясь. Рэнда взяла одну из них в свободную руку и сделала шаг вперед, увлекая меня за собой. Мы очутились на кривой улочке с неказистыми на вид домами.
– Спасибо, – сказал я – За предупреждение, которое сорвало чьи-то планы застать меня врасплох.
Она сжала мою руку.
– Я сделала это не только для тебя, но и для моей семьи.
– Я знаю.
– Я не сделала бы этого, если бы не полагала, что ты имеешь шанс победить. Иначе я просто предупредила бы тебя и рассказала все, что знаю. Но я помню, как однажды… там, в Девственном Лесу… ты обещал быть моим рыцарем. Тогда ты казался мне настоящим героем.
Я улыбнулся, поскольку вспомнил тот сумрачный непогожий день. Мы читали рыцарские рассказы в Мавзолее. Я галантно пригласил Рэнду внутрь здания, где не так слышны были раскаты грома. Там, среди могил никому не известных смертных – Денниса Колта, Ремо Уильямса, Джона Гаунта – я поклялся быть ее рыцарем и защитником, если когда-нибудь она будет в этом нуждаться. Она поцеловала меня тогда, и я воспылал желанием, чтобы ей немедленно стала угрожать опасность. Тогда бы я смог доказать слова своей клятвы на деле. Но ничего не произошло. Мы передвигались вперед, она считала двери и остановилась у седьмой.
– Вот путь – сказала она, – который ведет прямо к месту позади заблокированного зеркала в твоей комнате.
– Хорошо, – сказал я, – настало время поохотиться на гизель.
И, отпустив руку Рэнды, я шагнул вперед. Гизель доставила мне неприятности еще до того, как я прибыл на место. Десять или двенадцать футов длиной, она оказалась достаточно близко. На том, что я принял за ее голову, выделялись находящиеся в постоянном движении большие ресницы, однако не имелось глаз. Она была сочно-розового цвета, с длинной зеленой полосой вдоль всего тела. Гизель подняла свои ресницы-антенны на три-четыре фута выше земли, издала неприятный писк и повернулась в моем направлении. У нее оказался большой рот, подобный акульему, и с таким же количеством зубов. На землю из этой отвратительной пасти капала слюна ядовито-зеленого цвета. Я ждал, пока она подойдет, и она двинулась в мою сторону. Я внимательно следил за ее перемещениями, держа меч прямо перед собой, и одновременно приводя в действие систему заранее подготовленных мной заклинаний. Она приблизилась, и я ударил ее Бегущим Буйком и Вспышкой Надворной Постройки. Оба раза это ее останавливало, но ненадолго. Воздух стал холодным и из пасти гизели повалил пар. Было такое впечатление, что эта тварь переварила мои чары и двинулась дальше. Я снова ударил гизель, на этот раз более действенным заклинанием, но вновь лишь приостановил
– Она, кажется, становится холоднее, поглощая мои заклинания, – сказал я.
– Это было отмечено и другими, – ответила Рэнда.
Пока мы переговаривались, гизель подступила вплотную. Я сделал выпад мечом, акульи челюсти с хрустом сомкнулись, и у меня в руке остался только эфес. Тварь перекусила стальное лезвие. Рот ее стал снова открываться. Тогда я воспользовался силой спикарда, ударив гризель заклинанием, сила которого могла вызвать бурю в каком-либо из отражений. Тварь застыла в виде статуи из розового льда, источая вокруг себя холод. Меня отбросило в сторону, и я покатился по земле, получив несколько царапин. Надо было найти лезвие взамен съеденному этим розовым ледяным монстром, который грозил скоро оттаять. Обратившись к Отражениям, я быстро извлек новый меч и начертил им в воздухе прямоугольник с ярким кругом в центре. Сконцентрировав на нем внимание, я почувствовал контакт.
– Отец! Я чувствую тебя, но не могу увидеть! Я сражаюсь за свою жизнь, помоги мне, если можешь!
– Я пытаюсь. Но ты находишся в странном месте. Мне кажется, я не могу войти.
– Проклятье!
– Согласен. Прежде в моих путешествиях у меня были подобные проблемы. Найди другое решение.
Гизель снова начала двигаться. Контакт с отцом оборвался. Я попробовал возобновить его, но Козырь не отвечал. В отчаянии я бросил взгляд на Рэнду и увидел, что вокруг нее собирались Сокрытые, одни в черных, другие в белых, третьи в красных как у нее одеждах. Они затянули странную песню, похожую на погребальную, словно из саундтрека к фильму ужасов. Песня, казалось, замедлила движения гизели, и это напомнило мне что-то давно минувшее. Я запрокинул голову и издал призывный клич Алалент, который я слышал лишь однажды, но никогда не смогу забыть. На клич немедленно прибыл мой верный друг. Кергма – он, она или оно – явилась сразу отовсюду. Она, как я привык о ней думать, знала меня с детства, вместе с Глайт и Грилл. Рэнда, должно быть, помнила явившуюся, поскольку я услышал ее радостный возглас. Кергма прошла вокруг нее в приветствии, а затем таким же образом поздоровалась со мной.
– Мои друзья! Это было так давно, когда вы звали меня, чтобы поиграть! Так давно!
Гизель тянула свое тело вперед вопреки песни Сокрытых.
– Это не игра, – ответил я. – Эта тварь уничтожит нас всех, если мы не прибьем ее первые.
– Тогда я сделаю это для вас, – сказала Кергма. – Я думаю, это не сложнее квантового уравнения, чем является все в этой жизни. Когда-то давно я говорила вам об этом…
– Да. Попытайся, пожалуйста.
Кергма взялась за дело, а я на всякий случай держал свой меч и спикард наготове, хотя и отошел подальше, чтобы не сталкиваться с ее «вычислениями». Сокрытые медленно отступили со мной.
– Смертельный баланс, – изрекла Кергма наконец. – Эта дрянь поразительно живуча. Решение продвигается медленно. Используй свою игрушку, чтобы приостановить ее.
Я вновь заморозил гизель спикардом. Песня сокрытых зазвучала снова.
– Нашла, – сказала Кергма, – есть оружие, которое может уничтожить это создание при удачных обстоятельствах. Ты должен его достать. Это меч, которым ты владел прежде. Он висит на стене бара, где однажды ты пьянствовал с Люком.
– Меч Ворпал? – спросил я. – Он сможет убить ее?
– При удачных обстоятельствах – да.
– Ты знаешь эти обстоятельства?
– Я вычислила их.
Я сжал мое оружие и ударил гизель силой спикарда. Она заверещала, но все еще продвигалась по наравлению ко мне. Тогда я отбросил меч, который держал в руке, и потянулся далеко-далеко через Отражения. В ткани отражений возникли встречные потоки, и я вынужден был удвоить усилия, чтобы преодолеть их сопротивление. Спикард добавил мне сил, и вот уже меч Ворпал в моих руках.
Я было направился к гизели, но Кергма остановила меня.