Варяги. Смута
Шрифт:
— Мы были такие горячие и непослушные девочки, — вновь закокетничала Софья. Не с целью соблазнить меня, а просто по привычке. — Только вот… снова так не получится, они уже будут стеречься.
— Новое что-нибудь придумаем, сестренка. Не впервой.
Я пару раз хлопнул в ладоши, демонстрируя свое восхищение как успехами в целом, так и устроенной тут минисценкой.
— А этот как, говорить дует или мечтает отдаться в руки опытного заплечных дел мастера?
— Оно нам все рассказало, а уж тебе, ярлу с мрачной славой и таким же прозвищем поведает даже то, о чем давно забыл. Но сначала ты спроси его про договора, которые везет
— Так и сделаю. Благодарствую, красны девицы. Такой подарок дорогого стоит. И я не про деньги, хотя и насчет них отказа не будет. Так что думайте, чего душеньки ваши просят. А мы тем временем поговорим. Да, Коллоподий?
Последние слова были произнесены громко, чтобы пленник их точно услышал. И, судя по обреченному вздоху-всхлипу, запираться ромей не собирался.
— Я… скажу. Переносить боль… не хочу.
Кто бы сомневался. Евнухи, это ведь не только отсутствие определенных частей тела, но еще и напрочь выхолощенная от мужских гормоном суть. Ромеи же кастрируют именно мальчиков, совсем юных. И ожидать от них крепости духа, сильного характера… просто глупо. Боязливость, смирение перед вышестоящими. А еще склонность в интригам и коварству, но они сами по себе мало что значат, если отсутствует внутренний стержень.
Да, Коллоподий говорить будет. Не зря же Гуннар, не доверяя такое важное дело другим. присел за маленький столик и приготовился записывать откровения ромея. Магнус же жестом пригласил присутствующих, если те хотят, устраиваться на присутствующих тут грубых стульях. Однозначно нас ожидала долгая и многословная ромейская исповедь…
Два часа излияний в бодром ритме! И это было еще не все, осталось непроясненным многое из второстепенного, а также вовсе не имеющего отношения ни к посольству, ни к нашим делам. Но этим будут заниматься помощники Гуннра и, если попадется действительно что-то важное, пригласят его. А он и меня. А так… Допросные листы все равно лягут на стол как минимум нам двоим. Лично я обязательно почитаю, пусть и бегло, не вглядываясь в каждую строку.
Сейчас же… Примерно подобного развития событий все мы и ожидали. Подписание Владимиром союзного договора в Византией — это для всех. Обещание некоторой части земель Болгарского царства — оно тоже понятно, тут отсылка к завоеваниям Святослава. Последним завоеваниям, которые он все же сумел удержать. Вкусная отвлекуха для вольных ярлов и широких народных масс, что желали бы получить свой сладкий кусок со всего этого дела.
Вот только были еще и другие договора, более тайные. И вот насчет них ко мне приставали обе дамы во время всего времени, когда мы возвращались из подземелий детинца в его более привычные и обжитые места.
— Нет, ну как этот мой… как бы муж сможет не просто взять новую жену, но и сделать это по тому образу, как предлагают ромеи? — горячилась Рогнеда. — То есть сделать это еще до того, как почувствует себя в полной силе для смены веры.
— И что ты на меня смотришь? Смотри на моего мужа, это он у нас главный мастер по таким делам, — иронично отмазывалась Роксана. — Хальфдан, вот скажи ты ей, А? Ну сделай одолжение, а я тебя отблагодарю… потом.
Гуннар с Магнусом, успевшие уйти вперед, явно наслаждались происходящим, внимательно слушая коварные женские высказывания, направленные на бедного ярла… Шугануть бы их, как тараканов тапком, да толку ноль. Ухмыльнутся и пойдут…
— Да объявит он о своем намерении взять с жены ромейскую принцессу Анну, родную сестру базилевса Василия II, вот и все дела. Только не будет упоминать, что в договоре указано обязательство единственной жены и перехода в их веру. И не только его собственное, но и всей Руси. Грубо, нагло, но именно так он и будет действовать. Добрыня свои повадки всегда племяннику навяжет.
— Но тогда мы и ударим! — радостно воскликнула Змейка. — Одними йомсвикингами, если они вообще к этому времени появятся, он не защитится. Разброд будет даже среди тех, кто его поддерживает. Одно дело распускаемые нами и некоторыми жрецами слухи. Совсем иное — его явное отречение от веры предков.
— Истину говоришь…
Задумавшись, я сам не заметил. как застыл посреди коридора, думая и развивая одну из вертевшихся в голове мыслей. Йомсвикинги, союзс Византией, женитьба на сестре базилевса и еще… Болгарское царство. Последний фрагмент встал на свое место, представляя мне вполне элегантный вариант, которым вполне мог воспользоваться Владимир, особенно если послушает своих действительно умных советников.
Мои побратимы давненько привыкли к подобному, а вот Роггнеда… Она сейчас была занята тем, что дергала за рукав Змейку и пыталась выпытывать у нее, что это со мной такое творится, раз я тут статую в полный рост изображаю.
— Важная дума в голову залетела, — с ленцой удовлетворяла любопытство княгини Рогнеда. — Или, как считает Магнус, наш Хальфдан сейчас отголоски мудрости богов ловит.
— Так он же не жрец!
— Ага… Наш жрец во-он стоит, Магнусом зовется и в небесных покровителях локи числит. Как и все мы, во главе с моим мужем. Только даже Магнус считает, что Хальфдана чуть поучить, так он многих жрецов за спиной оставит…
— Опять та же история, — усмехнулся я, прерывая их одухотворенную беседу. — Но насчет причины ты права, Роксана. — Да, задумался. Зато с толком. Пришла в голову та придумка, что могла появиться у наших киевских «друзей». Сбор войска и последующий поход. Скорее всего в Болгарию, с которой сейчас Византия и ведет войну. Может и куда-то еще, но это менее вероятно. Догадываетесь, как будут подготавливаться к походу?
Догадывались. По сути, лишь Рогнеда плоховато разбиралась в воинских делах, остальные же не один десяток собак скушали в этом вопросе. Опираясь на это, я продолжил.
— Пользуясь этим предлогом, можно не только йомсвикингов собрать, но и нанять иных, пусть не таких умелых и многочисленных. А еще подтянуть к Киеву всех, на кого Владимир с Добрыней по любому могут положиться. И, что самое забавное, он пригласит туда же и нас, вольных князей-ярлов.
— И нападет… пока там будет только часть.
— Сильно сомневаюсь, Роксан, очень сильно, — задумавшись, а на автомате подергал себя за прядь волос. Пора подстричь или все же нет? Волосы отрастил пониже плеч, как в раннестуденческие годы. Но тут это тоже встречается, причем не так чтобы редко. — Нет, вряд ли. Скорее всего нам дадут собраться, а вот настаивать на большом кодичестве воинов не станут. А потом…
— Поход? — предположил Магнус. — Все должно произойти там?
— Похоже на то. Или при соединении с ромеями на нас, вольных, нападут с двух сторон… Или сначала попробуют бросить в бой в первых рядах. Все зависит от момента.