ВЦ - 2
Шрифт:
Падала листва и метель мела.
Где же ты была?
Женщины плакали. Генералы тоже.
Глава 9
Глава девятая
Чтобы всегда здоровье было в норме,
Кипела жизнь, энергия в крови,
Ты должен быть всегда в спортивной форме,
В друзья ты спорт с собою позови.
У нас в районе созданы условья,
Для
Богатым быть и силой, и любовью,
Ведь здесь любой ты можешь выбрать спорт.
Маленькая интерлюдия (политики в книге не будет, но эта вставка нужна)
Молотов Вячеслав Михайлович — Министр иностранных дел СССР посмотрел на Сталина и протянул двум стоящим в кабинете вождя мужчинам в «просторных» серых пиджаках бумагу. Пиджаки были разные. У того, что помоложе с зачёсанными назад длинными волосами, что приоткрывали намечающиеся залысины, он был в узкую полоску вертикальную. Звали хозяина полосато-мешковатого пиджака Николай Николаевич Романов, и был он Председателем Всесоюзного комитета по Делам Физической Культуры и Спорта при СМ СССР. Молодой совсем. Всего тридцать пять лет. Только пару месяцев назад, уже, будучи председателем комитета, сбросил с плеч другие погоны — секретаря ЦК ВЛКСМ по работе среди школьной молодёжи и пионеров. Занимал Николай Николаевич этот пост уже третий год и решал и небезуспешно поставленную ему ещё в 1945 году задачу — вывод советского спорта на международную арену. Одним из шагов в реализации этого плана было развитие в стране видов спорта, входящих в программу Олимпийских игр. Среди этих видов был и «канадский хоккей» или хоккей с шайбой.
— Гдэ этот Санкт — Мориц? — Сталин не курил, просто пустую трубку держал в руках, изредка намереваясь её в рот засунуть, но, не донеся до губ, одумывался. Пустая же.
— В Швейцарии, на границе почти с Италией, товарищ Сталин. Расположен на берегу одноимённого озера. Там уже проводились олимпийские игры в 1928 году, — вытянулся Романов.
— Почему только хоккей этот? Сколько там видов спорта будет? — Сталин отложил трубку и ослабил пуговицу на кителе. В кабинете было жарко. На улице, наконец, ударили настоящие морозы и не поскупились, ударили, так ударили, а то всю осень слякоть стояла. Вот и натопили со всей дури.
— Девять видов спорта, товарищ Сталин, двадцать восемь стран участниц, — чуть замялся, но потом ещё сильнее вытянулся и продолжил, — из них шесть социалистических. Это Болгария, Венгрия, Польша, Румыния, Чехословакия и Югославия.
— Хм, — Сталин ткнул пальцем в бумагу, — Ви будете хоккей изучать, — он перевёл взгляд на хозяина второго серого пиджака.
— Так точно, товарищ Сталин, — гаркнул от волнения на весь Кремль Сергей Александрович Савин — известный довоенный спортсмен, арбитр, в том числе, и по "канадскому" хоккею.
— Чего кричишь? Думаешь, я глухой? — Сталин улыбнулся в жёлтые усы.
— Никак нет, товарищ Сталин, — на этот раз шёпотом с перепугу, и очки тяжёлые роговые сразу запотели. Снял их и сунул в карман.
— Так почему только хоккей? Пошлите специалистов по всем девяти видам спорта. Или нам у них нечему учиться? Всэх и так победим? А?
— Слушаюсь, товарищ Сталин! Отправим специалистов по всем видам спорта.
— Хорошо.
На следующий день после матча «Динамо» с МВО ВВС двое из этой четвёрки сидели в кабинете Романова и пили чай. Только закончилось совещание по подведению итогов чемпионата мира по конькобежному спорту в Финляндии. С женщинами всё было не просто хорошо, а очень хорошо, абсолютной чемпионкой мира стала Мария Исакова, а в десятке сильнейших всего одна иностранная спортсменка. С мужчинами было похуже. Но разговаривали Романов с Савиным не о конькобежцах, а о вчерашнем хоккейном матче, на котором они оба присутствовали. Василий Иосифович Сталин пригласил.
— Сергей Александрович, видел форма какая была на вратаре динамовцев? — Романов с хрустом раскусил сушку.
— Не так, Николай Николаевич. Там ещё на том нападающем, что за минуту три шайбы забросил тоже необычная амуниция, словно рыцарь в доспехи закован, — Савин сушку сунул в горячий чай. Размочить. Половина зубов железная, половина болит.
— Точно. Интересно, а почему он вышел на пять минут, даже меньше, наверное, и больше не появлялся?
— Игру сделал, — усмехнулся Романов, — Так ты не знаешь этих двоих?
— Нет, Николай Николаевич. Первый раз вижу. Может, кого из другой команды взяли.
— Должно быть. Сергей Александрович, ты зайди завтра к Якушину, узнай, — Романов пользуясь молодостью, разгрыз вторую сушку.
— Хорошо, только у них Чернышёв тренер — Аркадий Иванович.
— Иваныч, так Иваныч. А видел, как вратарь этот длинный шайбы ловит? Всё узнай и про нападающего, и про вратаря. Хорошо?
— Сделаем, Николай Николаевич.
— Постойте. Сейчас в Управление Промышленного Снабжения при комитете нашем позвоню. Пусть Исаак Аронович с тобой прогуляется, если придумки полезные, то пусть оценит, сможем ли мы в промышленных масштабах это делать. Подожди. Чего-то туплю сегодня, заодно, кого из Бюро Изобретательства с собой захватите.
— Прямо думаете, что сразу патентовать придётся? — размочил, наконец, сушку Савин.
— Почему нет, если это стране и хоккею на пользу, да и присмотритесь, нельзя ли это перенести на «русский хоккей», вид хоть и не олимпийский, но народ пока у нас больше наш «русский хоккей» любит. А этот канадский может и не приживётся, — хозяин кабинета чуть ослабил галстук.
— Думаю, наоборот будет, Николай Николаевич. Видели, что вчера на трибунах творилось. И потом Сталин и правительство дали чёткое указание развивать олимпийские виды спорта, — Савин потянулся было за второй сушкой, но передумал, чая немного осталось, и он почти остыл.
— Да, есть сермяжная правда в твоих словах.
— Пойду, я, Николай Николаевич, теперь самому не терпится на те доспехи рыцарские глянуть. Вы в управление позвоните, — Сергей Александрович одним глотком осушил стакан и поднялся.
— Выдвигайся, пока до них дойдёшь, я уже и туда. и туда дозвонюсь, дам команду тебя сопроводить.
— До свидания.
— Если что дельное, сразу отзвонись.
Вовка проснулся и долго разглядывал доски нар над головой. Спешить было некуда. Тренировка молодёжной секции «Динамо» в два часа дня, и до неё нет ни каких срочных дел. Зарядку сделать? Надо, но ничего за десять минут не изменится. Поесть приготовить? Не долго, картошку можно пожарить.