Вечные
Шрифт:
ГЛАВА 55
Хейвен ждала и смотрела на дверь. Тишина в запертой комнате была абсолютной, непроницаемой. Ощущение было такое, будто мир замер, время остановилось. Рядом с Хейвен на диване лежало несколько предметов. Слегка обгоревшая статуэтка, изображавшая лежащую обнаженную женщину, пустой флакон от духов и туфля с ремешком. Сначала Хейвен решила воспользоваться этими вещами как оружием, но затем отказалась от мыслей о побеге. Тот, кто запер ее здесь, победил время. Она сомневалась, что туфля или стекляшка причинят ему вред. На самом деле она
В замке повернулся ключ. Хейвен храбро встала, чтобы лицом к лицу встретиться с тем, кто ее похитил. Но в комнату вошел не Адам Розиер. Женщина в роскошном белом платье впорхнула в дверь и поспешно закрыла ее за собой. Царственный нос Падмы Сингх распух, тушь для ресниц размазалась по щекам. Надменная женщина, президент общества «Уроборос» превратилась в испуганную заплаканную тетку.
— Тс-с-с! — умоляюще прошептала она. — Никто не знает, что я здесь. Мне нужно поговорить с тобой, пока Адам еще на вечеринке.
— Ты должна выпустить меня, — потребовала Хейвен.
— Не могу, — покачала головой Падма. — Сегодня везде «серые люди». Тебе не уйти далеко.
— Тогда скажи женщине, которая тут работает, чтобы она позвонила в полицию. Скажи, что меня здесь удерживают против моей воли.
— Женщине, которая тут работает? — повторила Падма с таким видом, словно не поняла слов Хейвен. — Ты говоришь о Белинде? Ну, эта… в очках? Господи, да она рабыня. Она исполняет приказы Адама.
— Но ведь здесь находится Историческое общество Грамерси-парка! Я пришла сюда…
— Да нет никакого Исторического общества Грамерси-парка! — Хотя Падма пребывала в плачевном состоянии, она все же язвительно рассмеялась. — Этот дом принадлежит обществу «Уроборос». Адам пользуется им для встреч с самыми важными персонами из членов нашего общества — теми, которые не желают сидеть в приемной с ордой вопящих детей.
— Он выдумал это «Историческое общество» только для того, чтобы обмануть меня?
— Да, — кивнула Падма. — Он и раньше к таким обманам прибегал, но поверь мне: он на многое способен. Это только начало.
— Кто он такой? Кто?
— Я не знаю, — призналась Падма. — Адам все время существует, сколько я себя помню. Я была с ним знакома в нескольких жизнях. Он никогда не стареет, никогда не меняется и никогда не перестает искать тебя.
— Меня? Почему меня? — в отчаянии спросила Хейвен.
Падма быстро смерила ее взглядом с головы до ног.
— Я и сама не раз гадала — почему. Не могу понять, почему его так к тебе влечет. Адам мог бы иметь любую женщину, какую пожелал. Может быть, все дело в этом. Тобой он не может управлять. Ты единственная, кем он не может управлять. Если он узнает, что я здесь…
Хейвен устала от завуалированных оскорблений.
— А зачем ты здесь? — сердито спросила она.
— Утром ты была в кафе «Марат». Подслушивала мой разговор?
— Я знаю, что ты наняла Йейна, чтобы он убил Марту Вега. Ты об этом спрашиваешь?
— Нет. Это Адам приказал, — оправдывающимся тоном проговорила Падма. — Ты удивлена? — спросила она, глядя на Хейвен. — Чему ты удивляешься?
— Но
— Все дело в ее работах, — ответила Падма так, словно это должно быть понятно любому, кроме полных идиотов. — Адам терпеть не может, когда его изображают на картинах.
— Так значит, это Адамизображен на всех полотнах Марты? Маленький человечек, творящий все эти трагедии и катастрофы?
— Всюду успевает, верно? Ну, что еще ты подслушала утром?
— Я знаю, ты собиралась попросить Йейна убить меня. Тебе действительно так хочется избавиться от меня?
Выражение лица Падмы неожиданно смягчилось. Она протянула руку к Хейвен, но та оттолкнула ее.
— Уж ты-то могла бы понять. Когда я узнала, что Этан вернулся, я чуть с ума не сошла. Мысль о том, что еще одну жизнь я проживу одна… нет, это было нестерпимо. Но вряд ли я смогла бы довести свой план до конца. Про меня можно многое сказать, но я не убийца.
— А мне показалось, что ты говорила об этом очень даже хладнокровно, — возразила Хейвен. — И я нисколько не сомневаюсь, что на уме у тебя именно это.
Падма явно испугалась. Нахмурив брови, она взмолилась:
— Не говори Адаму, пожалуйста! Я предложила убрать тебя из Нью-Йорка, так он даже из-за этого рассвирепел. Если бы он знал…
— А что с Йейном? — оборвала ее Хейвен. — Они знают, кто он такой? Что они с ним сделали?
— Слишком поздно. Йейну не поможешь. — Падма начала ходить по комнате, заламывая руки. — Мне надо было догадаться, что Адам хочет избавиться от него. Та женщина из Лос-Анджелеса, которая заявила, что видела, как Йейн убил Джереми Джонса, явно рабыня. Адам использовал ее, чтобы убрать с дороги твоего дружка. Если бы только ты сказала мне, кто такой Йейн, когда у тебя была возможность, я бы сумела его защитить. А теперь я потеряла его на еще одну жизнь.
У Хейвен подкосились колени.
— Он мертв? — шепотом спросила она.
— Еще нет, но он у них в руках. «Серые люди» схватили его сразу же после того, как ты убежала из кафе. Если бы не ты, Адам позволил бы ему остаться в живых. Йейн слишком много знает. Он опасен для общества. А кроме тебя, Адам неравнодушен только к обществу.
— Значит, ты собираешься сидеть сложа руки? Ты позволишь Адаму Розиеру убить человека, которого любишь?
— А что я могу сделать? — в отчаянии взвыла Падма. — Всем, что у меня есть, я обязана Адаму. Если я предам его, он у меня все отнимет. Тебе повезло, если ты помнишь только одну из прежних жизней. А я столько раз была нищей и несчастной. Я не могу вернуться к такой жизни!
— Значит, ты никогда не любила Этана, — сказала Хейвен. — Если бы любила, деньги бы для тебя ничего не значили.
— Ты судишь меня? — злобно оскалившись, выкрикнула Падма. — Не я виновата в том, что Йейна могут убить. Если бы ты не была так эгоистична, он был бы со мной, и мы были бы счастливы. А ты могла бы жить по-королевски. Адам дал бы тебе все, чего бы ты ни пожелала. А теперь просидишь в этой комнате взаперти лет шестьдесят. А потом ты умрешь, и все начнется сначала!