Ведьма 2

Соловьева Екатерина

Сейчас мама изумленно изучала своего неожиданно подросшего внука, я честно прятала глазки, не желая объясняться. Потом мне, конечно, все равно предстоит допрос с пристрастием, но пока есть возможность этого избежать, я буду тянуть до последнего. Любимый тихонько поинтересовался, не нужна ли мне помощь в этом вопросе. Не знаю, что он имел ввиду, хотел сам поговорить с родителями или просто успокоить их с помощью магии, но я только благодарно улыбнулась и беспечно махнула рукой. Уж здесь-то, в этой обители добра и любви, с обожаемыми родителями я ничего не боюсь. Решим как-нибудь все вопросы потихоньку.

Прожив благословенные десять дней в обществе любимых и любящих людей, я уже с ужасом начала задумываться о предстоящей разлуке. Каждую ночь мне снился тот же сон: огромный змеиный глаз, поворачивающийся в сторону моего передвижения. Я потихоньку сходила с ума, я начала раздражаться на детей, резко отвечать маме и даже — о Боги — устраивать истерики Владу. Никто не понимал, что со мной происходит, а я никак не могла справиться

с гнетущим чувством тревоги и высасывающей тоской. Ну почему, почему я опять должна уезжать, оставлять любимых мне людей, родителей, мальчиков и — нет, только не это — моего любимого и единственного мужчину, бесценную жемчужину, венчающую мою личную сердечную сокровищницу. Я так долго ждала его, я так мечтала с ним соединиться. И ведь ничто, ничто не предвещало разлуку. Ну почему опять? Выдержит ли он эти испытания временем, или устанет ждать, и его чувства ко мне… Нет, нет, не затухнут, об этом я даже думать боюсь, чтобы не навлечь беду, а просто станут ровнее, спокойней, уйдет пылкость, страсть. Он станет обращать внимание на других женщин и останется со мной только из-за предназначения. Я загоняла себя мыслями в такую депрессию, что уже не понимала, как с этим бороться. Разум вопил мне: "Зачем? Зачем? Еще ничего не случилось. Зачем вгонять в нервоз дорогого человека, тревожить маму своим непонятным состоянием и обижать детей?" Но меня несло, и я не могла остановиться. Я боялась времени, мне казалось, что оно играет против меня, я уже ничего не знала и не понимала. Я не могла сформулировать свои ощущения, но и не обращать на них внимания я тоже не могла.

Мой средний палец на левой руке венчал перстень из серпентина, в просторечье — змеевика. Именно через него я могла выходить на связь с Древними. В один ужасный вечер после ссоры с Владом я просто пулей вылетела в сад, шарахнула со всей дури перстнем по ближайшему дереву и потребовала от Древних гарантий незыблемости моей любви. Они, что называется, долго приходили в себя, очевидно удивляясь моей тупости и наглости, но потом скрипучий глас старшего напомнил мне о том, что в Зеркале Мира я была вместе со своим любимым Владом и значительно увеличившейся семьей. А за такие тонкие материи, как человеческие чувства, они, Древние, не несут никакой ответственности и оставляют мне приятную возможность самой лелеять свою любовь. Интересно, как я буду ее лелеять, находясь на огромном расстоянии от Влада и даже не имея возможности с ним увидеться? Каждая девочка чуть ли не с пеленок знает, что мужчина любит глазами, а еще — с глаз долой, из сердца вон. Такие вот приятные мысли повергли меня в очередной приступ рыданий, и я села под яблонькой утирать сопли, где меня благополучно нашел встревоженный моим долгим отсутствием и расстроенный неприятным разговором со мной Влад. Он вытащил меня из сада, с некоторыми усилиями, надо признаться, я имела наглость ему сопротивляться, отчаянно дрыгая ногами, вырываясь и голося о том, какая я несчастная и как он меня ни фига не любит. Родители мужественно не среагировали на мои крики, сумев не появиться и даже не выглянуть в окно. Влад просто перекинул меня через плечо и отволок в ванную комнату. Там ему пришлось малость притопить меня, потому что на увещевания я не реагировала. Зато потом между нами состоялся такой бурный по своему накалу секс, Влад был так нежен и горяч, вознося меня раз за разом на самый пик блаженства, что я даже не вспоминала о каких-то там сомнениях относительно его чувств. Конечно, все это до поры до времени, пока мы вместе, но, тем не менее, я смогла задвинуть измучившие меня мысли на самые задворки сознания.

На одиннадцатый день мы с Владом улетали в Москву, оформлять документы на детей и готовиться к свадьбе.

Дело с оформлением документов на детей Влад взял на себя. Его стремительности можно было позавидовать. Он целыми днями носился по городу, собирая документы и умасливая чиновников. Дав неприлично большую взятку в ЗАГСе, он добился того, что нас тихо расписали в кабинете заведующей в течение пятнадцати минут. Не знаю, почему, но счастья мне это не прибавило. Казалось бы, вот он мой любимый, и штамп в паспорте о нашем браке. И я теперь его законная жена. Но все это было как-то слишком обыденно, непразднично. Мы даже не посидели в ресторане, потому что мне нужно было срочно мчаться в аэропорт для отбытия в Крым. Предстояли еще переговоры с госпожой Анастасией, мамой Владимира, бывшей женой Высокого Магистра. Влад должен был прилететь за мной следом, через день, на него была возложена задача удачно сдать квартиры мою и моих родителей, а также завершить все дела по сбору документов на Бажана и нежное общение с Верховной Жрицей нашей магической Школы, бабушкой мальчика. Мы расстались в аэропорту, возможно прощание выглядело излишне трагическим с моей стороны. Влад шептал мне на ухо:

— Не грусти, не думай ни о чем плохом. Я всегда рядом, а через день я прилечу. Перестань дергаться, пожалуйста.

А я только хлюпала носом в ответ на все его увещевания. В конце концов, он разозлился, развернул меня к себе спиной и ощутимо хлопнул по заднице, сквозь зубы цедя, что такой упрямой ведьмы свет белый еще не видывал. В самолете я хлопнула винца и благополучно заснула. Желтый змеиный глаз, регулярно посещавший меня во всех моих снах, на этот раз благополучно не появился. Зато меня посетил Высокий Магистр.

Он поведал мне, где найти его адвоката, у которого хранится завещание. За всеми бурными событиями своей жизни, я как-то подзабыла, что являюсь владелицей почти всего его состояния. Он умудрился как-то так составить бумаги, что Анастасии, в случае ее отказа от ребенка, перепадала значительная сумма и роскошный домик в Италии. А вот если она отказывалась и оставляла ребенка себе, все финансы и недвижимость Магистра отходила на благотворительность. Анастасия была разумной девушкой, и она выбрала домик в Италии. Но вот как так получилось, что именно меня обозначил Магистр опекуном, я не понимала. Неужели он предполагал, что смерть его на пороге? Или просто старался обезопасить сына, взяв в союзники первого попавшегося порядочного человека? Но почему тогда не Дену? Так вот, опекун Владимира автоматически становился очень богатым человеком. Нашей семье, в принципе, и своих денег хватало, но, будем считать, что воспитание детей требует больших затрат. Поэтому, я была благодарна Высокому Магистру за его широкий жест, хоть и понимала, что усыновила бы мальчика и без этого. Предстоящая встреча с Анастасией не пугала меня. Я подозревала, что девушка будет выклянчивать еще денег, и вполне была готова предоставить ей практически любую названную сумму, лишь бы Володю не дергала. Высокий Магистр рекомендовал мне съездить в нашу пещеру, раз уж я так удачно приезжаю в Крым. В общем, я и не заметила, как самолет прилетел в Симферополь, проснувшись только тогда, когда шасси стукнули о взлетную полосу.

Меня никто не встречал, просто взяла машинку в прокате и покатила привычной трассой Симферополь-Алушта. Хмель давно выветрился из головы, напоминая о себе только легкой расслабленностью. Когда-то давно, несколько лет назад я познакомилась здесь с Высоким Магистром. Я усмехнулась, вспоминая, как падала в обморок при его приближении, в результате моей неправильной работы с нашими энергетическими полями. Ни с кем и никогда я не чувствовала себя так спокойно и уверенно, разве что в родительском доме была такая же комфортная атмосфера. Я вздохнула. Мысли о Владе и нашем будущем не давали мне покоя. Сегодня перед ЗАГСом я, глупая девочка, мать троих детей раскинула карты на силу его любви. Конечно же, они показали мне, что он засыпает и просыпается с мыслями обо мне, любит, обожает и все такое прочее. Но это совершенно не успокоило меня. Я, потомственная ведьма, пусть и лишившаяся на время магии, перестала верить картам?! Да что со мной, в конце концов, происходит? Словно бы кто-то вторгается в мое сознание, пытаясь загнать мой разум в определенные рамки мышления. Я уже не могла думать даже о детях, изводя себя бесконечными терзаниями. Вокруг такая красота, тепло, солнце, август заканчивается, в Крыму бархатный сезон. Надо наслаждаться погодой, а не скулить себе под нос, непонятно из-за чего.

— Влад, Влад, Влад, — шепотом произнесла я любимое имя, словно осторожно погладила его по колючей щеке.

Он тут же отозвался. Телефон разразился жизнеутверждающей мелодией из фильма "Пираты Карибского моря". Я торопливо схватила трубку:

— Здравствуй, дорогая! Как ты? — раздался веселый голос Влада.

— Здравствуй, мое счастье. Все хорошо. Как ты?

— Нормально долетела? Поела что-нибудь? Как погода? Где ты сейчас находишься? — он, как всегда, проявлял заботу, я улыбнулась:

— Все в порядке, еду по трассе, скоро буду в Алуште. Тепло, солнышко, такая благодать. Есть не хочется, перекушу в городе. Ну как ты, расскажи? Да, и я совсем забыла. Я сегодня говорила тебе, что очень сильно тебя люблю?

Влад рассмеялся:

— Обожаю тебя. Еду к Жрице, узнать ее мнение, насчет усыновления. Она же уже говорила тебе, что ей некогда заниматься мальчиком. Думаю, подпишет все бумаги, и распрощаемся. Я ведь везу ей последнюю память о сыне.

— Да-да, я помню.

Я погрустнела. Влад должен передать Жрице оплавленный оберег, найденный им на месте гибели Славы. Зная, как сильно Верховная любила своего младшего сына, я представляла, как ей будет больно. Еще немножко помурлыкав в ушко любимого, я нехотя повесила трубку. Все-таки даже мимолетная разлука с ним была для меня слишком серьезным испытанием. Подумать только, я и не знала, что ТАК можно любить.

В Алуште я поужинала, прошлась по набережной, помочила ножки в воде, оставляя купание на поздний вечер, и отправилась в дом Магистра. Новый управляющий встретил меня сдержанно. Здесь многое поменялось со дня смерти Магистра. Стало меньше магов, больше обычных слуг. Привычный порядок поддерживался, скорее, по инерции. В доме никто не жил. Я поднялась в апартаменты Юры. Здесь все оставалось так же, как и при нем. На столе лежала открытая книга, в изголовье кровати висел медный оберег, на прикроватном столике стояла моя фотография. Бдительный управляющий везде следовал за мной, и лишь увидев, как я уставилась на свою фотографию, несколько смутился.

— Простите, я не узнал вас сразу. Здесь вы брюнетка, практически хищница, а в жизни вы светловолосая, и у вас такие мягкие черты лица. Я знаю вашу историю. Простите, простите меня. Я думал, ну Надежда и Надежда, мало ли людей могут приехать в этот дом. Насчет вас вчера звонили, предупреждали. Я и не думал, что вы та самая…

— Успокойтесь, — прервала я его. — Ничего страшного не случилось. И не надо делать из меня героиню.

— Как же? Это же вы будете опекуном Володи.

— Да, а вы знаете мальчика?