Ведьма-алхимик – к беде

Ба-бах! Взрыв вышел эпический – такой, что даже стены дрогнули, а пыль с потолка осыпалась, как снег. Взрывной волной выбило окна не только в моей квартире, но и в соседних, оставив после себя лишь зияющие пустоты с острыми осколками по краям. И если бы не моя заранее подготовленная защита – рунический круг, выжженный в полу, да амулет на шее, – я бы сейчас точно общалась с богами в каком-нибудь загробном мире. А так… Только тяжело вздохнула, отряхивая с халата копоть и осколки стекла, из дальнего угла кабинета, куда меня

Снова не сработало. И ведь всего на два грамма больше серы положила, чем указано в рецепте! Два грамма! А какой результат! Вместо аккуратного всплеска энергии – огненный шторм, который едва не отправил меня на тот свет.

В дверь затрезвонили, потом забарабанили – громко, нетерпеливо, будто стучали не кулаками, а чем-то тяжелым. Снова соседи. Ну я же возмещаю им все траты! Вот что надо-то?! Пришли бы, молча сунули под дверь платежку и ушли! Я бы оплатила все, как всегда! Нет же, трезвонят, будто я специально их покой нарушаю! А я, между прочим, занята! Важными делами! И вообще, это моя квартира! Что хочу, то в ней и делаю!

Звонок не умолкал, превратившись в навязчивую какофонию, от которой заныли виски.

– Чтоб вас в Бездну! – злобно выругалась я, с силой швырнув тряпку, которой пыталась стереть сажу со стола.

Да, с всклокоченными волосами, да, с размазанным макияжем после неудачной… ну, неважно, чего именно! Но они сами напросились!

Подошла, открыла дверь – и нос к носу столкнулась с разъяренным красавчиком-оборотнем. Высоким, под два метра, с плечами, которые едва помещались в дверном проеме. Желтые глаза горели, как уличные фонари в тумане, каштановые волосы стояли дыбом, будто его только что «приласкало» электрическим током. Из-под верхней губы уже показались клыки – длинные, острые, блестящие на свету. Еще немного, и он, кажется, начал бы трансформироваться прямо здесь.

И, кстати, я его не знаю, этого типа. Я всех соседей по дому знаю – вынужденно, но знаю. А его – нет. Он-то тут откуда взялся?!

– Вы хоть знаете, который час?! – рявкнул он, и его голос прокатился по коридору, как гром.

И чего орать-то? Сам на часы давно смотрел? Стоит тут, в одних штанах, будто только что с постели вскочил, торсом своим накачанным красуется. А на улице осень, вообще-то, дует холодный ветер, и даже мне, в халате, зябко.

– И вам доброй ночи, – съязвила я, нарочито медленно прикрывая дверь.

– Утро уже! Три часа ночи!

– Так ночи или утро? – подняла бровь, делая вид, что не понимаю его ярости.

На меня посмотрели, как на букашку, мешающую спать. Зло и презрительно, будто я была чем-то неприятным, что прилипло к подошве.

– Вы тут быстро оказались, – я дала понять, что подобными взглядами меня не испугать.

– Я через стенку от вас живу! – прошипел он, и его пальцы с когтями, уже начавшими прорастать, впились в дверной косяк. – Вот говорил мне отец: «Не селись в дом, где ведьма живет!»

– Там вампиры проживают, и давно, – припомнила я, зевая и не стесняясь.

– Уже нет! Они мне продали свое жилье! – оборотень фыркнул, и его ноздри дрогнули. – А я еще понять не мог, почему

Вот же козлы, а. Что Урис, что его супруга! Могли и предупредить о новом соседе!

Оборотень, видимо, по моему лицу понял, что на мне где сядешь, там и слезешь. Его желтые глаза сузились, ноздри дрогнули от раздражения, и он пробормотал что-то под нос – явно нелестное – о наглых ведьмах, не думающих ни о ком, кроме себя любимых. Потом резко развернулся, демонстративно ткнув когтистым пальцем в сторону своей двери, и уперся в квартиру, хлопнув дверью так, что по стене пробежала трещинка.

Я только пожала плечами, не удостоив его выходку даже вздохом, закрыла свою дверь и направилась в ванную – приводить себя в порядок. Взгляд в зеркало подтвердил: волосы торчат во все стороны, будто в них гнездились электрические разряды, тушь растеклась под глазами черными реками, а на щеке красовалась жирная полоса от сажи.

Ну и вид…

Но все равно не усну сегодня – адреналин еще колотится в жилах, да и соседский скандал окончательно прогнал дремоту. Выпью зелье бодрости – до вечера хватит. А там отосплюсь как убитая.

Вода в душе была почти обжигающе горячей, но именно это и помогло смыть с себя остатки копоти и раздражения. Я намылила волосы дважды – запах гари въелся в них особенно сильно – и долго стояла под струями, пока кожа не стала розовой от пара.

Переодевшись в чистый халат – мягкий, с вышитыми по краям защитными рунами – я потопала на кухню, босые ноги приятно погружались в пушистый ковер.

Завтрак собирался сам собой: кофейник уже булькал на плите, тосты подрумянивались в воздухе, а масло аккуратно намазывалось на них невидимой силой. Все в этом доме делалось с помощью магии – зачем тратить время на рутину, если можно сосредоточиться на действительно важном?

Из кабинета доносилось тихое жужжание – там вовсю работала самоочистка. Книги аккуратно вставали на полки, осколки стекла слипались в целые листы, а следы взрыва постепенно исчезали под серебристыми всполохами заклинаний. Моего присутствия там действительно не требовалось.

Я взяла дымящуюся чашку, пригубила горьковатый кофе, задумалась, потом долила в чашку молока и уставилась в окно. За стеклом, в предрассветной синеве, мелькнула тень – может, сова, а может, и что-то похуже, типа летающих вурдалаков. Но сейчас мне было все равно – квартира находилась под особой защитой, и нежити я не боялась.

Главное – зелье бодрости не подведет. А там… разберемся.

Я вернулась в свой кабинет ближе к обеду, когда солнце уже высоко стояло в небе и косые лучи пробивались сквозь заново вставленные окна. Осмотрелась, оценила безупречную чистоту, наведенную магией: ни пылинки на полках, ни единого осколка на полу, даже книги в шкафах стояли идеально ровно, будто их выровняли по линейке. Удовлетворенно ухмыльнулась и направилась к котлу – массивному, из темной кованой бронзы, на поверхности которого мерцали выгравированные защитные символы.