Ведьмин хвост
Шрифт:
Габи терпеливо ждала возвращения Горация с разведки. Сидя в кресле, она рассматривала узор на кувшине со сливками. Черная тень появилась в форточке и спрыгнула на подоконник.
– Ну что там? – спросила Габи.
Кот помотал головой. С досады ведьма фыркнула. Налив в блюдце молоко, она аккуратно поставила его перед Горацием и с разочарованием смотрела, как розовый язык зачерпывает белую жидкость. Долг платежом красен, все же не вина кота, что какой-то чудак моется, не снимая маски
Не в силах смотреть, как Гораций разбрызгивает молоко по подоконнику, Габи легла в постель. «Ну право, какой честный человек станет скрывать лицо? Что там у него под маской?! А вдруг он заразный?» – продолжала размышлять ведьма, пытаясь уснуть.
– Он стр-р-ранно пахнет, – выдал Гораций и Габи вздрогнула.
Впервые с момента их встречи кот удостоит ее чести завести с ним диалог. Об этой способности ведьмовских котов она знала всегда, вот только Гораций был уж через чур своенравен и дерзок. Бабушка рассказывала, как кот не разговаривал с ней пятнадцать лет из-за отказа поделиться куском ветчины.
– «Странно» это как? – тихо спросила Габи, выглянув из-под одеяла.
– Как сбр-р-рошенная шкурка змеи, нагретая на солнце.
Неприятный холодок прокатился по спине девушки. Потомственная ведьма была не из пугливых, но слова кота не на шутку ее встревожили. И магия как назло на Дагона не действовала. Сглотнув, она попыталась припомнить закрыла ли дверь на засов. Хотя какой смысл в двери если с легкостью можно залезть через окно? И дом находился на отшибе. Никто из Рокшира даже не услышит крики, реши пришелец ее убить.
Доведя себя до истерики подобными размышлениями, ведьма решилась на отчаянный шаг. Босиком, громко отбивая пятками по полу, она добежала до кухни, взяла любимую сковородку и вернулась в спальню. Может быть Дагон и не чувствителен к магии, но против чугуна он вряд ли устоит. Обняв средство самозащиты покрепче, Габи закрыла глаза. Еще долго ей мерещились в ночной тишине шорохи и скрипы половиц.
Утром ночные кошмары и страхи поблекли. Подобное поведение, не свойственное ведьме, Габи списала на приближающееся полнолуние.
– Зачем мы идем в город? – спросил Дагон.
С каждым днем ведьма вела себя все более и более странно, так что он старался лишний раз ее не злить.
– Искать ремесленника, готового взять тебя в ученики. Или ты думал вечно сидеть у меня на шее? – вскинула бровь ведьма и заметив хмурый взгляд Дагона добавила. – Не нравится идея пойти учиться?
– Нет. Спасибо за заботу. Я как раз подумываю остаться в Рокшире и новая профессия мне не помешает, – ответил тот, чем раздосадовал ведьму.
– А вдруг тебя семья ищет? Дети, жена, престарелые родители? Не лучше ли отправиться на большую землю и обратиться в газеты,
– Я об этом подумаю.
Габи поджала губы. Его «я подумаю» прозвучало скорее как «не твое дело».
– О, смотри, тропинка, – ведьма указала пальцем на тоненькую дорожку, ведущую в заросли, – там за деревьями есть лесное озеро. Непременно сходи туда искупаться. Вода в нем известна целебными свойствами. Думаю тебе не помешает. Тяжело поди постоянно носить маску с перчаткой?
– Я привык, – пожал плечами Дагон, в данный момент его больше интересовал Рокшир и местные жители.
Пока они петляли по узким улочкам и здоровались с прохожими, Габи с недовольством подмечала, что все так и норовили спросить как дела у Дагона. Чистое любопытство и интерес. «Ну никакого инстинкта самосохранения!», – мысленно сокрушалась ведьма.
Вскоре она заметила, что такой настрой был только у прекрасной половины Рокшира. Мужчины чаще хмурились и провожали чужака тяжелыми взглядами.
– Здравствуйте, господин Корбэн, – поприветствовала Габи единственного мясника в Рокшире, – знакомьтесь. Это Дагон и ему нужна работа.
К чему клонит ведьма Корбэн понял сразу. Не так давно с похожей просьбой подходила к нему старая жрица Эдна и мясник собирался снова ответить отказом. На губах ведьмы застыла легкая улыбка. Нежный румянец и несколько веснушек на носу делали Габи юной, милой девушкой, но прямой и упрямый взгляд, в купе с остроконечной шляпой подсказывали – такой лучше не отказывать.
Помнится, еще отец Корбэна рассказывал, как на день всех мертвых подсунул старой ведьме Фрунгильде вместо мяса молодого ягненка баранину второй свежести и за ночь все запасы в подвале вплоть до копченостей протухли, а коровы перестали давать молоко.
Корбэн минуту молчал, переводя взгляд с Дагона на Габи. Мозг мясника пытался произвести сложные вычисления и понять, что хуже – убытки сейчас, или возможные убытки в будущем. По Рокширу уже ходи слухи, что у гостя кривые руки.
– Господин Корбэн? – позвала ведьма.
– А.. Эм… Есть ли у господина Дагона опыт работы мясником? – вопрос был чистой формальностью, но так Корбэн подготавливал почву для будущего торга.
– Нет, – прямо ответила Габи, – поэтому он согласен на должность ученика за символическую оплату. Скажем, – она окинула взглядом Дагона, словно он был лошадью на продажу, – один серебряный в неделю.
– Это копейки!
– Грабеж!
Воскликнули одновременно мужчины.
– Хорошо, девяносто грошиков, – решила скинуть цену Габи к большому недовольству Дагона, – но только на месяц, пока он набирается опыта. Потом придется повысить до одного серебренного.