Ведун

Сахаров Василий Иванович

– Вот-вот! И я про то же самое. Нельзя медлить. Надо помочь шведским язычникам, а потом они помогут нам.

Боян искоса посмотрел на меня и неодобрительно покачал головой:

– Тебе легко говорить, мол, надо помочь, а для нас свеоны враги, которые не раз с варягами насмерть резались и не одну сотню венедских голов во славу Одноглазого Отца Дружин срубили. Мы, впрочем, тоже немало викингов уничтожили и у ранов половина Швеции в кровниках. Поэтому сразу кидаться на помощь к свеонам не стоит. Сначала посланцы Векомира найдут Сигтунского лагмана Гутторма Тостерена, последнего языческого лидера в тех землях, и если они с ним договорятся, возможно, мы окажем детям Одина поддержку.
–

Ростич увидел, что я нахмурился и добавил: - Не торопись Вадим. Не надо. Придет срок, и мы до всех доберемся. До Вартислава Грифина, до германского короля Конрада Третьего, до его племянника герцога Фридриха Швабского, которого ты называешь Барбаросса, до Бернарда Клервоского, Генриха Льва и остальных наших врагов. Однако это случится своевременно, а пока мы должны следить за большим миром, ковать клинки, собирать в кулак силы и готовить воинов, которые смогут отправиться в любой конец Европы и сделать то, что нужно для выживания нашего народа.

– Да я это все понимаю. Но результата хочется не потом, а сейчас.

– Всем хочется, - Бранко усмехнулся и немного сменил направление беседы: - Кстати, как у тебя с учебой? Грамоту нашу уже освоил?

– Да, понемногу дело движется. Буквицы, вроде бы и незнакомые, а в то же время свои, так что письмецо уже прочесть или написать смогу.

– А с остальными науками что?

– Так же. География привычная, хотя многие города и реки носят старые названия. Язык теперь знаю хорошо, благо, разговорной практики много. Морское дело в теории идет. С оружием занимаюсь каждый день. Так что в Арконе я уже могу сойти за своего. А к чему это спрашиваешь? Векомир поручил узнать о моих успехах?

– Да.

– С чего бы это он такой заботливый? Задумал что-то?

– Верховный жрец запомнил твои слова о том, что противника необходимо опережать. И вчера он приказал мне собрать смешанную группу из витязей, волхвов, торговых гостей, ведунов и боянов, которая станет заниматься сбором сведений о крестоносцах и планированием всех наших ударов по врагам.

– Центр аналитики и координации?
– вырвалось у меня.

Ростич слегка ударил раскрытой ладонью по столешнице и возмутился:

– Вот почему у вас в будущем язык такой поганский!? Сейчас ничего не понял.

– Бывает, - я пожал плечами и поторопил бояна: - Так что там насчет группы?

– Она будет создана, и ты войдешь в нее как один из руководителей.

– Но я ведь человек со стороны.

– Уже нет. Деяниями и помыслами ты доказал свою близость к нам, и потому мы, все кто с тобой общался в минувшие два месяца, тебе доверяем.

– Ясно. И каковы будут мои обязанности?

– Сейчас от тебя нужны идеи по устранению вражеских лидеров. В чем-чем, а в этом ты соображаешь. Ну, а что будет потом, время покажет.

– Ага! Понятно. А кто еще будет в этой группе?

– Пока в ней всего три человека. Ты, Сивер и я. Завтра появится Зареслава, верховная жрица Макоши из Колобрега, и воевода Крут Зима из Кореницы. Еще через пару дней присоединятся купцы, Радим Менко и его племянник Лют Святыч, а позже уже знакомый тебе Мстислав Выдыбай из Ругарда и волхв Берест, который в Новгородских землях больше известен как настоятель храма Николая Угодника в городе Торжок отец Аввакум. Это основа, а рядовых исполнителей станем привлекать, когда в них появится нужда.

– Да-а-а...
– протянул я.
– Знатная компания собирается. Витязь Триглава, человек двадцать первого века, боян, воевода, два купца, наверняка, шпионы, варяг из первого десятка руянских мореходов и "наш человек" из рядов ортодоксальных христиан. Серьезно. Только вот я не пойму, а зачем нам верховная жрица Макоши?

– Культ Макоши

весьма сильно почитают во всех венедских землях, в Новгороде, в Польше и на Днепре. Поэтому Зареслава обладает большим влиянием на женщин и она может получить сведения там, где их не получит никто другой. Кроме того, вместе с вохвами Радегаста и Перуна она уже помогает нам примирить Никлота и Прибыслава.

– С помощью ночных кукушек?

– Именно.

– Все понял. Работать начинаем с завтрашнего дня?

– Да.

– Собираемся в храме?

– Нет, в городе. Недавно скончался один из знатных Арконских купцов Братило Треск, и он оставил храму Святовида свое подворье и все припасы. Вот там и будет наше гнездо.
– Боян кивнул подбородком. Вопросов с моей стороны не последовало, пока все ясно, и он спросил: - Ну что, давай еще разок обсудим политику германских королей и императоров в Италии?

– Я не против.

– Хорошо...

Беседа сместилась на европейские политические процессы, и мы с Бранко проговорили три часа без малого до самого полудня. После чего, довольные друг другом, расстались. У бояна занятия со старшей группой учеников, а у меня обед, а затем тренировка с оружием.

Витязь Триглава уже ждал меня за столом, и за обе щеки уплетал местную стряпню. На обед, кстати сказать, был наваристый борщ, только блеклый, ибо томатов нигде не наблюдалось. Опять таки жареная рыба, вареная репа, овсяная каша, масло, а так же свежий хлеб. Ешь, сколько хочешь, и при виде всего этого съестного припаса, во рту сама собой стала выделяться слюна. Однако, понимая, что впереди серьезные нагрузки, набивать желудок я не стал. И потому, когда спустя час, облачившись в душный войлочный доспех и надев на голову толстую бесформенную шапку, я вышел на тренировочное поле за третьей казармой, то чувствовал себя вполне терпимо.

Следом за мной там же появился Сивер. Он перекинул мне тяжелый деревянный клинок, который я ловко поймал, затем замер напротив и спросил:

– Готов?

– Да.

– Тогда, прежде чем мы начнем, скажи мне, что за минувшие два месяца лично для себя ты усвоил?

Свои реальные возможности как фехтовальщика, я оценивал весьма критично и над реалиями современного боя думал неоднократно, так что с ответом не медлил:

– Во-первых, я усвоил, что противники бывают разные и против каждого необходима своя тактика. Если против меня выйдет ополченец с мечом, то я его убью без всяких затей, потому что быстрее и уверенней. Если рыцарь в полном пехотном доспехе или викинг, то бой может идти очень долго, ибо сразить такого врага одним ударом практически невозможно, и значит, выиграет тот, кто опытней и имеет больше сил. Ну, а если я столкнусь с конником, то он меня попросту стопчет копытами и понесется дальше, разумеется, если дело будет в чистом поле. Во-вторых, я четко понимаю, что за два месяца смог разобраться в основах боевого фехтования, но до профессионала мне далеко. Однако потенциал у меня есть и силу ведуна я в себе чувствую. Так что через год-другой, наверняка, смогу и с серьезным противником потягаться, например, с тобой.

– Ну-ну!
– Сивер легко крутанул в руке тяжелую палку, которая копировала прямой славянский меч, и продолжил опрос: - Теперь по приемам. Покажи простые секущие удары, которые мы вчера изучали.

Я начал движение. Прием и слово.

Резкий взмах клинка снизу вверх, от правого бока.

– Подплужный!

Сверху вниз, от головы к земле.

– Засечный!

Очередной взмах от правого плеча к низу.

– Диагональный.

– Что же, основные удары знаешь, и то хлеб, - Сивер был удовлетворен и кивнул на оружейную стойку у стены: - Бери щит, побьемся малость.