Великолепие
Шрифт:
— Но не пробовали применить это на практике? В таком случае мне придется научить вас. — Он видел, что девушка глубоко подавлена. — Что с вами, Кэролайн? Может, расскажете мне о вашей загадочной родственнице?
— Рассказывать не о чем. — Девушка снова промокнула платком глаза. — Ее дочь, то есть моя мама, влюбилась в учителя, и они сбежали. Леди Стаффорд так и не простила мою маму, которая умерла, когда мне было шесть лет. И не признавала меня — до сегодняшнего дня. — По щекам девушки заструились слезы.
— По-моему,
— Ошибаетесь. Она ненавидит меня… а я — ее.
— Давайте выйдем отсюда, — предложил князь. — И вам и мне не повредит свежий воздух. А по пути я возьму для нас по стаканчику пунша.
Кэролайн не ожидала, что он так общителен и отзывчив. Вот бы укрыться от всех у него на груди! И если бы князь прогнал ее печаль поцелуями, она быстро забыла бы об ужасной встрече с Эдит Оусли.
Старуха даже не поблагодарила ее за томик Берка!
Северьянов тяжело вздохнул, глядя куда-то поверх головы Кэролайн.
— А вот и ваш удачливый кавалер. В отличие от невезучего меня. Добрый вечер, Дэвисон.
Энтони нес, балансируя, две доверху наполненных тарелки.
— Рад видеть вас, князь. Простите, не могу поклониться, — смутился молодой человек.
— Вы прощены, — сказал Северьянов и, обратившись к Кэролайн, добавил:
— А стаканчик пунша я вам все-таки принесу. — Он ушел.
Кэролайн долго смотрела ему вслед.
Глава 22
— Спасибо за чудесный вечер, Энтони, — сказала Кэролайн, стоя на пороге распахнутой двери книжной лавки.
— Вы действительно хорошо себя чувствуете? — с искренним беспокойством спросил Энтони.
Девушка улыбнулась, хотя на душе у нее было тяжело. До самого конца бала она едва слушала, что говорил Энтони, ела без всякого аппетита и беспрерывно обводила взглядом толпу гостей. Но Северьянов принес ей обещанный стакан пунша, а потом исчез, словно в воду канул. Девушка видела, как в сопровождении своих друзей уходила с бала виконтесса, не проявившая больше к внучке ни малейшего интереса и вообще равнодушная к ее существованию.
— У меня немного болит голова, — сказала Кэролайн. — Боюсь, вам было скучно со мной.
— Разве может быть с вами скучно! — улыбнулся Энтони. — Спасибо, что приняли мое приглашение. Если не возражаете, я зайду завтра.
Кэролайн ответила не сразу. Энтони не знал, что она согласилась работать у Северьянова. Но девушка вернулась сейчас домой, а не к Северьянову, не по этой причине. Лгать она не любила, хотя сейчас ей хотелось бы скрыть от Энтони истинное положение дел.
— Завтра меня здесь не будет.
Молодой человек озадаченно взглянул на нее.
— Я поступила на работу… вероятно, временно. — Кэролайн покраснела. — Я согласилась стать компаньонкой дочери Северьянова. Знаете, у него есть
От взгляда молодого человека ей стало не по себе. Она почувствовала себя виноватой.
— Все довольно сложно. Девочка одинока. Я нужна ей.
— Понятно. — Энтони такой поворот событий явно не нравился. — Вы бросились спасать несчастную княжну, Кэролайн.
Пожелав ей спокойной ночи, он ушел. Девушка закрыла дверь. Как вдруг осложнилась ее жизнь! С каждым днем Кэролайн все больше тянуло к Северьянову. Он завладел ее мыслями, она была просто одержима им. Теперь, когда Кэролайн осознала это, сможет ли она остаться компаньонкой Кати? Тем более что она поняла и еще одно: князь и его жена — действительно совершенно чужие друг другу люди.
Потрясла Кэролайн и встреча с бабушкой. Почему после стольких лет полного отчуждения старая леди подошла к ней? Чтобы позабавиться? И что означали ее взгляды и замечания?
Девушка сбросила легкую шаль и улыбнулась, вспомнив, как бабушка назвала Томаса болваном. Эдит, конечно, ведьма, но глупой ее не назовешь.
Взяв в руки зажженную свечу, Кэролайн прошла через темную книжную лавку. От неприятностей и сумятицы у нее разболелась голова. Войдя в кухню, она поставила свечу и зажгла две лампы, решив приготовить себе чай и немного поработать. Работа всегда была для Кэролайн лекарством от всех невзгод. Скоро Коппервиллу придется сдавать очередную статью. А не написать ли о вдовствующей виконтессе Стаффордской? Почему бы и нет?
— Ее нет дома, ваше сиятельство, — сказал Жак, приняв шпагу князя.
Николас удивленно посмотрел на него.
— Но она давно уже уехала с бала.
— Вы уверены? — спросил слуга. — Может, она решила подышать свежим воздухом?
Николас стиснул зубы. Он интересовался не женой — вернулась или не вернулась Мари-Элен домой, ему было совершенно безразлично. Речь шла о Кэролайн! И князь своими глазами видел, как она в сопровождении Энтони ушла с бала через парадный вход, а не через двустворчатую дверь, ведущую на террасу, как предположил этот наглец Жак. Но почему Кэролайн не вернулась сюда?
А вдруг она решила отказаться от места компаньонки? Или ее отсутствие означает что-то другое? Николас застегнул мундир и направился к двери. Возможно, девушка отправилась в книжную лавку, а это означает, что она не хочет возвращаться сюда. А что, если она все еще гуляет с этим Дэвисоном?
— Вы уходите, ваше сиятельство?
— А ты как думаешь, приятель?
Жак посмотрел вслед быстро удаляющемуся хозяину.
— Думаю, давно пора, — пробормотал себе под нос слуга.
БАЛ И СТАРЫЕ ГРЕХИ, или СТРАННОЕ ВОССОЕДИНЕНИЕ СЕМЬИ