Великолепие

Джойс Бренда

Их поцелуй в кухне, освещенной слабым светом свечи, длился бесконечно.

Наконец Северьянов оторвался от ее губ. Кэролайн взглянула в горящие глаза князя и спрятала лицо у него на груди. Что теперь будет? Он уйдет, а она завтра вернется к исполнению своих обязанностей компаньонки, будто ничего не произошло, будто не было мощной силы, бросившей их в объятия друг друга!

Князь все еще держал ее в своих объятиях — крепко, властно, упрямо, не желая выпускать из рук то, что принадлежит ему. И Кэролайн так же крепко прижималась

к нему. Девушке хотелось навсегда остаться в его объятиях, но она понимала, что ей отпущено всего лишь мгновение. И, дорожа этим коротким мгновением, она старалась продлить его.

— Мне пора, — прошептал князь. — Я пришел сюда не для того, чтобы обладать тобой, как бы мне этого ни хотелось.

— Понимаю, ты должен идти.

«Он женат», — напомнила она себе. И вдруг почувствовала ненависть к Мари-Элен.

Северьянов отступил на шаг, не отрывая взгляда от Кэролайн. Его взгляд выражал неудовлетворенную страсть. Потом он ушел. А Кэролайн села за кухонный стол и расплакалась.

Глава 23

Проведя бессонную ночь, Кэролайн ровно в восемь утра пришла в дом Северьянова и успела позавтракать с Катей. Увидев Кэролайн, девочка просияла. Гувернантка сердито взглянула на нее. Раффальди в комнате не было.

— Доброе утро, — бодрым голосом сказала Кэролайн.

— Доброе утро, — буркнула Тэйчили.

— Здравствуйте, мисс Браун, — улыбнулась Катя. Кэролайн тоже улыбнулась ей.

— Сегодня прекрасный день. Хорошо бы отправиться в музей.

Тэйчили снова бросила на нее сердитый взгляд.

— Вы уже ознакомились с новым расписанием занятий для Кати? — спросила Кэролайн.

— Ознакомилась. Это полный абсурд! Где видано, чтобы маленькую девочку учили астрономии и философии? Разве это подготовит ее к жизни в обществе и к обязанностям супруги?

— Уверена, что подготовит. Итак, сегодня мы отведем два часа на экскурсию.

— Мы пойдем в музей? — Глазенки у Кати загорелись. — Я еще никогда не была в музее.

— Там есть специальный отдел, посвященный Древнему Египту. Но прежде чем идти туда, поговорим о фараонах.

— Я тоже не прочь поговорить о фараонах, — раздался голос Северьянова.

Кэролайн быстро обернулась. Князь стоял в дверях. Под глазами у него были темные круги. Видимо, он тоже провел беспокойную ночь.

— Доброе утро, — сказал он, обращаясь ко всем, но глядя только на Кэролайн.

— Доброе утро, папа, — улыбнулась Катя.

Князь подошел к дочери и поцеловал ее. Потом кивнул Тэйчили, которая сидела прямо, словно аршин проглотила.

Северьянов, конечно, застал Кэролайн врасплох, поэтому на нее сразу нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Она надеялась, что никто не догадается о том, что произошло. Но как бы она ни старалась, ей не удавалось оторваться от его гипнотизирующего взгляда.

— Здравствуйте, мисс Браун. Не возражаете,

если я присоединюсь к вам? — Взгляд его затуманился. — Мне что-то не хочется завтракать в столовой.

Кэролайн знала, что князь никогда не завтракает с дочерью, и заметила удивление Кати. А уж Тэйчили была явно поражена.

Поскольку гувернантка и Катя промолчали, Кэролайн ответила:

— Будем рады. Как прошла ваша утренняя прогулка верхом?

— Я сегодня не ездил на прогулку. — Он снова посмотрел на Кэролайн. — Так, значит, у вас сегодня намечена экскурсия в музей?

Кэролайн перехватила испуганный взгляд девочки.

— В чем дело, Катя? Девочка опустила глаза.

— Катя, ты чем-то обеспокоена? — спросил Северьянов.

— Ты не позволишь нам пойти в музей? — Девочка покраснела.

— Ничего подобного. Мне это очень по душе. Более того, если бы сегодня я был свободен, то с удовольствием присоединился бы к вам. — Князь улыбнулся дочери.

— Доброе утро! — раздался голос Алекса. Он вошел в комнату, улыбнулся Кэролайн и крепко обнял Катю, засмеявшуюся от радости, а при этом украдкой взглянул на брата.

— Кажется, ты сегодня утром отказался от прогулки верхом, большой братец?

— Как видишь. Почему-то я очень проголодался.

— Наверное, развлекался всю ночь, — заметил Алекс, садясь за стол. — Позволь полюбопытствовать, где ты был после бала, большой братец?

— Вернулся домой и лег спать.

Алекс самодовольно ухмыльнулся, как будто знал все, что произошло.

Лакей поставил перед Северьяновым тарелку с отбивной и соте из почек. Кэролайн полагалось обслуживать себя самой. Она привстала, намереваясь подойти к сервировочному столику, но на ее плечо легла рука Северьянова.

— Прошу вас.

Он подвинул к ней свою тарелку. Кэролайн почувствовала на себе взгляды всех, даже лакеев. Чему удивляться? Она всего лишь компаньонка, а к ней так внимателен сам князь!

— Любезный, — обратился князь к лакею, — принеси-ка мне то же самое, что на тарелке у мисс Браун. Слуга вышел.

— Спасибо. — Кэролайн встретилась взглядом с Северьяновым. Она заметила, что Алекс, Катя и Тэйчили смотрят на нее и князя. Господи, неужели они думают, что между ними что-то происходит? Но ведь если они так думают, то не ошибаются!

В последний момент Раффальди попросил разрешения присоединиться к ним, что было приятной неожиданностью.

— Посмотри-ка, Катя! — воскликнула Кэролайн, указывая на фреску с изображением пирамид. — Помнишь, что ты сегодня утром узнала о пирамидах?

Девочка кивнула, едва взглянув на фрески. Кэролайн и Раффальди обменялись взглядами.

— Египтяне были блестящими инженерами, — сказал Раффальди.

Девочка молча опустила глаза.

— В чем дело, Катя? — спросила Кэролайн. — Мне казалось, что ты очень хотела пойти на экскурсию. Девочка покраснела.