Вендетта
Шрифт:
Братья Санторо только удивленно переглядывались во время решения столь важных вопросов для начальника гарнизона, но когда полковник, подхватив инору Кавалли под руку, повлек ее на выход из дома, Роберто возмущенно поинтересовался:
— А как же ужин?
— Ты же не думаешь, что моя жена будет работать на какого-то там капитана? — снисходительно поинтересовался полковник. — Ужин с этих пор она готовит только для своей семьи.
— Но мы…
— А вам придется решать свои вопросы самостоятельно, — отрезал Вальсекки. — И да, капитан, я оставлю охрану
«Дорогая Леонция» все же решила не покидать дом без дополнительных указаний:
— Роберто, я там в маленьком чайничке Чино травку заварила, успокаивающую и немного обезболивающую. И ужин у меня почти готов, ты просто последи, чтобы не пригорело.
И жестом собственника положив свои пальцы на руку жениха, кухарка навсегда покинула место службы.
— Нет, ну это форменное безобразие, — начал возмущаться Санторо-младший. — А довести дело до конца? Что я вам, кухарка, помешиванием заниматься? Что, они с браком хотя бы до завтра потерпеть не могли?
— Положим, у полковника нашего ситуация в доме полностью из-под контроля вышла, ему медлить никак нельзя, — заметил Винченцо.
— Не завидую я Изабелле, — хохотнул Роберто. — Хотел бы я посмотреть, как ее воспитывать будут. Чувствую, потребует дочь нашего полковника назначить дату собственной свадьбы как можно скорее, ибо она будет не в силах выдерживать расставание с предметом своей страсти.
— Да уж, бедный Энрико.
— Что-то я в этой ситуации не совсем понимаю, — задумчиво сказал Роберто. — Другу твоему Изабелла нравилась, но ведь не настолько, чтобы так срочно под венец ее тащить. Или это у вас в гарнизоне такое моровое поветрие, и мне стоит ждать скоро и твоей свадьбы? А уж то, что Изабелла согласится за него выйти, для меня вообще сюрпризом оказалось. Она же терпеть этого Ферранте не могла.
— Отнеси-ка ты Франческо отвара, заваренного инорой Кавалли, и спроси, будет ли он ужинать, — капитан Санторо совершенно не собирался выдавать секреты, доверенные ему полковником.
— Ага, значит, действительно что-то там такое есть, но ты не скажешь, — разочарованно сказал Роберто, отправляясь на кухню.
Вернулся он оттуда через несколько минут:
— На ужин опять рагу, оно уже готово. Будем есть?
— А Франческо?
— Спит на животе. Перенервничал, наверно. У твоего Ферранте такие глаза были бешеные, что я даже испугался. Он, между прочим, меня тоже вызвал.
— Я думаю, через несколько дней он остынет, и ваша дуэль не состоится. А вот со мной ему придется драться. Я же его предупреждал, чтобы не трогал Франческо.
— Кстати, о Франческо, — протянул младший брат. — Я правильно понимаю, что ты в курсе, кем он является?
— Да, я в курсе, кем она является, — несколько настороженно сказал
— И давно?
— Да практически с самого начала. А ты?
— Ченцо, — возмущенно сказал брат, — вот скажи, ты серьезно думаешь, что я мог бы сбежать с собственной свадьбы? Да я, садясь в дилижанс, знал, с кем рядом ехать буду.
— И зачем это тебе надо было? — удивился брат. — Не лучше ли было пресечь этот побег сразу?
— Понимаешь, Ченцо, я влюбился в нее, как только увидел, и понадеялся на то, что за то время, что мы проведем вместе, она тоже меня полюбит. И ведь я все вроде бы как нужно делал, раньше всегда срабатывало, но…
— Но?
— Но когда я ей открылся, она совсем не обрадовалась. И теперь просит меня отказаться от свадьбы, твердит, что хуже, чем брак со мной, для нее только брак с тобой, и просит помочь ей с поступлением в университет. Прямо мания у нее какая-то в этом вопросе. Я ей даже пообещал, что она сможет там учиться после нашей свадьбы.
— Ты в самом деле на это согласен? — удивился Винченцо.
— Нет, конечно, — ответил Роберто. — Но нужно же ее на правильный лад настроить. А там, после свадьбы, и забудутся все эти глупые идеи с учебой. Только вот как-то не настраивается она.
— Да, — согласился Винченцо, — счастливой Франческа не выглядит. А ты не думал, что лучше будет тебе действительно от нее отказаться?
— Это чтобы ты на ней женился? — подозрительно поинтересовался брат. — Думаешь, я не замечаю, как ты на нее смотришь?
— Не думаю, что со мной она была бы более счастлива, чем с тобой, — грустно усмехнулся капитан. — С чего это ты взял, что я бросаю на нее какие-то взгляды? Ты решил пример с Ферранте брать? Так его ревность вон куда завела.
— Извини, — смутился Роберто. — Я действительно ее ко всем ревную. Хотя она и сказала, что ни в кого не влюблена, но мне кажется, что это не так. Иначе она не избегала бы меня с таким маниакальным упорством.
— Мне казалось, что у вас вполне дружеские отношения, — немного удивленно сказал Винченцо.
— Вот именно, дружеские, — грустно сказал Санторо-младший. — А разве я этого добивался? Теперь вот думаю, а не зря ли я это затеял? Ведь она уже целый месяц была бы моей, и мне не пришлось бы изображать из себя охранника и все время бояться, что она сбежит. Я думаю, прекращать все это нужно. Ведь чем дольше мы живем в одном доме, тем более вероятно возникновение разнообразных сплетен. А она этого совершенно не заслуживает. Так что вызывать надо ее родителей да и организовывать нашу свадьбу завтра-послезавтра.
У Винченцо в груди что-то сжалось от незнакомой ему доселе боли, но он нашел в себе силы сказать:
— Наверно, ты прав. Только со свадьбой лучше не торопиться, все-таки у нее рана на таком неудобном месте. Пусть заживет сначала.
— Как-то я об этом не подумал, — с досадой сказал Роберто. — И долго заживать будет?
— Неделю, — покривил душой капитан.
— Не знаю, как я выдержу эту неделю, — мрачно сказал Роберто. — Черт бы побрал этого твоего Ферранте!