Венец Хеопса
Шрифт:
— Принц напрасно задел номарха. Сейчас это совсем не ко времени!
— Но ты поддержал меня, Минос! — удивился Яхмос.
— Поддержал. Но все равно скажу, что это не ко времени! Да, номарх вел себя не как подобает, но права он не нарушил. Еще со времен фараона Сенусерта Великого[10] — номархи хозяева своих номов. Они подчиняются фараону Верхнего и Нижнего Египта, но в своих номах они повелители. И он сказал все, что сказал, на своей земле! Значит — права не нарушил!
— Но пришло время отменить
— Это так, принц, но сейчас начинается война и нам нужны союзники, а не враги. И если завтра царь Хамуду закрепит древние права номархов, то чью сторону примут наследные князья Файюма? На чью сторону станет номарх Мемфиса? А за номархами стоят жрецы местных культов. А они сила.
— Он прав, брат мой, — сказал Камос. — Прав. И тебе следует отправиться в ставку номарха и передать ему мое расположение.
— Мне?
— Тебе! Номарх охотно примет тебя, если увидит в тебе друга. Вот и покажи ему, что ты друг!
Яхмос склонил голову…
Ставка великого гика у стен Хемену. Нубти-Сет и Якубхер.
В шатре великого военачальника одного из пяти князей шасу Нубти-Сета[11] пировали двое. Это были сам князь и его старший товарищ воевода Якубхер[12].
— Все идет, как и было задумано, Якубхер! Теперь армия подчиняется мне и царек, не сильно мешается у меня под ногами.
— Но нам не стоит медлить, князь! Нужно теперь громить врагов во славу богов! И стоит также поднять царя Куша[13] против египтян. Царь Анатхер и его первый советник и родственник князь Хаусер могут ударить по фиванцам с тыла!
— Станут ли они нам помогать? Я сомневаюсь, Якубхер.
— Но ранее ты был сторонником союза с Кушем!
— Это было раньше, друг мой. Теперь все поменялось. Кушитский царь станет выжидать.
— Ты не прав, князь. Нужно отправить к нему гонца с рассказом о поражении князя Яниса. Они в Куше испугаются! Ведь усиление Камоса им не нужно. Разделавшись с гиксами, Камос возьмется за них!
— Я думаю, для этого время еще не пришло и не придет, Якубхер. Мы разделаемся с фиванцами сами, без помощи царя Куша. Наш царек порядком перетрусил, и кое-кто советует ему принять оборонительную тактику.
— Это позор для гиксов! — вскричал Якубхер.
— Так и я думаю, и многие понимают это. Но скажу тебе честно, Якубхер, как другу, этот царь не сможет оправдать наших надежд.
— Он будет только нашим символом, а поведешь войско ты, князь. И я хочу тебе напомнить, что князь Янис прячется в своей палатке. Пора вызывать из Гнезда Азиатов мою дочь. Ты спрятал её и это хорошо! Но опасность миновала!
— Ты прав, — быстро согласился Нубти-Сет. Сейчас было не время ссориться с Якубхером. —
— Я уже отправил гонца, князь! — радостно заявил Якубхер. — И еще перед нашим выступлением Сара будет здесь. И она станет твоей женой, князь. А я получу титул князя и стану именоваться Иаков-Эрл, как великий вождь своего народа.
— Ты достоин этой чести, Якубхер.
Нубти-Сет все больше попадал в зависимость от своего старшего друга. Якубхер был популярен не только среди своего племени, но и среди иных племен союза гиксов. Такого стоило иметь другом, а не врагом.
— Когда моя дочь станет твоей женой, весь наш народ будет на твоей стороне, князь. И, может быть, ты сменишь в своё время на троне царя Хамуду.
— Тише, друг мой. Нас могут подслушать слуги. Не стоит тебе пока произносить таких речей.
— Не говори мне, князь, что ты не думал об этом, — усмехнулся Якубхер.
— Думал и много раз. Но произносить такие слова опасно. Сейчас нам не нужна вражда между гиксами.
— О какой вражде ты говоришь? Если ты, князь, возглавишь наше войско и победишь Камоса, то сила и власть будут у тебя!
— Это так, Якубхер. Но пока я еще не разгромил египтян. Что доносят твои лазутчики?
Якубхер рассказал, что к Камосу подошла его пехота.
— У него около двух тысяч пехотинцев и меньше тысячи колесниц. И теперь Камос не станет ввязываться в бой на колесницах. Думаю, повторится битва у Абидоса, когда мы сражались с его отцом Секененра.
— Значит, он встретит нас строем пехоты? Но не станет же Камос полностью повторяться? Он не дурак. Я не попадусь в те же сети. Да и победили они тогда случайно. Если бы не удар с кораблей мы бы не проиграли!
— А не устроить ли нам теперь для Камоса ловушку?
— Ловушку? — Нубти-Сет с интересом посмотрел на Якубхера.
— Наш царь с несколькими сотнями колесниц станет приманкой для Камоса.
— Царь? Ты слишком высоко берешь, Якубхер. Хамуду наш повелитель и пока это нельзя оспорить. Мы должны выказывать ему наше уважение.
— Но, если он сам пожелает вести войска, дабы покрыть себя бессмертной славой. Ведь в бою наш царек не трус. Сражаться он умеет. Командовать боится, но вести за собой конные отряды способен. Вот и пусть ведет!
— Иными словами подставить под удар царя и наши колесницы?
— Именно! Камос никогда не догадается, что это ловушка, если там будет наш царь!
— Ты прав, — вынужден был согласиться с доводами приятеля Нубти-Сет. — Но как убедить нашего царька пойти на это? Я командую войсками, но не самим царем.
— В этом нам сможет помочь его друг князь Янис.
— Янис? Он ненавидит и тебя и меня, Якубхер. Не станет он помогать нам.
— Он жаждет смыть с себя позор.
— Но фараон желает отправить его в Авар! И он прав. Князя стоит убрать с глаз долой. Он напоминает многим о поражении.