Вентус
Шрифт:
Заметив это в нем, Гала похолодела. Она сама была такой, причем не день или неделю. Пока они ехали верхом, Гала проводила долгие часы наедине с собой, вспоминая свою юность после смерти матери и впервые глядя на себя со стороны, словно слушая о чьем-то трагическом прошлом. И то, что открывал объективный взгляд, ей совсем не нравилось.
Они все скакали и скакали по зеленой степи с небольшими рощицами, час за часом, до тех пор пока от нестерпимой боли в спине и бедрах Гала не обмякла в седле. Она была уверена, что упадет, если лошадь сделает еще хоть шаг. За время их одиссеи равнина как-то незаметно осталась позади. Теперь от Врат Титанов их отделял всего
Гала обернулась. Над кромкой плато, где они разбили лагерь, качались кроны деревьев, а в отраженном от равнины свете сияли розовато-лиловые кружева, которые она сначала приняла за тучи. Впереди вздымалась громадная гора с двумя белоснежными пиками, разделенными глубоким ущельем. Горы пониже уменьшались к югу, становясь все ниже и круглее.
Эта сдвоенная гора была знакома Гале; как-то она слушала здесь рокот подземных опресней, работавших во всю мощь. Ей и в голову прийти не могло, что она увидит Врата Титанов в свете дня, созданного Ветрами.
– Мы в ловушке, - сказала она обреченно. Армигер небрежно махнул на светящуюся равнину.
– Людей нам бояться нечего. Они не смогут подобраться к Вратам, разве только на лунах. А что до Ветров, то превращение ночи в день - дешевый трюк.
– Дешевый? А ты так можешь?
– Здесь - нет. Но когда ты на орбите, это пара пустяков. Он вновь приставил к глазам ладонь, заслоняя их от света.
– Армигер!
Казалось, он ее не замечает. Гала тронула его за руку.
– Зачем мы сюда приехали?
Он не ответил, и она продолжила:
– Мы скакали целыми днями, практически не обменявшись ни словом. Должна признаться, первое время я просто убегала - убегала от всех и всего. Но, честно говоря, я совершенно разбита. На мне живого места нет, все болит. Если ты не объяснишь толком, куда и зачем мы идем, я просто лягу здесь и буду лежать, пока эти твари меня не найдут. По его лицу скользнула легкая улыбка.
– Мне сложно говорить об этом. Не из-за эмоций, нет… из-за 3340. Именно он сделал так, что мне не хочется это обсуждать. Ты понимаешь, что такое психологическая обработка?
– И ты спрашиваешь об этом королеву Галу?
– с иронией усмехнулась она.
– Он провел психологическую обработку, запретив мне об этом говорить. Но я больше не работаю на 3340… - Армигер быстро глянул на нее, словно поразившись чему-то - или испугавшись.
«Интересно!» - подумала Гала.
– На кого же ты теперь работаешь?
– спросила она тихо.
– Не спеши. Ты спросила, зачем мы здесь. Смотри!
– Взмахом руки Армигер указал на острые клыки Врат Титанов.
– Еще до встречи с Джорданом Масоном я думал, что это место может быть ключевым. Вся физическая энергия западной оконечности континента сосредоточена в местных горах. Здесь у опресней силовые станции и опреснительные установки. Это их интерфейс с Ветрами океана, тоже невероятно мощными. Здесь пересекаются сотни подземных сверхскоростных трасс. В глубинах гор хранятся гигантские базы данных и склады генетических кодов. Ты, наверное, даже и не догадывалась об этом, когда была тут, поскольку все это спрятано очень глубоко.
Она покачала головой:
– Как-то раз местный жрец взял меня на прогулку по окрестностям и привел к краю пропасти. Оттуда дул горячий ветер, а в глубине постоянно что-то грохотало. Мне было очень неуютно, и больше я туда не возвращалась.
– И тем не менее это опресни разговаривали с тобой. Они пытались до тебя достучаться. По словам Масона, они хотят служить человечеству и враждуют с ними.
– Армигер показал
– Мы заключим союз. Врата Титанов - крепость, и нам с тобой придется пережить вторую осаду, моя королева.
Гала, внезапно озябнув, обхватила себя руками.
– Не называй меня так. Я подвела своих подданных.
– Злая и удрученная, она повернулась и зашагала к лагерю. Обе лошади, видневшиеся в отблесках костра, смотрели в ее сторону.
– И что же ты будешь делать с миром, когда возьмешь над ним власть?
– крикнула она Армигеру через плечо.
– Думаешь, у тебя получится то, что мне не удалось?
– Я могу больше, чем ты. Ветры мне подчинятся. Те, кого Масон называет Посредничеством, будут нашими первыми новообращенными.
Он шел за ней и, когда она села у костра, уселся рядом.
– Я больше не безумная королева Гала. Я просто безумная… Но мое безумие - ничто по сравнению с твоим, если ты собираешься прибрать Ветры к рукам и перетянуть их на свою сторону. Ты ведь этого добиваешься?
– В общем, да.
– Так почему же ты этого не сделал? Где твоя армия? Ты говорил, что Джордан держал последний ключ к разгадке, которого тебе не хватало. Но если ты теперь знаешь все, что нужно, почему ты не велишь небесам расступиться, а морям - стать сушей?
Армигер опустил глаза.
– Это не так просто.
– Ну-ну. Мужчины всегда так говорят, когда хотят сказать: «Я боюсь».
– Мне не хватает еще одного ключа, - признал он.
– Я должен его вычислить. Но когда я его узнаю…
– Да? Что будет, когда ты его узнаешь? Ты все время умалчиваешь об этом, Армигер. Что именно ты собираешься делать?
Он задумчиво смотрел на звезды.
– Ветры - это квазибиологические существа. Каждая составляющая их механа ничтожно мала, не больше человеческой клетки, в каждой есть микрокомпьютер - мыслящая машина - и коммуникационное устройство. Механы общаются со своими собратьями с помощью огромного количества кодов. Код заверяется следующим, более высоким уровнем системы, начиная от самых маленьких частичек и кончая опреснями и Лебедями Диадемы. Ветры опознают друг друга, сравнивая цифровые подписи на кодах. Если код не подписан вышестоящим Ветром, то он недействителен. Но этот вышестоящий не может выдавать коды без согласия более высоких ступеней, и так до конца иерархической лестницы. Общение Ветров большей частью состоит из обмена новыми кодами на подсознательном уровне. Командовать Ветрами невозможно, если ты не говоришь на их языке, а для этого необходимо, чтобы твоя подпись на сообщениях была действительна. С тех пор как я прибыл сюда, я постоянно искал способ получить полномочия или подделать их подписи. Джордан Масон каким-то образом поднялся на высокую ступень иерархической лестницы в глазах Ветров. Не самую, но все-таки очень высокую. Я скопировал его имплантаты, и по идее, мои сообщения должны быть неотличимы от его. Но они не идентичны. Ветрам удается различать наши сигналы. Только как? Именно это я и пытаюсь понять.
– И правда поразительно, - сказала Гала.
– Но ты не ответил на мой вопрос. Что ты будешь делать, когда получишь полномочия?
Армигер замялся.
– Ты можешь переделать мир? Превратить день в ночь, тяжелое в легкое, черное в белое? Что ты можешь?
– Я не в силах изменить гравитацию, - ответил он с легкой улыбкой.
– Но могу изменить атмосферу или убрать ее вообще. Я могу высушить моря, если захочу. Могу превратить ландшафт планеты практически во что угодно.
– Ты можешь освободить моих людей от горя и нищеты? Он пожал плечами: