Ветер перемен

Малков Семен

В том, что его друг прав и статья задела интересы очень влиятельных сил, Наумов убедился, когда раздались телефонные звонки с угрозами. В течение недели они беспокоили их с Варей днем и ночью. «Советы», которые давали ему, сводились к следующему:

— Сиди, старик, на печи и не лезь туда, куда тебя не просят. Тогда спокойно доживешь свой век. Не будоражь народ! Ишь, какой оракул нашелся.

Варе же «доброжелатели» рекомендовали:

— Посоветуйте мужу заниматься своим делом. Он у вас — большой ученый, а политика — дело грязное. Не будет в нее лезть — вы в безопасности. Если не послушается —

пеняйте на себя!

Но Наумов был не робкого десятка, и эти звонки лишь еще сильнее его «заводили». Его аж трясло от негодования.

— Им меня не запугать! — решительно заявил он Варе. — Эти шакалы, наверное, судят о людях по себе. То, что я растревожил осиное гнездо, свидетельствует о необходимости довести мои предложения до сознания народа. Они этого как раз и боятся!

— Это верно, дорогой, — согласилась жена, но удрученно добавила: — А раз так, то они постараются заставить тебя молчать. Ты сознаешь эту опасность?

— А как ты думаешь? Конечно, — подтвердил Артём Сергеевич. — Но кто тогда встанет на пути у негодяев, если все будут их бояться? Мне же не так страшно, как другим. Моя жизнь фактически прожита.

— Что такое ты говоришь? — запротестовала Варя. — Жизнь еще принесет нам много радости! Мы разве не отправимся в круиз вокруг Европы?

— Обязательно отправимся, когда получу гонорар за французский перевод книги. А мне вот-вот его выплатят, — успокоил жену Наумов. — Помирать я еще не собираюсь, но и сдаваться тоже. Не так страшен черт, как его малюют!

— Тогда я извещу Мишу, что мы составим им компанию, — обрадовалась Варя. — А то они уже собрались подавать документы без нас. Раз ты, дорогой, твердо решил ввязаться в эту драку, нам тем более необходимо укрепить здоровье и запастись положительными эмоциями.

* * *

Зима в том году была холодной, и поэтому казалась особенно долгой. Апрель тоже не радовал хорошей погодой, и, отправляясь в долгожданное путешествие вместе с Полуниными, Наумовы заранее предвкушали удовольствие от посещения Южной Европы, где уже было солнечно и жарко. Но поначалу их ожидания не оправдывались.

Калининград, откуда отплывал круизный лайнер «Астра-2», встретил путешественников пронизывающим штормовым ветром. Было пасмурно, холодно, и моросил дождик. В путь отправились с большим опозданием из-за того, что многочисленную группу пассажиров не сажали на теплоход по вине турфирмы, которая вовремя не произвела оплату. В результате было нарушено расписание прохода через Кильский канал, и капитан отменил заход в порт Гамбург.

Однако плохое настроение пассажиров из-за плохой погоды и этих накладок улетучилось благодаря комфортному отдыху на корабле, еще до прибытия в Амстердам, знаменитый своими каналами и «Улицей красных фонарей». И впечатления от этого портового города, который справедливо считался голландской Венецией, превзошли все ожидания.

— До чего же красив, богат и благоустроен этот город, — восхищенно сказала Варя, когда их группу повезли на катере по каналам на экскурсию. — Не правда ли, он выгодно отличается от Венеции ухоженностью и прекрасным состоянием домов?

— И не только этим, — согласился с женой Наумов. — Ты заметила, какая чистая вода в каналах? Видишь,

сколько людей ловят рыбу?

Поразило их в Амстердаме и невиданное доселе количество велосипедов, которыми предпочитало пользоваться местное население и, разумеется, «Улица красных фонарей». Этот квартал, протянувшийся вдоль канала в центре города они посетили самостоятельно, уйдя с корабля вместе с компанией любопытных после полуночи. Их друзья Полунины, умаявшись после дневной экскурсии, рано легли спать.

Несмотря на позднее время, набережная и примыкающие к ней улочки были запружены местными жителями и туристами. Было многолюдно, но толпа вела себя пристойно, и не возникало никаких эксцессов. Так же, как и в Брюсселе, проститутки сидели и стояли, поигрывая бедрами, в витринах домов. Поражало лишь огромное количество как «живого товара», так и сексшопов с шокирующими порнографическими муляжами и действующими моделями.

— Ты посмотри, какие они красотки, и почти все молоденькие! — с блеском в глазах отметил Наумов. — И такса меньше, чем в Москве. Всего полтинник!

— А ты откуда это знаешь, старый распутник? — шутливо спросила жена, но было заметно, что она немного ревнует. Несмотря на почтенный вид и наличие спутницы, «жрицы любви» делали ему приглашающие жесты.

— Кто же в Москве этого не знает. Проституток понаехало столько, что предложений хоть отбавляй, — с усмешкой взглянул на нее Артём Сергеевич. — Но я и в молодости брезговал шлюхами, а сейчас тем более. Слишком стар!

— Не пудри мне мозги, — рассмеялась Варя. — Будто я не вижу, как ты на них смотришь. Вот как раз старым и подавай молоденьких!

Если Амстердам им очень понравился, то столица Голландии немного разочаровала своей обыденностью. В Гааге во всем ощущались благоустроенность и богатство страны, но и только. Зато, когда возвращались в Амстердам, большое впечатление произвели прекрасные песчаные пляжи, которые тянулись вдоль всего побережья.

Наумовы никогда не были в Англии. Они давно мечтали увидеть Лондон, но не считали его лучше Парижа, и потому впечатление превзошло все ожидания. Этот огромный мегаполис был не только необычайно величественным со старинным Тауэром, Вестминстерским дворцом и «Биг Беном», с современными офисами делового Сити и знаменитыми мостами, площадями и памятниками. Здесь царила атмосфера доброжелательности и гостеприимства, что поражало, ибо британцев привыкли считать холодными и чопорными.

— Вот уж не думал, что в Лондоне жить приятнее, чем в Париже, — удивленно заметил Артём Сергеевич. — Здесь полно разноплеменного люда, и англичане относятся к иностранцам получше, чем французы.

— Я тоже обратила на это внимание, — подтвердила Варя и с усмешкой добавила: — Недаром здесь подолгу жили Карл Маркс и Ленин. Даже Герцен.

В столице Великобритании они пробыли один день, но, отплывая от белых скал Дувра, остались довольны, что повидали главные достопримечательности Лондона, включая всемирно известный музей мадам Тюссо. И самое большое впечатление на них произвели не восковые фигуры, среди которых был даже Гитлер, а поездка в открытых вагончиках по подземелью, где манекены, как живые, показывали исторические сцены казней и прочие ужасные зрелища.