Ветер с севера
Шрифт:
— Йо-хо! — вскричал он. — Накрывайте столы! Несите вина! Снежные идут!
— Но это точно они?
Кэлибор быстро спешился и порывисто обнял жену.
— Я отплавал на этой посудине немало лет. Уж мне ли не узнать ее?
— Да что все-таки происходит? — вмешался король, у стремени которого велся этот сумбурный разговор.
— Ваше величество! Это ладья Тир. Кэлибор узнал ее, а значит, там может быть мой брат, — Куиниэ даже захлопала в ладоши, так велика была ее радость. — Позвольте нам встретить их!
Ангрод задумался, покусывая губу.
— Ну что ж…
— Стоит ли так рисковать, ваше величество? — подобострастно улыбаясь, спросилМэртилинд.
Ангрод лишь высокомерно вскинул брови и тронул коня. Около тридцати всадников немедленно последовали за ним. Куиниэ с гордостью проводила их взглядом — ее любимый муж, ее Кэлибор скакал рядом с самим королем, и ехали они с тем, чтобы встретить ее брата! Еще большее удовольствие ей доставил исполненный зависти взгляд Патринэль, который она успела заметить, обернувшись к Энтондилу:
— Эль-до, распорядитесь закрыть ворота и поднять мост, как хотел король. Не думаю, что в этом есть необходимость, но слова сюзерена — закон для его подданных.
А Куиниэ поспешила на кухню, потому что уж что-что, а праздничный обед потребуется точно.
Глава 35
Кэлибор уверенно направлял коня к тому месту, где Тир причаливала в прошлый раз, и не ошибся. Ладья уже ткнулась резным носом в берег, и дружина, ритмично вскрикивая, втаскивала ее на песок, с каждым мощным рывком продвигая почти на метр. Кэлибор с неожиданной теплотой узнал среди них Эрика, Сигурдиля, Гаррика, многих других, а уж когда бородатвый рулевой перенес и поставил на песок Ану, он не выдержал, спрыгнул с коня и кинулся обниматься.
— У тебя есть жена. Что пристаешь к порядочной эльфийке на глазах у ее мужа, — возмущалась та, крепко притискивая Кэлибора к груди.
— Ана, — прохрипел тот, с трудом обретая дыхание после ее медвежьего приветствия. — Я честное слово очень соскучился.
— Смотри-ка, кто у нас есть еще, — вскричал подошедший Эристор, сияя улыбкой.
Он держал ребенка. Завернутый в цветастое одеяльце малыш казался совершенно крохотным в кольце его больших сильных рук.
— Познакомься, это Морин эль-тэ, новая ветвь на семейном дубе.
Подошла, поправляя мечи за спиной, Тир и чуть смущенно поздоровалась. Клибор погрозил ей пальцем, а потом со смаком расцеловал в обе зардевшиеся щеки.
— Куиниэ здорова?
— Да, и очень ждет вас всех, — Кэлибор выразительно глянул на маленькую Морин, мирно спавшую на руках своего отца. — Это просто чудо. Поздравляю.
— Спасибо.
Ангрод, чувствуя, что о нем элементарно забыли, откашлялся. Эристор поднял голову, и глаза его полезли на лоб:
— Это и правда вы, ваше величество?
— Я рад, что ты наконец-то заметил меня, друг мой.
Король спрыгнул с седла и ступил на песок. Эристор вдруг развеселился:
— Не каждого бродягу, наконец-то вернувшегося домой, встречает сам король Великого леса. Вам нечем
Ангрод рассмеялся:
— Ты не изменился, Эристор Дориат.
— Вы, я вижу, тоже. И очень этому рад.
Эристор бережно передал дочь подошедшей Ане и, шагнув вперед, преклонил колено перед сюзереном.
— Разве так встречаются старые друзья? — король поднял его на ноги и тепло обнял.
— Это что, действительноИстинный король Великого леса Ангрод Завоеватель? — остолбенев и очумело тараща глаза, спросил Питер у Эльвиреля.
— Да. Он самый.
— Ты хочешь убедить меня, что король Великого леса сейчас обнимает того самого Эристора, с которым я орудовал одним и тем же веслом?
— Глава Дома Красного дуба Эристор Дориат один из ближайших сподвижников короля. Ты разве не знал этого?
— Не-ет, не-ет… То есть он вроде бы упомянул что-то, но я решил…
— И напрасно. Кстати, до похода в земли нагов, когда Эристор еще увлекался воинскими турнирами, он получил прозвище Мастер.
— Мама моя! Что же ты молчал до сих пор!
— А может, мне нравилось, как ты играешь с огнем, называя его бестолочью и пареньком.
— Ах ты…
— Кто эти варвары? — внезапно подчеркнуто громко спросил кто-то из свиты короля.
— Мои люди не варвары, лесной, — горделиво вскинув голову, мгновенно ответила Тир.
Краска гнева залила лицо говорившего, которым оказался высокий темноволосый эльф с дочерна загорелым лицом, украшенным длинным шрамом через всю правую щеку.
— Ты ответишь за это, проклятый северный!
Тир едва заметно поклонилась, принимая вызов.
— Вы позволите, государь? — эльф со шрамом спешился и двинулся вперед, на ходу вытаскивая меч.
Ангрод медленно кивнул, переводя сузившиеся глаза с тонкой, даже изящной фигуры северного эльфа, чьи обнаженные, украшенные витыми браслетами руки показались ему женственно хрупкими, на крепкую фигуру лесного.
— Ваше величество… — начал не на шутку встревоженный Эристор, но противников уже было не остановить.
Тир, легко улыбаясь, подняла руки к плечам, и оба ее меча, лязгнув, словно выросли из ее рук. Она отсалютовала ими в сторону Ангрода, на что тот ответил холодноватым кивком, и обернулась к наступающему противнику. Мечи ее начали свой смертельный танец, с тихим свистом рассекая воздух в непрерывном завораживающем вращении.
— Етитская сила, — прошептал Питер.
А король, обращаясь к Эристору, произнес:
— Финголфин убьет северного.
Тот лишь скривил губы:
— Если это произойдет, его собственная смерть будет мучительной и скорой. Но я ставлю на Тир, государь.
Ангрод задрал бровь, и опять перевел взгляд на сражающихся. Понаблюдав пять минут, он изумленно приподнял и вторую — снежный эльф играл с одним из сильнейших бойцов Великого леса, словно кот с мышкой. Его гибкое тело было столь подвижно, а мастерство столь велико… Казалось, над ним витает некая сила, позволявшая угадывать каждое действие его более сильного и крупного противника. В один из моментов он отскочил и, демонстративно опустив мечи, предложил: