Ветры империи
Шрифт:
— Что вы сделали с моим отцом? — внезапно рявкнул Тигр.— Отвечайте, Олт, живо!..
Вздрогнув, тот отшатнулся.
— Что называется, застигли врасплох,— пробормотал он, растерянно моргая.— К чему такие приемы, любезный Эрик? Я ведь и так не собираюсь ничего скрывать.
— Вы казнили его? — хлестнул юноша снова.— Ну, говорите!
— Казнить — к чему? В нашем славном государстве существуют и менее радикальные способы убеждения. Я просто лишил вашего отца инициативы, поскольку не смог расположить его к себе — видимо, ростом не вышел. Ох, уж эта мне родовая знать — гордецы!..
— Значит, вы его…
— Ну да,
— Что вы все на Хранителей валите? — возмутился Эрик.— Можно подумать, у них есть сила!.. Да кто им служит, кроме Псов, спецов и кучки информаторов?
— Вы не понимаете, юноша: знания — могучая штука. У Хранителей самая разветвленная сеть осведомителей — они веками ее совершенствовали. Именно бесполые лучше других представляют, что творится в Империи, и всегда могут стравить своих врагов, ибо точно знают, куда надо бить. А хотите знать правду? Я прохлопал бы заговор Тигров, если бы Хранители не выдали их с потрохами,— понимаете теперь? И после моей отставки судьбой Кира распорядились они же — но вот куда его отправили, что с ним… — Старик развел руками.— Я правда не знаю, Эрик,— поверьте!
Тигр отвернулся. Не могли же они сговориться, угрюмо подумал он, да и когда? Значит, все верно. Ах, если бы со мной был Дан!..
Неожиданно к нему обратилась Ю, напоминая, что ее давно пора мыть, не говоря о прочем. Эрик вздохнул.
— Придется потерпеть, моя госпожа,— ответил он виновато.— Видите: здесь даже душа нет… Вам не холодно?
Эрик укрыл ее плащом, и на этот раз девушка не отвергла заботу. Пересев в кресло водителя, он вынул из шлемного паза подаренный Горном приемник, подключил к здешнему пульту. Эрик не рассчитывал на многое, но почти сразу наткнулся на чье-то писклявое бормотание. Подняв брови, он чуть сдвинул настройку, и новый голос принялся простуженно хрипеть из динамика. И опять Эрик не понял ни слова.
Эфир оказался насыщенным голосами, и большинство из них говорило не по-огрски. Впрочем и знакомой речи хватало: обеспокоенно перекликались осколки имперского войска, рассеянные по ущельям и долинам; рыскали в поисках добычи мобильные отряды шатунов, уворачиваясь от столкновений с батальонами кэнтов, прочесывавших окрестности непонятно зачем; безжизненно звучали команды на диалекте загорских Истинных,— у Эрика голова пошла кругом, настолько это отличалось от привычного равномерного треска по всем частотам.
— А вы поищите Львов либо Псов,— посоветовал Олт, с любопытством за ним наблюдая.— Сейчас важнее они.
— Послушайте, откуда здесь столько иноязычных? — удивился Тигр.— Не могу же я слышать всю Империю?
— Что, в самом деле много?
— Не то слово!..
— Вот вам наша хваленная секретность: похоже, главная тайна Империи уже стала достоянием всех!.. Зато рядовые огры обо всем узнают последними.
Эрик уже различал мягкую речь иберийцев, живо напомнившую ему ту славную девчушку, Тину, с которой его так
— По-моему, лучше бы нам не высовываться,— заметил Олт.— Уж очень мы сейчас уязвимы — подходи, бери…
— Подавятся,— ответил Тигр, снова вставляя приемник в шлем.
— Кто меня теперь беспокоит, так это загорцы — все равно: истинные или туземцы,— со вздохом сказал старик.— Впрочем, Истинные все-таки опасней — во всяком случае для нас… Вы никогда с ними не сталкивались?
— С загорцами? Напрямую — нет. Кстати, почему они так похожи, Олт? Будто слепки с одного оригинала.
Моргнув, тот изумленно откликнулся.
— На этот раз вы угодили в точку, юный Тигр, не странно ли? А ведь вы еще не видели представителей царской линии — вот где поразительное сходство!
— Так вы знаете, в чем дело?
— Прежде всего в их женщинах — да-да, Эрик, не удивляйтесь!.. Как известно, Всемогущие Духи выплавили в своем горниле, Огранде, занятнейшие существа, непохожие на остальных жителей материка, а уж загорцы переплюнули всех по части оригинальности. Их женщины устроены так, что целиком перестраиваются под своего первого мужчину, с абсолютной точностью воспроизводя его в совместном плоде и ничего не добавляя от себя. Затем они уже не меняются, исключая немногих ведьм, и все последующие дети как бы продолжают сразу двух отцов — без матери. Женщина у загорцев только вынашивает плод, и горе ей, если она не сохранит себя до замужества! Но самое забавное, что любой Глава в каждом из загорских родов владеет правом первенца в отношении всех своих младших, и точно так же повязаны Главы со своим царем.
— Кошмар! — вырвалось у Эрика.
— Зато насколько это их сплачивает, вообразите! — живо возразил Олт.— А ведь их всегда было куда меньше, чем снежных огров, и не видать бы им Загорья с нашими-то раздорами… Но главное даже не в этом.— Несколько секунд старик помолчал, будто в ожидании вопросов, но, как всегда, первым не выдержал сам: — Два этих факта: странный механизм наследственности и право на первенца,— в соединении с нашей обычной начальственной пирамидой и привычкой Истинных к гаремам — наделили загорцев новыми и удивительными возможностями. Суть в том, что все копии оказались накрепко связаны между собой некими энергетическими каналами, и немалая доля жизненной силы, накопленной каждым из нижних двойников, передается вверх по цепочке: от младшего брата к старшему, от сына к отцу,— пока не сходятся на патриархе. А самые разветвленные корни оказываются, конечно, у загорского царя, и недаром перед ним так трепещут подданные!..
— Жизненная сила,— повторил Эрик задумчиво.— Откуда они ее берут, на что расходуют… А правду говорят, будто загорский царь бессмертен?
— Зажился-то он порядочно и выглядит на удивление,— подтвердил Олт.— Только вот к чему бессмертному потомство, как думаете?.. А ведь он взошел на трон всего лет двадцать тому и тогда же, как водится, нашлепал родовым Главам, сводным своим братьям, не менее сотни первенцев, прибавив тех к пирамиде, уже выстроенной им в царском роду Шершней. А старший из первенцев рода автоматически становится наследником тамошнего Главы. Улавливаете систему?