Вейн
Шрифт:
И Вейн бросилась туда, пытаясь пробиться к воротам, но сильная рука выдернула ее, и краем глаза девушка увидела, как упал страж, сраженный клинком Ксандра.
— Не лезь! — приказал он.
— Но я…
Он впихнул ее в руки одного из своих великанов.
— Береги, — коротко бросил он.
Рогр кивнул, сграбастал Путницу, не обращая внимания на ее возмущение. Где-то в гуще битвы уже был Дир,
Вейн глубоко вздохнула, вывернулась в огромных ручищах рогра, повернулась к нему лицом. Над ней нависала бычья шея, перетянутая веревками сухожилий, а выше — выпирающая почти звериная челюсть с длинными кликами, прижимающими нижнюю губу. Путница встала на носочки, но даже так дотянулась лишь до груди рогра.
— Эй… наклонись, а? Скажу кое-что, — протянула она.
Великан неторопливо склонил голову, заглянул в лицо девушки маленькими желто-зелеными, словно недозрелые сливы, глазами.
— Чего? — проворчал он.
Вейн хмыкнула, примерилась и чмокнула чудовище в оскаленную морду. Тот опешил, потом скривился от отвращения, разжал руки и яростно стал тереть сморщенную кожу. На его жутком лице застыло выражение такого ужаса и брезгливости, что в другой ситуации девушка хохотала бы до колик, но не сейчас. Сейчас она выскользнула и опрометью кинулась туда, где кипела битва. Стоять и смотреть было не в характере Путницы.
Она оббежала кишащий телами и клинками хаос, достигла стены и с разбега вбила носок сапога в углубление. И тут же ее сдернули вниз. Не раздумывая, Вейн обернулась, выпуская кинжалы. Темный упал, и, подобрав оружие, Путница снова полезла на стену.
Правда и рогры уже пробились к воротам. Огромные, в десять человеческих ростов, они рухнули под напором великанов, и вся эта бурлящая битва перекинулась уже за городскую стену.
Вейн взобралась по каменной кладке, перевалилась, пытаясь отдышаться. По стене уже неслись с двух сторон стражники, и она присела, кидая кинжал в ближайшего. Но сзади был еще один… Который вдруг упал, захлебнувшись. Ксандр гневно сверкнул глазами на девушку, но ничего не сказал. За ним уже стоял Архатен и Дир.
По стене они добежали до сторожевой башни и спустились по ступенькам вниз. Битва на улицах Ниаранта становилась все ожесточеннее, по прямым лучам улиц бежали все новые стражи, и Вейн с отчаянием подумала, что их слишком много… Пока вопль ужаса не прокатился по рядам воинов, и Путница увидела, как лезут через ворота дикие арши, раздувая кожаные капюшоны и угрожающе покачивая смертоносным жалом. А сверху уже падали ядовитые кьяры, били кожистыми крыльями и изогнутыми клювами, мешали смотреть… Черный комок упал на шею Вейн, и она дернулась, но тут же вздохнула с облегчением, признав Кхха.
Великаны уверенно пробивали себе дорогу ко Дворцу, и,почувствовав слои тьмы у парковых дорожек, лишь расхохотались. То, чего боялись все люди Темного мира, для рогров было родным домом. Видимо,
Усмехнувшись, Ксандр приложил ладони к земле, и она содрогнулась, закрываясь. И парк просто смели, растоптав в пыль каменные розы, раскрошив мертвые цветы грубыми сапогами. А Путница улыбнулась, увидев это…
— Стой, где стоишь, Призрак, — вкрадчивый голос Смотрящего вполз в уши, словно склизкий червь.
Путница резко обернулась и не сдержала крик, потому что Истер Непобедимый стоял на ступеньках и держал нож у горла маленького мальчика.
— Удивительное, сходство… — продолжал Истер, дотронувшись до лица Алекса, отчего Вейн скрипнула зубами, — просто одно лицо. Странно, что мы не смогли добраться до этих воспоминаний, Путница. Думаю, они были весьма пикантными. А я все думал, отчего наша охотница такая разборчивая…
Он расхохотался.
— Отпусти ребенка, — сказал Ксандр. Сказал спокойно, но, бросив на него взгляд, Вейн вздрогнула. И все вздрогнули, потому что вокруг мужчины клубился уже не туман, темнота, изначальный мрак.
Истер перестал смеяться и, дернув Алекса, скрылся в глубине дворца. Они бросились следом, и Путница уже не сомневалась, куда бежит полководец Ниаранта.
Зал Отражений… Тысячи зеркал, в каждом из которых отражается Смотрящий. Бесконечное количество коридоров во тьму, фигуры, укутанные в серые плащи. Они все были здесь: все Мастера, самые сильные Перерожденные Темного мира. Но были внутри зеркал, в этих черных извивающихся коридорах. И Алекс тоже был там… Его губы шевелились в испуганном «мама», но малыш крепился, не плакал, хотя Вейн видела, как судорожно он сжимает маленькие кулачки. И за одно это, за страх своего ребенка готова была перегрызть глотки каждому из Смотрящих.
Рядом сквозь зубы выругался Дир, прошипел что-то Архатен. Ксандр молчал.
— Уберите оружие, — голос одного из Мастеров прошелестел сухим южным ветром. — Каждый из вас принесет клятву Жизни Смотрящим, свяжет себя тьмой, только так вы сможете покинуть этот зал. Чтобы служить Ниаранту.
— Они не отпустят нас, — прошептала Вейн. — Они врут. Снова врут…
Ксандр взял ее за руку, не поворачивая головы.
— Не бойся, — сказал он.
И Зал Отражений взорвался. Все сотни зеркал разлетелись острыми сияющими осколками и застыли в воздухе, переливаясь радужными гранями. Все застыло: Дир, вскинувший руку с клинком, Архатен, оскалившийся перед прыжком, Смотрящие в своих балахонах, обездвиженные силой Ксандра. Даже пылинки в воздухе и сам воздух… Только раз Вейн уже видела такое: когда стояла в Храме Света, и по проходу к ней шла Тьма…
В застывшем мире остались только они и пошли туда, где в одном из зеркал сжался на полу Алекс.