Везунчик
Шрифт:
Если коротко, опуская ненужные подробности, обрисовать здешнее мироустройство — выйдет примерно следующее. Земли, на которых мы находились, назывались Проклятыми. Они появились около семидесяти лет назад, после большой войны между Империей и эльфами. Да, не нужно удивляться, в этом мире существовали эльфы. Правда, Дишур называл их расу совсем иначе, и поначалу я опрометчиво решил, что это еще один человеческий народ, но когда в рассказе проскользнуло словечко "ушастые", заинтересовался и попросил описать местных перворожденных. Как выяснилось, от канонических они практически не отличались — обладали неестественной красотой, которая достигалась не только
В общем, как я уже говорил, не так давно случилась большая война. Нет, будет правильнее сказать, ОЧЕНЬ большая война, унесшая сотни тысяч жизней. Чтобы более полно осветить события того периода, сначала необходимо в общих чертах представить себе эту часть континента. Итак, на востоке живут эльфы, чьи владения упираются в океан, рядом с ними находится Империя людей, которая по площади превосходит территорию ушастых раза в три. На юге живут орки, государство которых граничит и с эльфами, и с Империей, а на севере имеется множество полудиких человеческих племен, чьи земли не представляют никакого интереса для последней.
Дальше на западе располагаются несколько мелких человеческих королевств, которые в Империи называют Вольными Баронствами, благодаря умелой политике до сих пор сохраняющих свой суверенитет, и Гномьи кланы. Государство последних напоминало земные Соединенные Штаты и разделялось на несколько десятков вполне самостоятельных образований со своими законами, границами и правителями, объединенных под номинальной властью монарха. Что было за землями гномов, Дишур не представлял, но скормил мне несколько местных баек. Согласно одной там обитали ужасные чудовища, мало похожие на людей, другая говорила, что, идя все дальше на запад, можно добраться до местного ада, где из-под земли вырывается огонь, а горы извергают реки расплавленного камня, третья гласила — там край земли, с которого можно запросто сорваться в бездну… Короче, такая вот местная география.
Кстати, местных гномов и орков я тоже обозвал сам. Просто первые, как сказал Дишур, обитали преимущественно в горах, считались первоклассными каменщиками, замечательно работали с металлом и были невысокого роста. В среднем, на полголовы ниже обычного человека. Так что никем, кроме гномов этот народ быть не мог. Ну а раса южан оказалась дикой, воинственной, в основном, занималась кочевым скотоводством, промышляла разбоями, поголовно владела оружием и мастерски умела ездить верхом. Хотя на классический образ орков она не тянула, но я решил — а почему бы нет? Разумеется, самоназвания всех рас нелюдей я тоже на всякий случай запомнил, но мысленно именовал их согласно земным традициям.
В общем, лет семьдесят назад разразился большой конфликт. Кто в нем был прав, а кто виноват — неизвестно. Дишур убеждал меня, что первыми на Империю напали ушастые, которые начали уверенно захватывать ее земли, стремительно продвигаясь на запад. Люди к нападению оказались не готовы, так как с эльфами только недавно был заключен новый договор о сотрудничестве, подписана куча торговых контрактов, короче — царили мир и дружба, но потом опомнились, собрались с силами и организовали отпор захватчикам.
Объявив всеобщую мобилизацию, император не только отбросил ушастых к границе, но и стал теснить эльфов дальше, вглубь их собственных земель. Но этот успех людей был кратковременным. На своей территории ушастые
Короче — победу никто одержать не мог, а война каждый день собирала кровавую дань. Погибших уже никто не считал, в бой шли все, даже женщины, дети и старики. По словам Дишура, то поле костей, которое я видел, было далеко не единственным. Просто иногда от полков противоборствующих армий ничего не оставалось, поэтому закапывать трупы было решительно некому. В результате этого начался мор, который принялся добивать уцелевших в боях солдат, а на остальных территориях возникла реальная угроза голода. Да и новобранцев удавалось отыскать все меньше и меньше.
В конце концов патовая ситуация вынудила обе стороны пойти на переговоры. И хотя люди еще были способны додавить эльфов благодаря своей численности, но в это время орки, воспользовавшись ситуацией, участили набеги на юг Империи, а следом за ними и гномы решили слегка расширить свои владения. Воевать на три стороны император не мог, поэтому решил заключить мир с ушастыми, оставив мысли о выгоде. Эльфы тоже поняли, что им не победить, поэтому сперва тянули время, надеясь дождаться критического обострения ситуации между Империей и ее соседями, но когда правитель людей лично пообещал королю ушастиков, что сотрет его народ с лица материка, даже если для этого придется пожертвовать собственной страной, решили согласиться.
В результате переговоров был заключен мир, который прекратил бессмысленное взаимное истребление. Граница между государствами осталась на том же месте, возродились довоенные договора, дополненные новыми более жесткими условиями пребывания граждан на чужой территории, а страны принялись зализывать раны, с ненавистью косясь друг на друга. Война принесла и эльфам, и людям огромные убытки, население государств значительно сократилось, многие процветающие города оказались полностью разрушенными, торговля пришла в упадок, магов осталось удручающе мало…
Перечислять неутешительные итоги можно еще долго. Правильно ведь говорят — худой мир лучше доброй войны. А в данном случае я даже не мог сообразить, зачем было ее начинать, ведь в результате две страны сделали огромный шаг назад в своем развитии и получили множество проблем. Однако, как оказалось, это были еще цветочки. Ягодки созрели чуть погодя, когда этого никто не ожидал. Так как самые кровопролитные сражения и наиболее энергетически насыщенные битвы происходили примерно в одном месте — посередине некой воображаемой линии, разделявшей страны, там образовалась огромная безлюдная территория, привлекающая многих охотников за легкой наживой. Ведь на местах боев находилось великое множество артефактов, оружия и прочих ценностей, да и в опустевших городах осталось много чего интересного. Тем более что никто возвращаться в приграничье не собирался — большинство жителей погибло еще в момент первого наступления, многие остались на полях сражений, а единицы предпочитали искать счастья на новом месте.