Vigilance

Бронштейн Лиза

– Нас было много, - ответила магесса после паузы, - но некоторых я даже не знала. Я не слишком тесно общалась со здешними магами. Их подзуживала Грейс, говорила о свободе, о необходимости бороться… Мне все это было чуждо. Поэтому из сбежавших я тоже помню не всех… Но погоди. Сейчас… я, Элисса, Рия и Моран, Хион, Эмиль и Эжени. Это те, кого я помню хотя бы по именам.

– И все ферелденцы?

– Нет, - девушка покачала головой, - из Ферелдена были только я и Элисса. Рия и Моран – парочка из Старкхевена, Эмиль и Эжени – орлесианцы, Хион – вроде бы из местного

эльфинажа.

– А я видел эльфа, - вдруг подал голос Сверчок, просунув в дверной проем рыжую голову. – Маг. Не такой, как ты. Страшный. Глаза дикие.

– Это и был Хион, должно быть, - кивнула девушка. – Он действительно странный – почти никогда ни с кем не разговаривал, все больше был себе на уме… Он тоже сбежал с нами, но за свободу вместе со всеми, кажется, бороться не собирался. Я не знаю точно, честно говоря. Никогда не стремилась познакомиться с ним поближе.

– А остальные маги? Вот та парочка из Старкхевена… они были в числе отступников, доставленных сюда некоторое время назад?

– Угадал. Грейс не сбежала лишь потому, что осталась воодушевлять остальных на борьбу, а вот Рия сбежала. Она боевая девчонка.

– Как выглядит?

Легкомысленно не обратив внимания на изменившийся тон вопросов Адвена, Эвелина охотно отозвалась:

– Небольшого роста, темноволосая. Немного на меня лицом похожа. А вот Моран – видный, высокий брюнет… очень симпатичный. Они с Рией всегда вместе, - прибавила она с сожалением.

– А что с орлесианцами?

Магесса пожала плечами.

– Не знаю, зачем они сбежали. Эжени – тихонькая серая мышка, она могла бы спокойно сидеть в Круге всю жизнь. В ней только и есть особенного, что ее рыжие косы – волосы просто великолепные… А Эмиль – сынок орлесианского графа. Полный придурок: и магия ему давалась плохо, и умом он не блистал. Наверное, сбежал, потому что другие тоже бежали. Не знаю, где он может быть, и не советовала бы искать ни его, ни Эжени. Орлесианцы уж найдут, чем прокормиться.

Оставив без внимания этот антиорлесианский выпад, Сурана с благодарностью произнес:

– Спасибо тебе. Ручаюсь, Элиссу я точно постараюсь найти. Орлесианцы уж как-нибудь сами проживут, а вот земляков в беде бросать не годится.

– Это тебе спасибо, Адвен. – Девушка улыбнулась. – Ты хоть теперь и Серый Страж, ничем нам не обязан, а все равно готов помочь, позаботиться… Вот бы все были такими, как ты.

– Тогда было бы очень скучно жить, - заметил эльф, но Эвелина продолжала осыпать его благодарностями. «Еще немного – и она ко мне с поцелуями полезет», – с омерзением подумал он. Адвен с удовольствием выслушивал бы подобные речи от Сигрун или той же Элланы – обе были весьма приятными собеседницами – но подобострастие ферелденской магессы порой начинало его раздражать. Некоторые чувства – благодарность, любовь к детям, ненависть к храмовникам – у нее проявлялись в утрированной форме, что настораживало Сурану. Маги с таким порывистым характером зачастую становились добычей демонов. Однако эльф решил, что ученица Ирвинга все же не проявит постыдного легкомыслия, и что предупредит

он ее только в крайнем случае. В конце концов, у каждого мага должна быть своя голова на плечах.

После разговора с Эвелиной Адвен еще раз решил обойти Клоаку, но ни одного мага, кроме себя самого, в катакомбах не обнаружил. «Наверное, они сбежали куда-то за город», – подумал он, и вдруг у него в голове блеснула мысль. Двое отступников точно были из Старкхевена. Может, они знают, куда таинственно исчезли те три мага, пропавшие из Круга при загадочных обстоятельствах? Или же они были в числе тех четверых отступников, которых видели Эллана и Фенарель? Эльф решил, что обязательно поинтересуется у долийки, как выглядели те отступники, и взбодрился от предвкушения раскрытия тайны. Он почувствовал, что наконец-то напал на след.

Вернувшись в эльфинаж, Адвен сразу записал имена и услышанные приметы всех отступников. Закрепить успех он решил, расспросив хагрена о Хионе. Риба при его упоминании почему-то помрачнел.

– Да, был такой, - словно бы нехотя отозвался старейшина. – Рано женился, очень любил свою жену… Молчаливый был, правда, и скрытный очень. Его храмовники забрали лет десять назад. Не знаю, как долго ему удавалось скрывать свои способности. Больше я о нем не слышал.

– Он не возвращался в эльфинаж? – спросил Сурана.

– Нет. Из Круга никто не возвращается.

– А его жена все еще живет здесь? Кто она?

– Она работает на шемленскую швею, торгует разными тряпками. Только я бы на твоем месте ее ни о чем не спрашивал, - прибавил хагрен, понизив голос. – Нисса очень впечатлительная. Только напугаешь ее.

Эльф, конечно, хотел наплевать на совет сородича и сразу навестить Ниссу, но его планам не суждено было сбыться. Когда он собирался узнать у Рибы ее адрес, дверь дома старейшины распахнулась, и в дверном проеме показался раскрасневшийся взволнованный эльф.

– Хагрен, кунари нападают! – воскликнул он.

Хагрен сразу подобрался и строго произнес:

– Закройте ворота. Они не пробьются…

Он недоуменно обернулся, не успев даже толком заметить, как Адвен резво вылетел из его дома, оттолкнув вошедшего.

– Прячьтесь по домам! – крикнул Сурана больше для порядка, потому что эльфы и так уже поняли, что происходит. – Никому не выходить наружу!

Сам же он пробежал мимо удивленных сородичей в еще открытые решетчатые ворота, отделявшие эльфинаж от остального Нижнего города, и закрыл их за собой.

– Вернись, придурок! – крикнул ему вслед эльф, предупредивший остальных о нападении.

– Вернусь, когда все кончится, - отрывисто бросил Адвен, не оборачиваясь. Он уже слышал вдали лязг оружия и боевые кличи на непонятном языке кунари. Сжав руки в кулаки и чувствуя изнутри их биение магии, эльф пробормотал:

– Что ж, настала пора побеждать в войне.*

Комментарий к В поисках беглецов

* очередное цитирование девиза Серых Стражей

Прошу прощения за безбожную задержку главы - меня одолел лютый зверь-неписец :(