Vigilance

Бронштейн Лиза

Предвкушая охоту за сведениями о древних магистрах, Адвен в очередной раз заявился в «Висельник» и слился с окружающим пейзажем. Все было как обычно – за исключением богато одетого человека с нелепо выстриженными рыжими волосами. Достаточно заметный сам по себе – знатные горожане редко появлялись в «грязном притоне» Нижнего города – он еще и привлекал к себе внимание, настойчиво приставая к девушке самой заурядной внешности. Сурана поневоле заинтересовался им. Щеголяя орлесианским акцентом, рыжий то громогласно заявлял на всю

таверну, что он «демонически притягательный» маг крови, то начинал с улыбкой что-то шептать девушке на ухо, и глаза его при этом сверкали хитрецой. Когда, по всей видимости, на его предложение согласились, орлесианец попросил налить ему самого лучшего вина, и, осушив кружку, задремал. Эльф заподозрил неладное в его поведении и акценте. «Уж не тот ли это…»

Тут в таверну вошла Хоук в сопровождении верных друзей-оруженосцев – Фенриса и Себастьяна. Ферелденка сочувственно оглядела пьяных завсегдатаев и подошла к столику, за которым спал орлесианец.

– Эмиль де Лансе? – поинтересовалась она, заставив Адвена еще сильнее навострить уши. Рыжий маг встрепенулся и пьяно повел головой по сторонам. Перед ним стояла не самая симпатичная девушка, однако Эмилю было достаточно и этого.

– Ты магесса? – спросил он, вильнув бровями. – Потому что ты меня просто ма-а-агически очаровала!

Агнес закатила глаза, Фенрис хмыкнул, Себастьян снисходительно – и очень по-аристократически – заметил:

– А я полагал, выследить мага крови будет куда сложнее.

Орлесианец довольно кивнул.

– Моему… ик… коварству нет предела! Знаешь, как я бываю зол и дик? – Он уставился на Хоук, очевидно, надеясь поразить ее в самое сердце, но та только хмыкнула:

– Была бы здесь Изабела, она бы ему кинжал в глаз воткнула.

– Это и я могу, - отозвался Фенрис.

Наконец разглядев, что трое новоприбывших вооружены, Эмиль насторожился.

– А ты, собственно, кто? – высокомерно поинтересовался он.

– Я, собственно, Защитница Киркволла. – Произнеся это довольно пафосно, ферелденка понизила голос и прибавила: - А еще твои родители уверены, что ты не маг крови, а вот я что-то не очень.

Орлесианец быстро стряхнул с себя хмельное наваждение и встал.

– Погоди, погоди! – Он отозвал их в сторонку и поинтересовался: - Значит, тебя прислали мои родители? Точно?

– Ты как будто еще денег от них ждешь, - фыркнула Агнес.

– Ну… по правде говоря, было бы неплохо, - согласился Эмиль. – Но… для начала вот что. Видишь ли, я не маг крови.

– Все так говорят, - заученно прорычал Фенрис.

– Вот как? – Хоук пропустила слова эльфа мимо ушей, с деланым удивлением уставившись на Эмиля. – И храмовники, выходит, разыскивают тебя по ошибке?

– Я просто говорил, что я маг крови… Я думал, что буду выглядеть более опасным… и притягательным.

Слова орлесианца прозвучали бы куда выразительнее, если бы ферелденка не прыснула от смеха на слове

«притягательным».

– Это не смешно! – возмутился он.

– По-моему, очень даже смешно, - улыбнулся принц Старкхевена. Эмиль чуть дольше положенного задержал на нем взгляд, затем продолжал оправдываться перед ферелденкой – должно быть, для орлесианца это было страшное унижение:

– Я так говорил только людям в таверне! И… только женщинам. Ты… ты не понимаешь! – Маг драматически возвысил голос. – Я был в Круге с шести лет! С шести! Ни разу не пил как следует, не… ну не знаю, не готовил себе чего-нибудь… – Отвернувшись, он мечтательно продолжал: - Никогда не гулял под дождем… не целовался с девушкой…

– Он притворяется, - неожиданно вмешался Фенрис. – Невозможно быть до такой степени наивным.

– Да нет, - вполголоса отозвался Себастьян, - боюсь, он и правда безнадежен.

– Ты серьезно? – тем временем поинтересовалась Агнес. – Ты сбежал из Круга только затем, чтобы поцеловаться с девушкой?

– Ну… не только, - с довольным видом сообщил бесстрашный малефикар. – Я читал, что с женщинами много чего такого можно делать…

Теперь уже хрипло засмеялся Фенрис.

Отвернувшись от вконец стушевавшегося орлесианца, Хоук вполголоса обратилась к спутникам:

– Графиня нам приплатила. Давайте отпустим его на волю, а храмовникам скажем, что он погиб.

– Стоит ли, Агнес? – спросил эльф, с подозрением косясь на орлесианца. – Мы выпустим его, а он потом кого-нибудь убьет.

– Этот-то?

Обернувшись, троица успела полюбоваться на Эмиля, осторожно ковырявшегося в носу.

– Воистину, он самый опасный из всех малефикаров, каких мне довелось увидеть, - произнес Себастьян, пряча улыбку.

– Это мы сейчас проверим. – Неожиданно ферелденка громко крикнула: - Варрик! Мастер Тетрас! Выйдите к нам, пожалуйста!

Вскоре на лестнице, ведущей на второй этаж, показался гном в домашнем халате.

– Ради Андрасте, Хоук, а можно было предупредить меня, что ты придешь? – недовольно поинтересовался он, спускаясь к друзьям.

– Варрик, привет! – Агнес радостно приобняла его. – Скажи, ты вот этого придурка знаешь?

Она показала на Эмиля, который, очевидно, предпочел бы провалиться сквозь землю.

– Первый раз вижу, - пожал плечами гном. – Или второй. А что?

– Он тут не бедокурил?

– Да нет, я бы услышал. А что?

– Да это тот самый малефикар, которого мы разыскиваем.

– Я, право… - пробормотал было орлесианец, но его уже никто не слушал.

– Да-а? – Тетрас с интересом посмотрел на него. – Ну надо же. И что же он натворил?

Едва не прыснув от смеха, Хоук пробормотала:

– Поверь, тебе лучше не знать. Давай, Эмиль, - обернулась она к магу, - перестань пропивать отцовские деньги и беги куда хочешь. Думаю, в Круге и без тебя хватает… всяких магов.