Вик Разрушитель 6

Гуминский Валерий Михайлович

— Хм, — цесаревич внимательно выслушал наставление отца. — Мне показалось, что дочь уже давно знает о проделках Пьетро. Сама обмолвилась.

— Я всегда подозревал у внучки ясный ум, — довольным голосом произнес император. — Ну все, дай мне, наконец, позавтракать. Аппетит появился после такого известия! Когда у ребят начинаются бои?

— Завтра около трех часов местного времени встреча с англичанами. Седьмым номером выступают.

— Ого! Дал задание операторам снимать их бои?

— Конечно. Уже все готово.

— Передай внучке и княжичу от меня привет и пожелание победы в турнире.

Сказав это, Мстиславский решительно отключил визор. И так сказал все, что нужно. Пусть сын дальше сам ведет партию.

Глава 4

С

легкостью вхожу в вираж, сразу же закладываю кривую петлю, и нос к носу сталкиваюсь с Джоном — своим противником в разукрашенном красно-синими полосами, обозначающими фрагмент британского флага, бронекостюме. Перегрузок никаких не ощущаю, так легко давление в ушах — зато сразу удается разогнать ядро, беспрестанно накачивая в руки Силу. Она позволяет мне атаковать англичанина, вертящегося передо мной как надоедливая муха. Вот же болван! Осыпал меня целых пять минут роем золотисто-огненных лезвий, которые благополучно умирали, даже не долетая до меня. Я обнаружил удивительную вещь: чем сильнее на меня воздействие магии, тем быстрее разгоняется «печка», а она, соответственно, расширяет зону антимагии. Но Джон Калверт, представитель древнего дворянского рода, студент Лондонской Академии, этого не знает, поэтому решил сходу свалить меня, обрушив несколько мощных магоформ с тридцати метров, пока я поднимался в воздух. Увидев, что мне хоть бы хны, немного озадачился, какую защиту использует его противник, и его замешательства хватило, чтобы дважды уронить островитянина вниз, вырубив интегратор.

…Бронекостюм, сделанный Геной Бергом и его замечательными помощниками, оказался просто великолепен в движении, в запасе энергии, в возможности вести переговоры по закрытому каналу и отслеживать бой напарника с помощью камер, которые, к тому же, вели запись и отправляли ее сразу на планшет инженера. Лида просто пищала от восторга, когда обкатывала «скелет» перед отправкой в Венецию. Броня Великой княжны функционировала на интеграторе, что усиливало магические атакующие возможности Пустынного Барса. Вот и сейчас она крутилась как юла, отбивая сухие песчаные вихри, осыпавшиеся вниз после очередного нападения Энтони Вокса — сына пэра.

— Лида, хорош мучать парня, — бросил я в гарнитуру, следя за перемещениями Калверта. — Убей его на радость публики.

— Не хочешь лишать меня права первой победы? — в азарте княжна кричала так звонко, что уши закладывало не хуже, чем от перепадов давления.

— Да надоело уже висеть в воздухе. Нехорошо затягивать бой, когда еще одна пара ждет, — в ответ хохотнул я и рванул вперед, стремительно сближаясь с противником. Слева на экране замелькали цифры, отсчитывающие расстояние до объекта. Как только Калверт оказался в зоне поражения антимагии, тут же ушел в пике. Ударившись всей тушей бронекостюма о землю, он замер, не в силах подняться в третий раз. Я плавно опустился, слегка поджав колени. Приводы мягко амортизировали удар ногами о поверхность арены. Дав еще несколько секунд Калверту очухаться, побежал к нему, накачивая в кулак неизрасходованную энергию Силы. И как только англичанин поспешил приподняться, видя обратный отсчет на табло, неумолимо приближавший его к поражению, я провел мощный кросс в голову, срывая стихийный доспех. Полыхнуло огнем, и Калверт эффектно улетел на несколько метров, вспахивая песок.

— Противный! — завопила Лидия. — Мы так не договаривались!

— Поздно, милая. Слишком долго возишься. Сейчас я тебе помогу, — увидев, как к поверженному противнику подбежал судья, окутанный защитной сферой, и взметнул вверх белый флажок поражения, я поднял руки и оттолкнулся от земли. Приятно было ощущать дрожь линейных движков, помогавших мне подняться в воздух. Как будто невидимый великан играючи подкидывал на своих ладонях маленькую букашку. Каждое мое движение преобразовывалось в энергию. Умный

бронекостюм сам распределял излишки по нужным сегментам, подпитывал те цепи, которые потеряли какой-то процент зарядки. Все работало как часы.

В Лидию словно бес вселился. Она обрушила на Вокса всю мощь магического Дара Мстиславских, комбинируя Воздух и Огонь. Сухие потоки пламени, объявшие обалдевшего англичанина, были впечатляющими. Защитные панели гудели от напряжения, гася избыток магии, а я скромно висел позади княжны, не мешая ей расправляться с противником.

На несколько секунд напор спал, Лидия исчерпала оперативный резервуар магии. Чтобы перезарядиться, ей потребуется время. Вокс мгновенно сориентировался и бешеным быком рванул вперед, и самым натуральным образом боднул княжну в грудь. Девушку отбросило назад и завертело в воздухе. Она стала падать вниз, пытаясь выровнять «горизонт».

Взрывная накачка Силы позволила мне совершить портальный прыжок и оказаться рядом с наглым британцем. Со стороны этот финт выглядел, наверное, очень эффектно, и заставил призадуматься будущих соперников, но во мне забушевало желание наказать Вокса. Интегратор его мгновенно отключился, но я не дал противнику рухнуть вниз как мешку с дерьмом. Одной рукой обхватив его за шею, другой нанес удар по грудным пластинам, вминая их внутрь. Стихийный доспех успешно сдох и не мог сопротивляться моей кувалде, которая благодаря движкам, приобрела довольно хорошую пробиваемость.

Нет, во мне не бушевали эмоции, действовал я осознанно, чтобы не убить ненароком незадачливого джентльмена-идиота. Согласен, удар шлемом оказался пусть и коварным, но не входил в перечень запрещенных. Лидия сама зевнула. Просто… она же девушка, да еще напарница. Поэтому Вокс получил хороший урок вежливости на арене — мы же не на войне — и плюсом к этому пошел поврежденный бронекостюм.

Так как линейные движки усиливали физическую мощь, то я просто отшвырнул противника как надоедливую игрушку. Тот перекувыркнулся два раза в воздухе и рухнул с высоты пяти метров, подняв тучу пыли. Правда, в последний момент ему удалось запустить интегратор, что снизило ущерб здоровью и «скелету».

Вокс поднял руку, признавая поражение. Ну, еще бы! С такими повреждениями брони невозможно наложить стихийный доспех на его поверхность. Защитные свойства снижаются в несколько раз.

Когда я приземлился, то сразу попал в объятия Лидии. Ну, как попал? Побились шлемами друг о друга, похлопали по плечам. Когда взметнулся красный флажок, подтверждающий нашу победу, мы щелкнули фиксаторами и скинули свои головные сферы.

И сразу по ушам ударил восторженный рев трибун. Нам рукоплескали, вскочив на ноги, а на большом экране мелькали лучшие кадры. Вытянувшись в струнку, Лидия с улыбкой наблюдала, как я швыряю Вокса. В своем красно-белом новейшем бронекостюме она выглядела шикарно. Обтекаемые формы броневых пластин повторяли изгибы ее тела, а стойкая к внешним воздействиям эмаль сверкала в лучах солнца. Я решил пошутить, и опустившись на одно колено, склонил голову, держа на сгибе левой руки шлем. Получилось неплохо. Зрители, наверное, впали в экстаз.

Лида рассмеялась и царственным жестом повелела мне встать, а потом мы оба, взявшись за руки, взметнули их вверх. Детство в попе, да и только. А вот княжне понравилось.

— Победили боя — Пустынный Барс и Магус! — прогремел голос над ареной.

* * *

— Как мило, — улыбнулась Алена Николаевна, когда Андрей Мамонов поблагодарил Лиду за великолепную победу.

Цесаревич Юрий Иванович вместе со своей супругой, приглашенные в ложу почетных гостей, не отрываясь смотрел на перипетии боя, в котором участвовала его дочь и княжич Мамонов. В красно-белых костюмах (условия турнира требовали единообразия в инвентаре) они гляделись невероятно здорово. Даже Алена заметила: