Виктор
Шрифт:
Мне удалось занять местечко возле борта, на котором с внешней стороны висели автомобильные покрышки. А уже спустя пару секунд паром взревел дизельными моторами и плавно двинулся к острову. И практически сразу подул сильный холодный ветер. Он прогнал туман и разбудил обычно спокойные воды залива. Свинцово–серые волны с грязно–белыми барашками принялись бросаться на паром. И в какой миг мне в лицо попали солёные брызги. Тьфу.
Я отпрянул от борта и дабы отвлечься от терзающего меня холода принялся следить за альбатросами. Они носились над волнами и порой истошно
Однако мне недолго довелось понаблюдать за пернатыми…
Неожиданно за моей спиной раздался немного взволнованный девичий голос:
— Красивые птицы.
Я быстро обернулся и увидел миловидную блондинку в плаще–макинтоше и вязаном шарфе. Не растерявшись, я прохрипел посиневшими губами:
— Ага, очень красивые, мадмуазель.
— Вы замёрзли, — констатировала девушка и робко улыбнулась.
— Ерунда, — соврал я и уже в тысячный раз мысленно проклял себя за то, что так легко оделся.
Как–то я не учёл тот факт, что на пароме в сентябре будет не шибко тепло. Обычно в Велибурге до конца октября можно ходить в сюртуке. Да и зимы здесь мягкие. Но данный факт не сильно меня согревал. Я облажался и с этим уже ничего нельзя было поделать. Только если сорвать с блондинки плащ и накинуть его на себя.
Я криво улыбнулся своим мыслям и вдруг заметил здоровяка в шляпе–котелке. Он целенаправленно шёл ко мне, грубо расталкивая пассажиров. И я с каждым шагом парня всё лучше видел его бульдожью физиономию с до синевы выбритым квадратным подбородком. А когда он подошёл совсем близко, то я с омерзением заметил на его бычьей шее и пухлых щеках крупные белые прыщи.
Незнакомец злобно глянул на меня маленькими глазками и пролаял голосом заядлого курильщика махорки:
— Ты кто такой, шантрапа? Ты приставал к моей подруге?
— Дилан, успокойся. Я сама подошла к этому молодому человеку. Он замёрз. И я хотела одолжить ему шарф, — успокаивающе пролепетала сердобольная блондинка, схватила здоровяка за мускулистую руку и бросила мне: — Извините. Мы уже уходим.
— Чего ты извиняешься перед этим червяком?! — удивился грубиян и выгнул широкие светлые брови. — Хрена с два! Это он должен извиняться перед тобой. Да не просто так, а стоя на коленях!
Следом бугай злобно оглядел окружавших нас людей. И они тотчас отшатнулись. Вокруг нашего трио образовалось свободное пространство. Всё было готово для моих униженных извинений.
— Ну? Я долго буду ждать, ублюдок? Или ты хочешь примерить деревянное пальто? — набычился урод и выдернул руку из ладошек покрасневшей от стыда блондинки.
А я уже отчётливо понял, что дело пахнет дракой. Уж слишком быстро этот хрен закипел, словно я залез под юбку его ненаглядной.
Бугай явно специально нарывается на потасовку. Зачем? Ну, вероятно, он решил начать зарабатывать себе репутацию крутого драчуна, чтобы потом, в академии, иметь кое–какой вес среди простолюдинов. И я, по его мнению, вполне подходил на роль первой жертвы, раз уж подвернулся под руку. Блондинка же невольно подыграла своему хахалю. Она дала ему повод докопаться до
Эх, ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. А раз так — надо действовать… У бугая вон и куртка тёплая имеется.
Глава 6. Экзамен
Приняв решение, я не стал наматывать сопли на кулак, а резко выстрелил правой рукой в подбородок бугая. Но тот успел дёрнуть головой и немного запрокинуть её. Поэтому костяшки моих пальцев попали не в подбородок, а в кадык. В шее урода что–то хрустнуло. Он выпучил глаза и стал задыхаться. Из его горла начали вылетать надсадные хрипы вперемешку со слюнями. Ноги же парня подломились. И спустя миг его колени попробовали на прочность доски палубы.
А я с благодарностью воспользовался подвернувшимся шансом. Не мешкая, схватил козла за голову и впечатал колено прямо в его наглую, прыщавую рожу. От удара шляпа–котелок слетела с башки верзилы, обнажив короткие светлые волосы. А сам урод упал на спину и непроизвольно попытался зажать кровищу, щедро хлынувшую из свороченного набок носа.
В глазах же бугая царил страх, непонимание и недоумение. Как его такого мускулистого амбала завалил какой–то задохлик? Это же он всех втаптывает в грязь, а тут его унизили на глазах толпы и собственной девушки.
А блондинка в этот миг налетела на меня, точно птичка, яростно изгоняющая из своего гнезда подлого змея. Её крепенькие кулачки забарабанили по моей груди. И мне пришлось схватить её в охапку и прижать к себе.
Тогда она протестующе запищала и укусила меня за руку. Твою мать! Как же больно! Надеюсь, она хоть не ядовитая?!
И тут за спинами людей внезапно раздался пронзительный звук полицейского свистка. Я тут же отпустил извивающуюся блондинку и сделал шаг назад.
А страж порядка, каким–то чудесным образом оказавшийся на пароме, уже протолкался сквозь толпу и предстал передо мной во всей своей пожилой красе.
— Граждане, что здесь происходит?! — громыхнул он сиплым голосом и рассерженно нахмурил седые брови. Такие же седые усы украшали его морщинистое обветренное лицо.
— Драка, господин сержант, — спокойно заявил я и поправил шейный платок.
— Этот ублюдок ударил меня ни за что ни про что, — просипел светловолосый лось и вскочил на ноги.
Его яростный взгляд принялся прожигать меня. Широкая грудь парня вздымалась от гнева, а кровь капала с подбородка на курту. Казалось, что он сейчас набросится на меня, но общество пожилого полицейского изрядно отрезвляло его.
Я же продолжал сохранять ледяное спокойствие. И мой голос даже не дрогнул, когда я заявил, прямо глядя в выцветшие глаза стража порядка:
— Господин сержант, этот молодой человек прилюдно заставлял меня встать на колени и попросить прощения вот у этой барышни, хотя я никак не вредил ей.
— Девушка, это правда? — спросил у блондинки полицейский.
Она потупила взор и засопела, явно не желая говорить. А народ вокруг нас приглушённо зашумел:
— Да, так и было.
— Я слышала собственными ушами.